Так вышло в 2008 году, что Пасху, праздник Светлого Христова Воскресенья, нам с Игорем Димитриевым посчастливилось встречать в маленьком горном монастыре в Куртатинском ущелье Северной Осетии.

Звуки службы переплетались с шумом Фиагдона, речки бегущей сквозь ущелье. Традиционное пасхальное приветствие, эхом отражаясь от окрестных скал, — Чырысти райгас! Æцæгæй райгас! — звучало как боевой клич.

Евангелие от Иоанна читали на четырех языках: по-церковно-славянски, по-гречески, по-осетински и… по-украински. Оказалось, что чуть ли не настоятель откуда-то чуть ли не с Волыни. За давности лет не помню уже точно. Но помню, что никогда в жизни не слышал звуков украинской речи с таким неожиданно приятным чувством, как тогда в горах Осетии. А ведь уже тогда украинское оружие и военные отправлялись Ющенко на помощь куму…

К северо-востоку от этого места, не больше чем в часе езды Беслан, с его «городом ангелов», а чуть дальше — полоса разрушенного войной с ингушами Пригородного района республики.

К востоку, за хребтом, было Кармадонское ущелье, в котором более ста тридцати человек были погребены под сошедшим ледником. К югу — лежала граница с готовящей войну Грузией Саакашвили.

За праздничным пасхальным столом царила удивительная атмосфера, сплетенная из традиционного кавказского радушия и братской любви, напоминавшей времена первых христиан. Рядом со мной сидели бывший КВНщик, ставший теперь послушником в этом монастыре, и сотрудник осетинского МВД, прошедший многие «горячие точки».

О надвигающейся войне с Грузией они говорили спокойно, но, искренне сожалея о том, что политики заставляют православных убивать друг друга. Я сказал тогда — вам, осетинам, действительно много достаётся в последние годы. Мы же христиане — ответили мне — таков путь спасения…

Когда спустя несколько месяцев я вновь приехал в Осетию, сопровождая груз гуманитарной помощи собранной Одесситами, то телефон моего тогдашнего собеседника упорно молчал. Мы успели провести неделю в Цхинвале и уже в последний день, возвращаясь через Владикавказ решили на удачу набрать еще раз…

Телефон ответил. Оказывается, всю неделю мы были рядом — его подразделение базировалось на базе югоосетинского ОМОНа. Там было второе из двух работающих в городе кафе, и мы один раз даже заходили туда попробовать тамошнюю кухню. Мы встретились у него дома, во Владикавказе и проговорили всю ночь…

На фото памятник жителям Куртатинского ущелья, не вернувшихся с фронтов Великой Отечественной.