Сразу за аэропортом города Елизово, который служит воздушными воротами Камчатского региона, находится монумент, возле которого в обязательном порядке останавливаются для фото туристы. Медведица сжимает в зубах пойманного лосося и ведет за собой медвежонка. Под их фигурами на каменной глыбе надпись: «Камчатка. Здесь начинается Россия» — а за ними виднеются белые конусы пяти великолепных вулканов «домашней» группы, вплотную прилегающей к Петропавловску: Корякский, Авачинский, Козельский, Арик и Ааг.

Этот памятник по праву считается одним из самых ярких символов современной Камчатки. Он изображен на бесчисленных сувенирах и в каждом туристическом буклете — хотя монумент был установлен сравнительно недавно, в 2011 году, усилиями Андрея Пятко — местного политика и бизнесмена, возглавлявшего Елизовскую районную думу. Знаменитые каменные медведи появились благодаря его усилиям и инициативе — причем, чтобы установить памятник, понадобилось преодолевать разнообразные бюрократические препоны. А металлические буквы для надписи на постаменте специально заказывались Андреем в Москве, откуда их привез самолетом на Камчатку его друг Вадим Банников.  

«Украинская» Камчатка: Дальний Восток и близкие судьбы

Депутат Пятко родился в городе Елизово — и по праву называет себя камчадалом, занимаясь благотворительностью, экологическими проектами и активно участвуя в общественной жизни края. Однако его семья имеет прочные связи с «материком» и происходит из расположенного в Запорожской области города Мелитополя у теплого Азовского моря. Общаясь с ним, я вскоре узнал, что с 1987 по 1992 год он жил в главном городе Украины и учился в Киевском автодорожном институте, который заканчивали мой отец и дядя. Как раз в те годы там работала лаборанткой моя бабушка, которая часто забирала меня к себе. Разговорившись, мы подивились тому, как тесен наш мир, вспомнили 62-й автобус, ходивший с Подола к расположенному на площади Славы вузу — и на меня нахлынули воспоминания детства, которым совершенно не мешали наслоения прожитых лет и тысячи километров, разделяющие Киев и Петропавловск-Камчатский.

То, что человек с украинскими корнями оказался  среди создателей самого популярного памятника Камчатки, расположенного на одной из крайних точек современной России, вполне логичная закономерность — учитывая историю заселения этого отдаленного региона. В самом центре Петропавловска-Камчатского стоит памятник адмиралу Василию Завойко — первому военному губернатору Камчатки, который родился на территории нынешнего Каневского района Черкасской области. Завойко — представитель старинного казацкого рода — стал героем Петропавловской обороны, сражаясь против англо-французской эскадры во время Крымской войны. Кроме того, он много сделал для экономического развития края, обустроив здесь порт, мельницы, мастерские и рудники. Хозяйственный выходец из черноземной Украины завез на Дальний Восток триста племенных коров, успешно внедрял на полуострове выращивание картофеля, который зацветает здесь как раз в августе, и первым использовал в медицинских целях горячую воду вулканических источников.

«Украинская» Камчатка: Дальний Восток и близкие судьбы

Украинцы традиционно составляли значительную часть переселенцев, активно заселявших Дальний Восток еще с конца XIX века. Этот поток существенно усилился в советские времена. На Камчатку ехали геологи и агрономы, летчики и военные, строители и лесорубы, врачи и учителя — но в первую очередь моряки Черноморского пароходства, помогавшие развитию рыболовецкого и торгового флота. Так, основатель общественной организации «Местная национально-культурная автономия украинцев города Петропавловска-Камчатского», бывший сумчанин Виктор Манжос попал на «Океанрыбфлот» по распределению после окончания Одесского мореходного училища.

«Никогда не ощущал какого-то национального давления. Тем более что на Камчатке каждый десятый был украинцем. На полуострове всем народам бывшего Союза живется комфортно в этом плане, никто не чувствует себя ущемлённым. Азербайджанцы, буряты, калмыки, чеченцы, татары — одним словом, камчатцы — всех моих друзей и приятелей разных национальностей и не перечислить… Я до сих пор не делю Украину и Россию — для меня это одна Родина. Не было случая, когда бы мне дали понять, что я не той национальности», — рассказывал он в одном из своих интервью.

И действительно, украинская община Камчатки всегда жила активной общественной жизнью. Здесь был основан хор «Днiпро», вокально-инструментальный ансамбль «Украинская душа», постоянно действующий самодеятельный театр «Мрія», художественная студия «Червона калина», выходила газета «Батьківщина» — к слову, издававшаяся при поддержке местного краевого правительства — а до недавнего времени в одной из школ Петропавловска действовал украинский класс.

Согласно данным переписи 1989 года, на Камчатке проживали свыше 50 тысяч украинцев. К 2010 году их число упало до 18 тысяч — в основном из-за массового бегства на «Большую землю», опустошавшего эти края в кризисные девяностые. Однако в последние годы число украинцев вновь возросло — до 27 тысяч человек. Это связано с последствиями Евромайдана, которые резко усилили украинскую трудовую миграцию на Дальний Восток. Местные украинцы проводили в те дни многочисленные акции против войны на Донбассе, а в Петропавловск-Камчатский начали прибывать беженцы из Славянска, Луганска, Донецка, Горловки и Ясиноватой, котором пришлось сменить привычные угольные терриконы на огромные вулканические сопки. Этим людям срочно искали жилье, а затем предоставляли гражданство и работу в рамках «программы переселения соотечественников».  

«Украинская» Камчатка: Дальний Восток и близкие судьбы

 

«Люди прилетели сюда ночью, в тапочках, в шортах, дети были завернуты в полотенца. Из всего имущества — только набитые битком баулы, с какими раньше челноки ездили. Мы их встречали прямо у трапа, заворачивали в одеяла, чтобы не замерзли… Сначала мы поселили всех на базе отдыха «Альбатрос», там они жили три месяца, питались бесплатно, получили единоразовую помощь в 5 тысяч рублей, мы их вывозили в поля на временные подработки. Отремонтировали несколько муниципальных общежитий в Петропавловске и Елизово, сделали из них пункты временного размещения. Сейчас все беженцы живут там абсолютно бесплатно, ежемесячно получают набор продуктов, достаточный для того, чтобы вообще не ходить в магазин, а также проездной на все виды транспорта. Параллельно мы решаем вопрос их трудоустройства», — рассказывала в 2015 году Наталья Ниценко, руководитель краевого Агентства по занятости населения и миграционной политике — а беседовал с ней известный журналист Дмитрий Соколов-Митрич, первым рассказавший о новой дальневосточной волне украинской миграции.

Большинство переселенцев осели на Камчатке и вряд ли вернутся на охваченную бесконечным конфликтом родину — хотя они по-прежнему не равнодушны к ее судьбе. Это подтверждает Андрей Пятко, который защитил кандидатскую диссертацию на тему социально-экономического развития российского Севера и хорошо знаком с демографическими процессами в регионе. На его предприятиях тоже работают украинские мигранты — и они внимательно следили за результатами недавних президентских и парламентских выборов, в надежде на то, что ситуация в далекой Украине однажды начнет изменяться к лучшему.  

Пока таких изменений не происходит. Андрею приходится встречаться со своими мелитопольскими родственниками на территории России — хотя раньше он часто приезжал погостить на украинскую землю. Однако, посетив этот тихоокеанский край Ойкумены, я убедился: огромные расстояния и политические проблемы по-прежнему не мешают сохранять связи между бывшими частями одной страны. Человеческие отношения между их жителями не заканчиваются даже здесь — на Камчатке.