Форма. Я был военным человеком, и я знаю, что форма меняет людей.

Когда Господь создал человека, то Он привел к человеку всех ранее созданных животных, чтобы человек нарек им имя. Называя животных, давая им имена, человек получал власть над ними.

Так и военная форма: надетая на человека она как новое имя, меняет его, подчиняя его себе, подчиняя его свой идее, своей истории, делая из него то, чему она служила ранее.

Преступления без срока давности. Как украинские националисты планировали массовые убийства
Преступления без срока давности. Как украинские националисты планировали массовые убийства
© РИА Новости, Нина Зотина

Попробуйте представить себя в форме лётчика-истребителя второй эскадрильи гвардейского истребительного авиационного полка Героя Советского Союза гвардии капитана Титаренко по прозвищу «Маэстро», которого сыграл Леонид Быков в фильме «В бой идут одни старики». Того самого, памятник которому смотрит сегодня на Киево-Печерскую Лавру.

Сама только эта форма, надетая на человека, наполняет сердце гордостью и радостью и любовью к людям, и дает силу защитить женщину и ребенка, старика и землю, Родину защитить не жалея живота своего.

Зачем человек надевает такую форму — я понимаю. Почти десять лет я носил военно-морскую форму и я знаю, что сама только эта форма обязывала меня не думать о себе, а служить Отчизне.

Но зачем человек надевает форму офицера дивизии СС? Что внутри этого человека?

Я всматриваюсь в фотографию и пытаюсь понять, и я ничего понять не могу. Фотография эта сделана в Ивано-Франковске. Сегодня. На похоронах эсесовца. Предателя. Палача, прожившего волей Божьей 100 лет. Наверное, это последний живой палач имевший национальность украинец, умерший своей смертью.

Рука не поднимается написать: «Царство ему Небесное». Прости Господи.

Но те, кто еще жив. Кто пришел сегодня его хоронить, кто надел его форму, и вместе с этой формой натянул на свое подлое тело тысячи и миллионы замученных душ, кто стал с радостью и гордостью одним целым с палачами, носившими эту форму — кто они?

Они сегодня живут среди нас. Они лелеют память о своих предках-палачах, предках-предателях, предках, не имевших права числится среди людей. Они ездят в общественном транспорте, ходят на работу, пьют пиво по вечерам и в своих домах в спальнях в шкафах трепетно хранят форму предков-палачей, следя за тем, чтобы моль не навредила ей. И гордятся ею, и надевают её на самые торжественные мероприятия в своей жизни.

И их много. Их несколько миллионов готовых вновь надеть эту форму, но не по случаю праздника, а на работу.