6 января в Вашингтоне возникли массовые беспорядки. Сторонники Трампа ворвались в здание Капитолия, произошли столкновения с полицией. Четверо протестующих и один полицейский погибли. В итоге Джо Байдена всё же утвердили президентом США, а Трамп позднее осудил действия протестующих и пообещал, что они заплатят за нарушение закона.

— Андрей, что, с вашей точки зрения, означают столь агрессивные и небывалые для США действия в «столице мирового капитализма и демократии»?

— Я считаю их закономерным следствием той кампании, которую на протяжении нескольких месяцев демократы ведут против Трампа. Ведь после короткой эйфории демократов, связанной с победой Байдена, оказалось, что Трамп никуда не уходит: у него десятки миллионов сторонников, мощная финансовая база и колоссальное медийное влияние. И тогда была начата планомерная кампания, которая имела четыре цели. Во-первых, дискредитировать Трампа, во-вторых — вывести его из политического поля (скажем, путём импичмента и последующей резолюции Сената о запрете Трампу принимать участие в политической деятельности), в-третьих — лишить его доступа к медийному пространству. И, наконец, разорить Трампа, нанеся удар по его экономической империи — с тем, чтобы лишить независимой финансовой базы.

Андрей Коробков: кто он
Андрей Коробков: кто он
© ok.ru

Именно в рамках этой кампании и стоит рассматривать трюк 6 января, который, как надеются и демократы, и значительная часть республиканцев, в отличие от предыдущего времени, окончательно уничтожит Трампа. Стоит отметить, что прежние «тузы» Республиканской партии, все эти «боярские» семьи типа Чейни, Бушей, Ромни и т.п., естественно, хотят получить доступ к президентскому посту и отнюдь не стремятся к тому, чтобы Трамп оставался претендентом на него. Кроме того, среди республиканцев есть и политики с личными президентскими амбициями, и просто лично обиженные на Трампа.

Дробницкий: Байден не будет пытаться найти общий язык с Зеленским
Дробницкий: Байден не будет пытаться найти общий язык с Зеленским
© Пресс-служба президента Украины | Перейти в фотобанк
Поэтому возникает вопрос: кому же были выгодны события 6 января в Вашингтоне? Ясно, что Дональд Трамп был единственным человеком, которому случившееся было совершенно невыгодно. А вот его противникам — наоборот. Ведь кто выступал и выступает против Трампа? Во-первых, активисты Демократической партии, особенно представители так называемых «групп специальных интересов», всевозможных меньшинств и т.п. Во-вторых — весь политический истеблишмент США, для которого Трамп всегда был чужаком, и американская бюрократия, для которой он стал просто опасен. Но прежде всего реальными врагами Трампа являются четыре группы транснационального капитала: финансового, хай-тек, информационно-развлекательного, включая Голливуд, и фармацевтического.

Ведь Трамп начал воссоздавать торговые барьеры, ломать мировую систему свободной торговли и бить по Китаю. Упомянутым группам совершенно не нужны эти барьеры, ведь их мало волнует состояние американской экономики и её реального сектора, выразителем интересов которого был Трамп. Потому неудивительно, что были брошены колоссальные средства, и не только финансовые, на то, чтобы убрать Трампа. Ведь эти группы контролируют не только финансы, но и медийное пространство.

При этом нужно учитывать, что в США буквально в последние 10 лет возникла совершенно новая ситуация: возник блок ультрабогатых олигархов, причём в первую очередь связанных с финансами и IT-сферой, которые по личному богатству сравнимы с ВВП многих ведущих стран мира. Скажем, у Илона Маска и Джеффа Безоса сейчас состояния составляют по 200 миллиардов долларов — а это больше 10% ВВП России. При этом Маск — единственный в этой группе сверхбогачей, кто работает в реальном секторе экономики.

Для членов этой группы бросить несколько десятков миллиардов на то, чтобы купить с потрохами парламент какой-то западной страны или провести кампанию против Трампа, — это ничто.

