Аналитика

Лукавство от Луки. Часть I. Путем Филарэта

Дмитрий Скворцов
Автор Украина.РУ

Обозреватель издания «Украина.Ру» Дмитрий Скворцов анализирует предложение Архиепископа Запорожского Луки о введении в УПЦ отдельного празднования памяти «Всех украинских святых»

14 октября — в святой для каждого украинского патриота день — Архиепископ Запорожский Лука выступил с инициативой «о введении в УПЦ празднования соборной памяти всех святых в земле Украинской просиявших».

Зачем?!! — спросят православные, прекрасно знающие, что практически все святые, которые подвизались на территории нынешней Украины, прославлены всей Церковью, потому как трудились не Ёе благо равным образом и в Великороссии (или же оказывали влияние на развитие всего Православия на Руси). А если и есть праведники, остающиеся пока только месточтимыми, то не лучше бы донести весть о них всей церковной полноте, нежели ограничивать почитание пределами УПЦ — вообще-то (исходя из определения в Уставе РПЦ) — не церкви поместной даже, а управленческой структуры Московского патриархата на территории государства Украина.

И вот что отвечает православным как бы от имени православных православный архиерей: «Мы уверены, что становление украинской государственности, самоидентификация единства нашего народа, возможна, прежде всего, не по культурологическому, историческому, языковому или фольклорному признаку, а по признаку высшего проявления индивидуального развития личности — святости. Учреждение Дня Памяти Собора святых, просиявших на нашей Родине, является актуальным требованием сегодняшнего времени. День их памяти будет днем единства нашей нации, днем примирения и единения всех во Христе Иисусе, в котором нет уже больше «ни эллина, ни иудея, ни мужеского пола, ни женского» (1 Колос. 3:11)».

Итак, лишь спустя 25 лет после обретения незалежности владыка высокопреосвященный обнаружил с болью в сердце, что как-то не складывается «со становлением украинской государственности». И тут пришло озарение! Уж откуда — с Небес или напротив — судите сами: «Человек, который во время празднования 1000-летия Крещения Руси (когда появился ряд местных соборов святых) был митрополитом Киевским и экзархом всея Украины, не позаботился о том, чтобы появился собор Украинских святых. А сейчас обвиняет УПЦ в нежелании установления такого дня памяти».

Но насколько вопросы «становления украинской государственности», «самоидентификации единства» (sic!) бесполой европейской нации (а владыка у нас — известный сторонник евроинтеграции) и заботы отлучённого от Филарэта сообразуются с воззрениями тех же святых, в земле «украинской» просиявших? Все они, начиная от Ольги и Владимира, и заканчивая Лаврентием Черниговским, утверждали деяниями своими единство Руси — от Хуста до Иркутска. И единство русских — от Шанхая до Парижа и Сан-Франциско.

А вот о «становлении украинской государственности», «самоидентификации единства украинской нации» — как-то не говорил никто из небожителей. Похоже, что-то не так с «украинским православием» было у них. А, может, это у отдельных украинских архиереев с Православием не лады? Как, похоже, и некоторых «православных журналистов».

Воззвание владыки было опубликовано на сайте «Спілки православних журналістів» в разделе, ни много ни мало, «Насущный вопрос». Насколько данная тема действительно актуальна для редакции, свидетельствует и апология «манифеста» архиеп. Луки под названием «Собор Украинской святых, как путеводитель и пример наследования для украинцев», вышедшая в той же рубрике — «Насущный вопрос» (пусть и в разделе «Точка зрения», но на вопрос всё же «насущный»; а что данное определение означает для христианина, объяснять не надо). Эти два текста собственно и поясняют, почему, скажем, праведники, соборно прославляемые в день Памяти «Всех святых, в земле российстей просиявших» для украинца примером служить не могут.

«Предложение владыки Луки… отражает естественное стремление отдельного народа иметь особый день памяти их земляков, которые тем или иным образом прославили Христа и Святую Церковь», — считают в Союзе православных журналистов. То, что большая часть православных жителей Украины не считают себя отдельным от русского народом, журналистами «православными» во внимание не принимается. И уж тем более, пренебрегается самим архиепископом, не раз проявлявшим наклонности, свойственные русофобам.

