Древний град за каких-то два десятилетия превратился в кровавую арену битвы интересов нескольких денежных мешков, глубоко презрев мнение народа и что еще отвратнее — коренных киевлян. Тех, кто создавал образ и атмосферу златоглавого первопрестольного чуда на берегах Днепра. Киев давно поделен между криминальными авторитетами, городской властью и политиками. Здесь происходит все что угодно, точнее все дано на откуп жадности и алчности, нищете и беспрецедентной роскоши.

Есть сотни городов, где жизнь и страшнее и печальнее: закрытые или разрушенные заводы, школы и садики, убитые дороги, массовая безработица, нищета. Но… Именно в Киеве моральное уродство и нравственная проституция подаются как некая норма, откровенно и нагло рекламируются.

Уродливые контрасты, человеческая неустроенность, подлость, продажность…. за всем этим колыбель Киевской Руси — загаженная, чужеродная, преданная. Наносная грязь крепко въелась в славянские корни. Сейчас уже и не помнят, кто такие эти славяне, как жили, во что верили. Американская рубаха ближе к телу. А уж Киевская Русь и подавно тьмой веков поглощена. Уже тогда, проклятые «москали» поработили великую нэньку, центр Ойропы, навязали свой проклятый язык и давай в азиатчину втягивать, подальше от светлого будущего Евросоюза, — так учат в школе. И дети верят. А еще они верят тому, что видят и слышат вокруг себя. Ведь живут они в ритме киевского времени — в нескончаемую эпоху перевертышей и предательств, карликов и людоедов.

По киевскому времени

По данным статистики, в Киеве проживает от 2,5 до 3,5 млн. человек. Как относиться к такому расхождению в миллион? Целый миллион — не тысяча, и даже не сто тысяч, а миллион человек! — подвешен в воздухе. То ли они есть, то ли их нет. Отчего такие данные? Статистика — прежде всего, отражает ответственность государства перед своими гражданами. Это-то и проявляет отношение власти к каждому конкретному человеку, который эту власть содержит, кормит, обслуживает. Это раньше древний град расширялся и строился с умом, а теперь он просто резиновый.

Кстати, точное количество жителей Киева не интересует даже самого главного человека в городе, то бишь мэра. Что, налоги не нужны? Нет, налоги-то как раз нужны, но тогда придется привести статистику в соответствие с действительностью, а тут вылезет не только реальное количество жителей, но и смертей, рождений, разводов, убийств, украденных денег власть имущими. А разве главному человеку Киева это надо? А самим киевлянам? Намного проще жить в вымышленном мире с лживой статистикой. Удобнее. Привычнее. Безопаснее. Если бы киевляне хотели знать правду о своем городе, они бы ее требовали. Но они не требуют. И это особенность всей страны: ничего не требовать, но все отдавать — налоги, силы, здоровье.

Сейчас многие киевляне нервные, раздраженные, взъерошенные. Они живут,словно в преддверии наступающего ужаса. Оттого натянутые вымученные улыбки больше похожи на волчий оскал. Это особенно чувствуется в метро. В нем ездят только бедняки, а все богачи — на машинах. Город так и делится — на подземную и надземную часть, на бедных и богатых.

Странно, откуда столько мелочности, ненависти и ярости в тех людях, чьи деды и прадеды строили прекрасный солнечный город, в котором и жилось и дышалось? Объяснение про трудные времена здесь не подходит. Простому человеку нелегко во все времена. Может дело в нежелании сохранить в себе человеческое достоинство? Ведь сделка с совестью всегда проще, чем сохранение чести. Интересно, что бы сказали по этому поводу славянские мужи и гордые воины Киевской Руси?

Подземная жизнь Киева, это еще и переходы. Грязные, вонючие, убогие. Возле стен ютятся ларьки, бабушки с семечками и со старыми вещами, попрошайки. Переход, как страна в миниатюре — кого здесь только нет. А какие лица! Они опустились и потеряли человеческое в себе не от хорошей жизни. Трудно представить, но когда-то у этих цветочниц, бабушек, продавщиц была хорошая и правильная жизнь, хорошая и нужная работа. Но потом рухнула Страна, и жизнь каждого человека той Страны раскололась «на до и после».

