Константин Кнырик: Массовые протесты в США — это только репетиция свержения Трампа
Константин Кнырик: Массовые протесты в США — это только репетиция свержения Трампа
© РИА Новости, Владимир Трефилов
- Александр, сейчас массовые беспорядки в США принято сравнивать с майданами и цветными революциями. Насколько такие сравнения уместны?

— С майданом, причем в фигуральном смысле, а именно с самым настоящим Евромайданом 2014 года, происходящее в США сравнивает не кто иной, как Дональд Трамп. Он разместил у себя в соцсетях иллюстрацию, на которой будущее человека разделено на две части: на одной стороне изображена процветающая Америка с правопорядком, а другая сторона проиллюстрирована фотографией с того самого майдана.

Понятно, что хочет сказать Трамп. Он сравнивает хаос и порядок, и для него высшим выражением хаоса являются именно события, которые происходили в 2014 году на Украине. Причем он четко отстраняется от участия США в этих событиях, сваливая вину на две фигуры: Нуланд и Байдена. Байден является его оппонентом, поэтому для Трампа важно подчеркивать, что действия Байдена фактически привели к развалу государства.

Поэтому называть происходящее в Штатах майданом — понятная для Трампа фигура обвинения своего оппонента. Во всех остальных смыслах применять такое слово и искать похожие обстоятельства можно, но это не очень уместно. Характер этих процессов несколько иной. У любого майдана и цветной революции есть внешние силы, которые занимаются менеджментом этого процесса. В основном это американцы, хотя бывают и исключения.

Исходя из этих категорий называть движение Black Lives Matter майданом нельзя, потому что это внутриамериканский процесс, происходит он из-за внутренних причин и несет опять же внутренние процессы. У Black Lives Matter нет внешнего выгодоприобретателя, хотя от этого выигрывают многие. Нет силы, которая занималась бы созданием этого явления или его продвижением.

Поэтому, на мой взгляд, «цветная революция», майдан и прочие подобные эпитеты, четко обозначающие госпереворот или его попытку, в данном случае применять нельзя, хотя Дональд Трамп опосредованным образом это делает.

- Эти протесты рано или поздно затихнут, или они действительно могут перерасти в гражданскую войну и какие-то иные катастрофические последствия?

— Любые протесты рано или поздно имеют тенденцию к затуханию. Другое дело, что ситуация внутри американского общества изменилась. Вряд ли та ситуация, которую мы наблюдаем на американских улицах, поменяется незадолго до выборов или после выборов. Мы имеем дело с цивилизационным вызовом.

Это столкновение двух цивилизационных моделей: конструктивной (старой, классической, консервативной) и новой деструктивной, которая продвигалась несколько десятилетий. К чему это приведет? Я думаю, что новая модель пока не победит, сил у нее не хватит, но определенные коррективы в старое будут внесены.

Остается открытым только один вопрос. Либо старое отступит по ряду своих позиций в части еще большего признания особенностей меньшинств, защите девиаций, защите minority`s rights и прочих прогрессивных новых человеческих ценностей, либо, наоборот, как принято говорить в русском языке, президент Трамп закрутит гайки и вернет общество в более консервативное и более успешное, по мнению многих американцев, состояние: с американской мечтой, с семьей, состоящей из двух полов, а не из множества гендеров без особых квот и прав, выделенных другим меньшинствам. Такое тоже возможно.

- Почему, несмотря на тяжелую внутриполитическую ситуацию, американское руководство продолжает опасную конфронтацию с Китаем, с Россией и даже с Европой по поводу «Северного потока-2»?

— Дело в том, что ситуацию внутри страны нельзя разрешить простыми и популярными мерами. Простые решения здесь не помогут, они могут только лишь разжечь конфликт. Ни заваливание протестующих деньгами, ни применение силы не является популярной.

Поэтому администрация Трампа, которая по совместительству является его предвыборным штабом, приняла решение сосредоточится на внешних угрозах, говоря о том, что проблемы с коронавирусом, безработицей и экономикой, конечно, важны, но гораздо важнее сплотиться в борьбе против Китая и продолжать сдерживать Россию.

Якобы когда будет обеспечена безопасность на внешнем контуре, тогда и внутренние проблемы сами собой решатся, поскольку тогда американскому народу не будет страшна колоссальная внешняя угроза, ставящая под вопрос существование страны. Тот же Помпео выразился так, что либо мы поменяем Китай, либо Китай поменяет всех нас.

Якобы когда эти проблемы будут решены, американское общество договорится между собой по внутренним вопросам и примет решение, чьи жизни для американцев действительно имеют значение.

- Исходя из того, что есть сейчас, как вы оцениваете шансы Трампа на выборах?

— Сейчас сложно их оценивать, потому что эту кампанию сопровождает достаточно высокая нелинейная динамика. И по составу вторых, третьих кандидатов, и по внешних обстоятельствам, влияющим на нее, таких как коронавирус. И социология абсолютно непрезентативна. Поэтому я бы воздержался от каких-то прогнозов.

Мне кажется, что позиции Трампа все же сильнее, как они были на старте, так и сейчас. Но учитывая высокую динамику, любые обстоятельства могут повлиять на результат, даже самые для нас парадоксальные.

- Сейчас говорят о том, что глобальному американскому доминированию якобы приходит конец. Действительно ли это так, и что может прийти на смену этому доминированию?

— Когда вы рассуждаем подобными категориями, мы почему-то считаем, что это вопрос фактически моментальный, если не нескольких месяцев, то нескольких лет.

Да, очевидно, что американскому доминированию приходит конец. Да, очевидно, что американская ценностная модель не выдержала саму себя и подверглась такому испытанию, которое фактически ее развалило. Нет больше американской мечты, нет больше американского образа жизни, нет той картинки, которой могут позавидовать жители стран второго мира. Но это не означает, что конец этой модели произойдет за месяцы или за годы.

Анатолий Вассерман: Европа близка к тому, чтобы снять санкции с России
Анатолий Вассерман: Европа близка к тому, чтобы снять санкции с России
© РИА Новости, Александр Натрускин
Запас прочности тоже очень высок. Приложенные на протяжение столетий усилия показывают, что это, конечно, случится, но не в обозримом будущем. Поэтому конец этому доминированию приходит, но он будет долгим и сложным.

Самое главное, сколько это продлится. Потому что, на мой взгляд, процесс этот очень длительный. Что придет на смену, тоже сложно сказать, потому что для нас это тоже стоит за горизонтом событий, если выражаться такими сложными астрономическими терминами.

- Существуют ли какие-то особые угрозы, к которым следовало бы подготовиться России, пока будет происходить распад этого глобального доминирования?

— Для России все внешние события негативного ряда с участием крупных внешнеполитических акторов, будь то США или Китай, всегда являются угрозой. Любой крупный международный конфликт, любые разногласия.

Как сегодня выразился глава МИД Германии Хайко Маас в продолжение своей мысли о том, что Россию не стоит пускать в G7, «без России мировые вопросы не решаются». Это действительно так. Но это означает и обратное, что мировые вопросы влияют на Россию тоже.

Поэтому для нас было бы хорошо, чтобы конфликтов было меньше. Но мы также являемся и заложниками собственной вовлеченности в международные политические процессы. На нас влияют все крупные политические события. А деструктивные процессы вроде международного терроризма, возрождение запрещенного в России «Исламского государства» и всего остального, являются для нас угрозами.