«Были установлены соборные памяти «Всех святых, в Болгарии просиявших», — вроде как начинает перечислять «мононациональных» соборов владыка Лука, и тут заканчивает… памятью Святых Чешских земель и Словакии» — даже не единым народом! На помощь приходит «православный журналист», продолжающий перечень примерами «Белорусской Православной Церкви, которая установила День памяти Собора белорусских святых, а также Сербской, Польской, Болгарской и др.». Всё верно, за исключением «незначительного нюанса» — в отличие от болгарских и сербских святых, считавшими себя соответственно болгарами и сербами, белорусские святые — как и малороссийские, впрочем — идентифицировали себя русскими! Или — если речь шла об иностранцах по рождению — служившими делу становления Третьего Рима.

Столь свидомые украинцы как архиепископ Лука, конечно, ненавидят этноним «малоросс». Но если уж прижимает, пользуются. «В 40-х годах XVII века, по просьбе святителя Петра (Могилы), иеромонах Мелетий Сириг написал службу «преподобным отцам Киево-Печерским и всем святым, в Малой России просиявшим», — просвещает нас владыка, пытаясь представить это «первым, и пока единственным, украинским аналогом службы в честь Русских святых». Но только наступает на столь традиционные для украинской «историографии» грабли. Молдаванин Могила (Мовилэ) не знал никаких украинцев. Поэтому святых, в Малороссии просиявших, выделял не по этническому, а по церковно-историческому признаку — как православных, совершивших подвиги исповедания своей веры в условиях католического и отчасти мусульманского гнёта, чего почти не знала Великороссия.

Впрочем, как мы уже выяснили из задач, ставящихся перед «украинскими» святыми (см. 2-й абзац), отнюдь не исповедание Христа — главный критерий их отбора в «собор». Вот и «православные журналисты» дают развёрнутый комментарий на сей счёт: «Так уже сложилось исторически, что 24 года назад возникло независимое государство Украина, которое соединило в своих пределах конкретные территории, которое всем миром было признано суверенным. Исходя из подобных соображений, возникает вопрос — имеет ли право Украинская Православная Церковь на установку и празднование дня памяти Собора Украинской святых?…Конечно, есть определенное поле для дискуссии, кто именно должен войти в сонм святых «в украинской земле просиявших». Впрочем, по нашему мнению, ответ лежит на поверхности — все выдающиеся святые, определенным образом имеют отношение к украинскому государству и его становлению».

Фуух! Есть надежда, что те же Петр Могила, Димитрий Ростовский, Иоанн Тобольский, Иоанн Шанхайский, Лаврентий Черниговский, матушка Алипия, Киево-Печерские и Почевские святые, не «имевшие отношения к становлению украинского государства, которое всем миром признанное суверенным», в этот сонм не попадут. Судьба князей и княгинь, увы, предопределена — «знатоки истории» вроде архиепископа Луки весьма чтут жуликов вроде Грушэвського с их «Украиной-Русью». Причем почитают, похоже, превыше Христа.

«Благодаря исторической памяти человек становится личностью, народ — нацией, страна государством», — приводит безграмотную триаду Грушевского священнослужитель, тем самым отбрасывая фактор Бога хотя бы в формировании личности. Не обошлось в тексте истинно украинского архипастыря, разумеется, и без банальностей от богоненавистника Шевченко. И на этом фоне дежурный прогиб в виде не имеющей никакого отношения к данной теме цитаты из дорогого Леонида Ильича Блаженнейшего митрополита Онуфрия выглядит скорее оскорбительным по отношению к истинному подвижнику.

Но, кстати, что делать с тем фактом, что вышеупомянутые иконы украинства Украиной то считали территорию в раз 4-5 меньшую, нежели нынешняя — даже без Донбасса и Тавриды (а Шевченко то и о существовании украинцев не догадывался, не говоря уже о святых из числа оных)? И на этих самых территориях сегодня ой как «конкретно» вспомнили то, что так хорошо известно было ещё Грушевскому? Как, любопытно, представляет себе архиепископ празднование «украинских» святых в Донбассе, уже имеющем истинно небесную сотню детей, погибших от бомбардировок «державотворців» нынешних. Или в Тавриде, на долгий зимний месяц погружённой во тьму Египетскую благодаря братской любви будущих «украинских святых» (пока что пребывающих в статусе героев). И если благодаря врождённой икономии православные Новороссии ещё соглашаются на пребывание под началом УПЦ, то навязывание им "собора украинских святых" станет последней каплей терпения их пребывания в одной структуре с «архиереями украинского духа» — т.е. к уходу епархий Донбасса и Тавриды из УПЦ.

