Торговые сети практически каждый день выставляют новые ценники, а киевляне в панике запасаются крупами, растительным маслом, сахаром и консервами. На днях в сети АТБ, «выгребли» весь сахар по 18 гривен.

Покупатели работали дюралевыми совками, как саперными лопатками. Люди в угаре выхватывали друг у друга также пакеты с гречкой и растительное масло. Продавцы получали от этого зрелища явный кайф, цинично посмеиваясь.

Периодически, на тележках, потные и разгоряченные грузчики, подвозили сахар в огромных мешках — Эх, брали бы они уже мешками!- сетовали грузчики. В сети «Сельпо» в аналогичном ажиотаже покупали сахар по 15 гривен, а заодно и сметали с полок рыбные консервы, которые подорожали в два раза. Пожилые женщины крутили в руках металлические банки, и по их лицам было видно, что те шокированы новыми ценниками.

Женщины при этом приговаривали:

— Ох, теперь даже и сардинок не поем, а я так их люблю. А вкус следки вообще забываю. Она на базаре 65 гривен.

И, действительно, рыбные консервы подорожали как минимум на 50%. Цена за баночку атлантических сардин за одну ночь повысилась с 15 до 26 гривен. При этом старушки повторяли: «Да, цэ вийна, вийна, проклята».

— Не понимаю, почему такая паника в Киеве,- признается продавец сети продовольственной торговой сети «Эко». — Я работаю здесь вахтовым методом, а сама родом из Ужгорода. Неделю была дома, на родине. У нас никакой паники нет. Может потому что большинство жителей Ужгорода работают в Европе и привозят оттуда евро, а евро у нас люди меняют только по необходимости. У нас тоже цены поднялись, но не на столько, как в Киеве. Сахар стоит 11 гривен, как и стоил осенью. Те, у кого есть европейские мультивизы покупают продукты в Польше. Там продукты питания гораздо дешевле.

— Да, может у вас в Ужгороде и все хорошо, — вторит ей продавец, жительница Белой Церкви Анастасия, — а у нас все плохо. В два раза подрожал проезд в транспорте и доехать на работу в супермаркет маршруткой — уже нет никакой возможности. Мне стало это совершенно невыгодно. Дома у меня огромный огород, поэтому на весну и лето я точно уволюсь. Буду сажать картошку, овощи, посажу новые ягодные кусты. Наверное, в этом году придется завести кур. Вот смотрите, только десяток яиц — 17 гривен, — горестно резюмирует продавец.

Киев погружается в хаос девяностых

 

Пока молодые матери покупали крупы, в колясках плакали дети. В разы подорожало детское питание, которое в Украине преимущественно импортного производства, а ежемесячные пособия на детей, которые в Киеве в отличие от Донбасса тут платят, буквально обесценились, а на это пособие можно купить лишь пару упаковок памперсов, которые также подорожали в разы(упаковка стоит 500 гривен).

Менеджеры киевских продовольственных сетей открыто заявляют, что цены поднимают поставщики, а отнюдь не они сами: продавцов лишь вынуждают менять ценники чуть ли не ежедневно, а то и несколько раз на день.

— Стабилизируется курс — остановятся в росте и цены,- полагают работники торговых сетей. Но на вопрос — почему же повышается цена на отечественные товары и продукты питания, продавцы уходят от ответа. В крупных торговых сетях таких как «Фокстрот», «Эльдорадо», «Технополис» — цены также стремительно поползли вверх на такие товары как: компьютеры, планшеты, телевизоры, стиральные машины и прочую бытовую технику.

Киев погружается в хаос девяностых

 

— У кого есть деньги, те, конечно, что-то покупают и по этим ценам. Однозначно сказать, чтобы массово скупали технику — нельзя,- говорит продавец сети «Фокстрот» Андрей.

— Видно, что у людей нет денег, и те вынуждены тратить всю имеющуюся денежную массу на продукты и лекарства. Был у нас небольшой ажиотаж, когда курс доходил до 39 гривен за доллар, но сегодня курс немного упал и видим, что киевляне не готовы покупать ни бытовую технику, ни чтобы то ни было другое. К примеру, месяц назад стиральная машина «Самсунг» стоила у нас 3.400 гривен, и мы даже планировали сделать акцию к Восьмому марта, но теперь такая машина стоит 5.900 гривен, и это у нас считается хорошей, приемлемой ценой,- признается продавец.

В магазинах одежды, обуви также все подорожало. К восьмому марта, когда женщины традиционно покупали платья, юбки, блузки костюмы, обновляя гардероб, сегодня — практически пустые залы.

— Никто не хочет покупать платья по 1.500 тысяч гривен, а юбки по 800 гривен,- говорит продавец небольшого бутика Людмила. — У нас весь товар турецкий. Старые модели мы еще допродадим, а вот новые нет, все будет уже по новый цене, а может и не будет вовсе. Если хозяин поедет в Турцию, то может быть что-то привезет, а вообще-то он грозится закрыть магазин, поскольку несет большие убытки. Аренда подорожала в разы. Согласитесь, мало кто сможет себе позволить себе праздничное платье за сто долларов по нынешнему курсу и даже за 30у.е., — вздыхает продавец.

Киев, гудит как большой муравейник. Но людское возмущение открыто сегодня тут не выражают. Теперь это не принято, как было при власти Виктора Януковича. В позапрошлом году в это время уже активно проводился ремонт дорог, город благоустраивали к предстоящей Пасхе. Сегодня Киев во многих районах просто утопает в городском мусоре и убирать некому. Властям, похоже, не до того. Подземные переходы полны уличных торговцев. Старики выносят из дома вещи: вазочки, статуэтки из фарфора, старые шубы, обувь, картины, потускневший хрусталь, книги, монеты, антиквариат.

Киев погружается в хаос девяностых

 

Киев превращается в один сплошной блошиный рынок. И как не разгоняет милиция несчастных людей, но выжить в таких условиях, когда пенсия не более 1.500 гривен и ее не индексировали с учетом гиперинфляции — невозможно.

Пожилые киевляне признаются, что многие из них вот уже несколько месяцев не видели в своем рационе мяса. На вопрос, есть у ли у них претензии к нынешнему правительству — отвечают уклончиво, зачастую обвиняя исключительно Россию и ее президента. При этом большинство их них не может внятно ответить на вопрос: «такой ли вы хотели видеть европейскую Украину»?

И все-таки, видно, что Киев, погрузившийся в хаос девяностых, медленно прозревает, но как скоро это произойдет — вопрос риторический. Ведь куда проще обвинить в своих бедах соседа, как это было в повести Николая Гоголя «Как поссорились Иван Иванович и Иваном Никифировичем». Только на это раз все куда более трагично, нежели в повести писателя, которого теперь в Украине запрещают.