Не секрет, что множество украинцев считают Евромайдан катастрофой, которая расколола страну и разрушила миллионы судеб. Это не только пресловутые «адепты русского мира», под которыми обычно понимаются сторонники нормальных мирных отношений с Россией, но и значительное число совершенно аполитичных обывателей, которые вывешивают над своими домами флаги любой победившей власти, а пять лет назад охотно сдавали деньги на добробаты и покраску мостов.

Все они понимают, что жить стало хуже, и это находит свое выражение практически во всех сторонах повседневной жизни. Цены и тарифы постоянно растут на фоне стагнирующих зарплат, даже если людям посчастливилось сохранить работу на каком-то из умирающих предприятий. Сфера мелких услуг, царство базара и секонд-хенда, полукриминальный бизнес, связанный с контрабандой, контрафактом или «сувенирами» из зоны АТО; кредиты и ломбарды, янтарь и металлолом, хитрые «темы» и «мутки» позволяют простонародью существовать в каком-то вечно турбулентном режиме, но отнюдь не больше того.

Шахтеры работают в долг, металлурги просели в доходах из-за глобального кризиса в индустрии, бывшие работники машиностроения давно переквалифицировались в охранников или автослесарей. Врачи и педагоги не понимают, как можно прожить на свою зарплату, и вынуждены делать ставку на взятку, а самые успешные селяне больше всего озабочены тем, чтобы сохранить собранный урожай от нового вида вредителей с автоматами и гранатами.

Социально уязвимые люди — такие как инвалиды и льготники — просто выживают всеми возможными способами, в лучшем случае пытаясь сохранить человеческий облик и подлинное достоинство — совсем не то, про которое им бесконечно рассказывает телевизор. Даже самая успешная каста украинского общества — представители IT-индустрии — теряют в доходах, сталкиваются с растущей конкуренцией извне, налоговым прессом, коррупцией и наездами со стороны различных государственно-мафиозных структур. И давно не ясно, где кончаются банды и начинаются доблестные правоохранители, смешавшиеся между собой до полной неузнаваемости.

Все это обобщения, а за ними читается множество конкретных человеческих судеб, пострадавших во времена лихой постмайдановской пятилетки. А большинство из них давно забыли, какую позицию занимали они в феврале 2014 года: жернова истории перемололи в итоге всех, и случается так, что патриоты пострадали даже больше, чем их противники.  

Можно сказать без всякой патетики: люди не видят никакого другого будущего для себя и своих детей. Полинявшие мосты падают, разбитые дороги ведут в никуда. И неудивительно, что их взгляд все чаще цепляется за объявления на работу в Польше. Хотя, попав туда, они чаще всего также оказываются на вечном положении второсортной рабочей силы.

Пафосные разговоры об уникальности Евромайдана, которые звучат сейчас в украинских СМИ, все же имеют под собой некоторый смысл — пусть совсем не тот, который вкладывают в него правительственные пропагандисты. Ни одно другое политическое движение последних лет не приводило к таким катастрофическим последствиям в такие короткие сроки. Крылатая латинская фраза «malum nullum est sine aliquo bono» — «нет худа без добра» — явно сказана не об украинской истории последних лет. Результаты Евромайдана ухудшили жизнь украинцев абсолютно по всем показателям, не принеся в нее сколько-нибудь существенных положительных изменений. Хотя, разумеется, нет худа без добра — люди учатся изо всех сил экономить на свете и воде, подделывают показания счетчиков, клепают буржуйки, осваивают энергосбережение, экспериментируют с бойлерами, вторсырьем и роются в поисках полезных вещей на свалке. Но все эти альтернативные, новаторские способы хозяйствования, разумеется, имеют в Украине совсем другие причины и смыслы, чем в современной Европе.

И тем не менее, майдан стал благом для украинцев — пусть и далеко не для всех. От него выиграло общественное меньшинство, захватившее власть по его итогам. Это все те, кто приобрел бонусы в результате смены власти, последовавшей по итогам Евромайдана.

В первую очередь к данной категории принадлежит большинство удобно встроившихся в новую реальность олигархов. Они создали новые схемы обогащения, которые помогли компенсировать временные убытки, а затем приумножили прибыль представителей крупного капитала и по-прежнему остаются главными политическими игроками страны, позволяя себе показываться из-за кулис, срывая аплодисменты клаки на своих же собственных телешоу.

Кроме того, от майдана сказочно выиграли радикальные националисты. Представители маргинальных нацистских групп стали уважаемыми статусными людьми, получив в свое распоряжение деньги, оружие, депутатские мандаты и должности в правоохранительных органах. Ультраправые тесно сотрудничают со спецслужбами, которые позволяют им расправляться с оппонентами и обогащаться за счет различных видов криминального бизнеса. Постмайдановское статус-кво гарантирует им полную безнаказанность и почти неограниченную свободу действий.

Даже тяжелые криминальные преступления — включая убийства, изнасилования или грабежи — как правило, сходят националистам с рук, а линчевание «ваты» или погромы художественных выставок вообще не рассматриваются властями в качестве заслуживающих внимание правонарушений. И это положение дел почти не изменилось в эпоху Зеленского — правые радикалы по-прежнему сохраняют за собой статус «неприкасаемых», что поставило их над действующими законами Украины.

Наконец, выгодоприобретателями народной трагедии стали так называемые «грантоеды» — украинская версия «чикагских мальчиков». Эти молодые и энергичные выпускники иностранных вузов особенно расцвели в эпоху Зеленского, когда, наконец, настало их время: время продавать остатки государственной собственности, железную дорогу, почту, инфраструктуру и, главное, землю как последний актив, всерьез интересующий транснациональный бизнес. Именно его интересы обслуживает абсолютное большинство заботливо выращенных на форумных хлебах грантоедов, сколько бы вышиванок они ни напяливали на себя перед патриотической публикой.

Евромайдан стал для этих категорий безусловным успехом, и неудивительно, что они готовы зубами защищать завоевания «революции достоинства», сражаясь за это до последнего украинца. И пока политическая власть в стране будет сконцентрирована в их честных, никогда не кравших и не убивавших руках, майдан будет отмечаться в стране как праздник.

Праздник со слезами на глазах народного большинства.