Или противоположного свойства «засада». По мнению архиепископа Луки, «украинские» святые это и те, «чьей кровью полита наша земля». Но как определить границы этой самой «нашей земли», за пределами которой кровь проливали уже не «украинские» святые? По состоянию на «24 года назад»? То есть, проведенные богоборцами-большевиками? Но в рамках десоветизации головного моска нынешние герои Украины считают эти границы несправедливыми, претендуя на Воронежскую, Белгородскую, Ростовскую области и Кубань. Не подталкивает ли в таком случае запорожский епископ Украинскую православную церковь к подогреванию территориальных претензий на указанные земли «северного соседа» (и это в то время как Предстоятель прилагает все мыслимые и немыслимые усилия по прекращению братоубийства на границах с этими областями). А если нет, то, признавая «совєцькі кордони», не кличет на Церковь ещё большую ненависть «патріотично налаштованих громадян»?

«Мы во многом разные: по своей культуре, истории, этносу и фольклору», — слышим мы очередную косноязычную банальность подводящую к главному в его речи: «Собор всех святых, в земле Украинской просиявших будет зримой иконой Украинской государственности, которая построена не на ложных идеологиях, не на враждотворчестве и человеконенавистничестве, но на основе любви к Правде Божией, преданности и верности Богу».

А ничего, что «все мы разные» настолько, что значительная часть из нас не приемлет украинской государственности как таковой? И во многом потому, что не считает оную построенной «на основе любви к Правде Божией». То, что называет канонический архиепископ «правдой Божией» (в исполнении «пророков» шевченок и «отцов» Грушевских), его многочисленные единоверцы определяют как тотальную ложь и человеконенавистническую клевету.

«Чисто российские» святые никуда от нас не денутся, спешит заверить архиепископ, наивно полагая (будем всё же верить в его благие намерения), что, запуская процесс «святой сепарации» до такого рода люстрации не дойдёт. Ибо все же: «Полнота святости нашей Матери-Церкви — это полнота святости Святых Руси. Не Украины, не Польши, не России, не Беларуси, не Молдовы или Литвы. А Руси, которая объединяет в себе все эти земли. Ведь прп. Нестор Летописец первым говорит: «Откуда Русская земля стала есть…», где нет упоминания Украины, России, Беларуси или других стран и народов — но есть Русская земля… Русь приняла крещение от Византии, что укрепило ее международный авторитет».

Вот только подзабыл владыка высокопреосвященный, что «крестя Русь» Византия нарекла её Россией. И что святой летописец, собравший в своём своде далеко не все русские летописи, не мог не знать что уже за полстолетия до него на печати Митрополита Киевского Феопемпта появляется надпись: «Господи, помози Феопемпту Митрополиту России». Тот же топоним видим и на печати Владимира Мономаха (в крещении Василия) — «Печать Василия, благороднейшего архонта России, Мономаха». И если, как говаривал ещё один «знаток истории», Украина — не Россия, то пускать ли в сонм «украинских» святых Галицких исповедников веры конца XVI столетия? Пред натиском униатов Львовское братство издает «Грамматику» в наставление «многоименитому Российскому роду» в 1591 г. В начале следующего века с той же целью уже в «нарочитых местах в России Кийовских» учреждается Богоявленское братство «правоверным и благочестивым христианам народу Российского, в поветах воеводств Киевского, Волынского и Брацлавского будучим…».

Есть ли шанс быть записанным в «украинские святые» благочестивому Иову Борецкому «архиепископу Киевскому, Галицкому, и всея России, всем посполито Российскаго рода, так в короне польской, яко и у великом князевстве Литовском» (с 1620 по 1631 гг.)? Или вслед за свидомыми украинцами, которые «покинули чи занедбали свою предківську назву» (Пантелеймон Кулиш), и православные архиепископы поступят так же?

Ну не следует так драматизировать! — заочно успокаивают нас «православные журналисты». «Речь не идет о том, чтобы отбросить всех российских святых. Наш народ имеет тесные исторические связи со многими православными поместными церквями, и их праздники не могут быть нам чужими», — исподволь уравнивают они значение для нас российских святых с таковыми в других поместных церквях, с которыми у нашего народа «тесные исторические связи». «Чужих православных святых не бывает в принципе, поскольку все они составляют достояние Единой, Соборной и Апостольской Церкви», — вроде бы правильно вещают наши «успокоители» (забывая, правда, или не ведая о прецеденте полного игнорирования наших святых Фанаром, к примеру). И тут же прокалываются: «Как никогда нам могли бы прийти на помощь объединяющие идеи, яркие примеры среди своих, близких нашему сердцу людей, наших земляков, которых Православная Церковь в свое время провозгласила святыми». То есть, российские святые (даже некоторые), всё же не «свои».

Часть II

Дмитрий Скворцов

Мнения