— Избрание Трампа в 2016-м и десятки миллионов голосов за него в 2020-м — это результат его личной харизмы или причины этого глубже?

— То, что в последние годы происходит в США, — это результат трёх процессов. Первый я уже частично упоминал — это возникновение класса супербогачей типа Безоса, Блумберга и Сороса, для которых люди с несколькими миллиардами вроде Трампа являются мелкой сошкой. Но возникновение этого класса является лишь составной частью колоссальной социальной дифференциации вследствие процесса глобализации.

Второй процесс — это возникновение специфического информационного интернет-пространства, которое поменяло правила игры в медиа. Во-первых, собственники интернет-компаний могут полностью поставить под контроль поток информации, и блокирование Трампа — лишь одно из проявлений этого, а во-вторых — возникает возможность своеобразной «прямой демократии», когда решения принимаются не избранными политиками, а самими избирателями посредством сетевых инструментов. Последнее резко усиливает роль популистских лидеров и движений.

Гончаренко нашел фейковых лоббистов Зеленского в США
Гончаренко нашел фейковых лоббистов Зеленского в США
© РИА Новости, Доминик Бутен | Перейти в фотобанк
А в-третьих, и это главное, — радикально изменилась структура американского общества. В последние годы ускорилось разделение США на различные группы — расовые, гендерные и т.п., формируется так называемая «двойная идентичность», вследствие чего остаётся всё меньше пространства для компромисса между этими группами. Всё это является следствием принятого в 1960-х сознательного решения: ввести политику «позитивной дискриминации», то есть квоты и специальные привилегии для различных категорий населения.

Одновременно была полностью изменена миграционная политика — с целью изменения расовой структуры общества. До 1965 года 90% иммигрантов приезжали в США из Европы, сегодня же 90% процентов прибывают откуда угодно, но только не из европейских стран. В результате этого, а также постоянного добавления всё новых льгот и их распространения на новые группы населения процент белого населения за эти 55 лет уменьшился с более чем 80% до менее чем 60%. А группа белых гетеросексуальных мужчин, не попадающих в подобные льготные категории, и вовсе составляет не более 25%.

Всё это начало вызывать у белых всё большие опасения, ведь при сохранении нынешней тенденции в 2045 году они даже формально окончательно перестанут быть большинством в США. И Трамп в 2016-м понял, что это колоссальный заряд, и, по сути дела, послал сигнал белому большинству: «Я прекращу эту политику групповых привилегий». Хотя, конечно, Трамп не говорил об этом прямо, поскольку это нарушает табу американского общества. Но его услышали, потому что, когда Трамп говорил о борьбе с нелегальной иммиграцией, все его сторонники понимали, что речь шла об отношениях большинства с меньшинством — которое уже позиционирует себя как новое большинство. Именно на этом основано обожествление Трампа значительной частью его сторонников.

— До событий 6 января Трампа считали лидером практически половины населения США, говорили, что он может создать собственную партию, которая сможет размыть вековую двухпартийную систему… Каковы теперь перспективы Трампа — политические и юридические? И что теперь будет с Республиканской партией, которая продолжает терять поддержку избирателей? Сможет ли Great Old Party преодолеть нынешний кризис?

— Думаю, что «трампизм» никуда не уйдёт. Дело в том, что Трамп выражал интересы очень широких слоёв, не только реального сектора американской экономики, но и малого и среднего бизнеса, среднего класса и белого населения США в целом, а также силового блока. Республиканской верхушке, о которой я уже упоминал, конечно, самой очень хотелось бы отделаться от Трампа и отправить его в небытие. Но каждый политик-республиканец прекрасно понимает, что публичное выступление против Трампа, а тем более голосование за его импичмент будет рассматриваться избирателями как предательство и может оказаться «поцелуем смерти» для этих политиков. Те десятки миллионов людей, которые до сих пор с энтузиазмом поддерживают Трампа, никогда не поддержат предавшего его человека — причём речь идет как о голосовании в Конгрессе, так и на праймериз республиканцев.

