Это, конечно, ужасно. Но есть возможности…

Например, я не чувствую, я точно знаю, что моя жизнь разрушена. Но жизнь — такая хитрая штука, что никогда не бывает разрушена до основания, пока не придет смерть. А еще она очень многопланова и обширна. В каком-то смысле, больше, чем вселенная.

Да, моя жизнь разрушена. На внешнем контуре. Разрушена, расстреляна, разбомблена какая-то ее часть. Но знаете…

Мне повезло когда-то несколько прекрасных лет играть в любительском театре Павла Амитова «Студия 68». И там, естественно, вновь пришедшим студийцам рассказывали о трех кругах внимания, чтобы не потеряться на сцене от волнения. Внешний круг — вся сцена, средний круг — какая-то близкая к тебе часть сцены и, собственно, малый круг — практически ты сам. Манипулируя вниманием, перенося его сознательно с объекта на объект, расширяя и сужая, можно сохранять самообладание даже в самых сложных ситуациях на сцене.

Я знаю, что мои друзья не одноклеточные. Я знаю, что они живут полной жизнью, и у них наверняка много кругов для переключения внимания. Да, сейчас, возможно, требуется сосредоточиться. Но только для того, чтобы потом выпрямиться, как пружина.

Не «парьтесь», братцы...

Людям верующим вообще в этом смысле очень везет. Их самый малый круг, их душа, — он же самый большой круг, поскольку напрямую общается с Богом. Вспомните: «Истощилась в печали жизнь моя и лета мои в стенаниях; изнемогла от грехов моих сила моя, и кости мои иссохли. От всех врагов моих я сделался поношением даже у соседей моих и страшилищем для знакомых моих; видящие меня на улице бегут от меня. Я забыт в сердцах, как мертвый; я — как сосуд разбитый, ибо слышу злоречие многих; отовсюду ужас, когда они сговариваются против меня, умышляют исторгнуть душу мою.

А я на Тебя, Господи, уповаю; я говорю: Ты — мой Бог».

В общем, как любит говорить один мой знакомец: «Война — фигня, главное — маневры».

Еще, правда, говорят, что как же жить без Донецка? Отвечу вопросом на вопрос: почему без Донецка? Я, даже если захочу, не вытравлю из себя Донецк никаким способом. Да и вы, думаю, тоже. Мы — дончане. И пока мы дончане, Донецк с нами.

В общем, к чему я развел «весь этот джаз»? Не «парьтесь», братцы. Пусть «парятся» ваши враги… И, пожалуйста, берегите себя.

Оригинал публикации