По киевскому времени

Киев заполонен рекламой. Она везде: на каждой улице, в каждом закоулке, в метро, на заборах. Из-за нее не виден светофор, дом, название улицы, церковь, небо, солнце. Рекламируется, продается и покупается все — цемент, песок, обувь, еда, ум, честь, совесть. Город опутан проводами, словно колючей проволокой, жизненное пространство сужено до минимума, в него вгрызается пустота и страх.

За яркими, манящими огнями большого города скрыты подлость и продажность, и если ты идешь не в ногу со временем и жестокими нравами, тебя перемалывают и отрыгивают, словно непотребство. Уезжают неудачники, так и не сумевшие ничего добиться, но приезжают другие. Человеческое несчастье возведено в коммерческий ранг. На нем зарабатывают огромные деньги.

Роскошные особняки, машины, бриллианты — чьи-то украденные возможности. И тот, кто ломает через свое паршивое колено человеческую судьбу, вполне доволен жизнью. Он крепко спит по ночам: совесть не беспокоит и расплаты не будет. Потому что над землей, где культ золотого тельца победил порядочность и нравственность, воры честных людей, а людоеды героев — небо всегда пусто.

Да, Киев — город-герой, по крайне мере так еще значится в официальных бумагах. Полторы тысячи лет стоит. Именно отсюда пошла Киевская Русь. Город пережил две революции, две мировые войны. Здесь рождались и жили писатели, поэты, музыканты, герои. Илья Муромец и летописец Нестор, Игорь Сикорский и Константин Паустовский, Казимир Малевич и Николай Носов, Голда Меир и Александр Довженко, Анна Ахматова и Михаил Булгаков, Николай Бердяев и Николай Амосов, Максимилиан Волошин и Александр Вертинский. Кто их сменит? Титаны дрогнули. Гнилая современность победила историческую доблесть прошлого. На их место пришли карлики с самым ущербным представлением о мире и жизни.

Еще несколько лет — и Украина полностью исчезнет. Земля бывшей Киевской Руси примет чужой народ и чужие обычаи. Кто вспомнит о славянах, удивительно легко, без выстрелов и боя продавших себя? Но вот кому продавших? Кто желает нас, вымирающих и деградирующих, купить? Сильные и умные народы просто терпеливо ждут, когда освободится территория, когда одни украинцы уничтожат других.

По киевскому времени

У каждого города своя судьба. В истории немало метаморфоз, когда маленькие города превращались в столицы, а столицы империй стирались с лица земли. Но во всех городах, на каких континентах они бы ни находились, есть то, что их объединяет. Каждый город с чего-то начинается, с некоей точки. И от этой точки, словно лучи или извилистые русла, расходятся, разбегаются улицы и проспекты, растекается городская жизнь. Такой точкой стал для меня вокзал. Быть может потому, что здесь круглые сутки без перерыва для сна и отдыха перемещаются потоки людей и происходит много разных событий. С этой точки ты не только вступаешь в доселе неизвестную тебе, чужую городскую жизнь, но и заканчиваешь ее, возвращаясь домой.

Вечерние вокзалы в любых городах одинаковы — они грязные. Иногда даже удивляешься, как же много мусора остается после людей. И как люди спокойно к этому относятся. Сколько раз я уже была в Киеве и сколько раз видела одно и то же. Возле грязных, убогих маршруток, которые предназначены больше для перевозки скота, чем людей, стоят такие же грязные и неухоженные водители, одетые кто во что. Многие из них, живут прямо в маршрутках. Они стоят в кучах мусора вместе с женщинами диспетчерами и матом решают свои вопросы. Злые, обреченные на скотское существование, немытые, уставшие и совершенно забывшие нормальный человеческий язык. Сейчас матом разговаривают дети, и нет надежды, что когда-нибудь они вернуться хотя бы к обычному языку. Они тоже потомки Киевской Руси… И жить им остается только на осколках, в которых переворачивается не просто мир, но и ценности, и гордость и честь — все правильное и настоящее обесценивается и искажается. И тогда уродство получает еще один шанс победить.