Я считаю, что Трамп будет очень активно поддерживать тех кандидатов на промежуточных выборах 2022 года, которые признают его лидерство в партии, обращаются к нему за помощью в плане сбора средств и ведения кампании, проведения агитационных мероприятий в их округах. С другой стороны, Трамп будет очень жёстко вести себя по отношению к тем кандидатам, которые не оказывают ему должного почтения.

Поэтому я уверен, что верхушка республиканцев с очень большим опасением смотрит на Трампа и думает о том, какую роль тот будет играть в будущем. А сам Трамп, естественно, будет очень заинтересован, чтобы эта верхушка продолжала его бояться — но всё равно желала его помощи. Поэтому в ближайшие годы мы явно увидим агрессивное участие Трампа в различных политических мероприятиях и избирательных кампаниях и жёсткое расслоение республиканцев — на лояльных к Трампу и «трампизму» и тех, кто попытается вытолкнуть Трампа из республиканской элиты. Вполне возможно, что последним придётся заплатить за это высокую цену — как уже проголосовавшим за его импичмент в Палате представителей, так и собирающимся сделать это в Сенате.

При этом я считаю маловероятным, что удастся собрать необходимые 17 голосов сенаторов-республиканцев для того, чтобы импичмент был одобрен в верхней палате Конгресса. Но даже если это произойдёт, то хотел бы напомнить, что все предыдущие атаки на Трампа пока давали обратный результат. Трамп показал себя неубиваемой фигурой, и он всё равно останется символом для своих сторонников, даже если сам не сможет баллотироваться.

Дмитрий Дробницкий: Байден может назначить "царя" по Украине
Дмитрий Дробницкий: Байден может назначить "царя" по Украине
© РИА Новости, Нина Зотина
Для республиканцев это своеобразная «игра со смертью», поскольку в условиях мажоритарной избирательной системы в США системных партий может быть только две. Три партии в принципе невозможны, на что особенно влияет «суперприз» в виде президентской должности. Ныне у Трампа есть две возможности создать своё движение — внутри Республиканской партии или вне её, что одинаково опасно для верхушки этой партии. Однако куда более важным для Трампа является создание альтернативных медийных структур, которые могут стать не только выразителями его позиции, но и голосом белого большинства и американских консерваторов.

— Как события 6 января и их последствия скажутся на роли США в мире, на авторитете этой страны, её влиянии на другие государства?

— С экономической точки зрения влияние Соединённых Штатов не изменится, поскольку оно основано не на эфемерной демократии, а на финансах и Вооружённых силах США. Поэтому Штаты ещё долго будут центром мировой системы. Конечно, как носитель «мягкой власти» США потеряют часть влияния, но, несмотря на всё произошедшее внутри этой страны, она продолжит навязывать своё видение мира. При Байдене вернётся курс так называемого «либерального интервенционизма», и я не исключаю поддержки со стороны Вашингтона новых цветных революций и насильственной смены неугодных режимов.

Сменится риторика руководства США в отношении ЕС и России, однако это не всегда будет выливаться в конкретные последствия. Так, по отношению к Европейскому союзу и ключевым странам ЕС Байден явно будет высказываться мягче, но вряд ли США откажутся от продвижения своих интересов в Европе. В адрес России могут звучать резкие заявления, при этом я уверен, что Байден вернётся за стол переговоров по ограничению вооружений и к подписанию нового договора по СНВ. Кроме этого, практически гарантированно будет возобновлена ядерная сделка с Ираном.

Что же касается Украины, то Киев получит более последовательную поддержку, чем при Трампе, и скандалы вокруг «украинского следа» семейства Байденов на это не повлияют. Однако Вашингтон может приложить усилия к тому, чтобы Зеленский в политическом смысле исчез, а к власти на Украине вернулось первое поколение постмайданных политиков, с которыми Байден привык работать в годы своего вице-президентства. Причём речь не о лично Порошенко, Турчинове или Яценюке, которые слишком дискредитированы. Это могут быть весьма неожиданные фигуры из этой политической среды.