Этим летом Украина изнывает от жары, периодически сменяющейся тропическими ливнями. Они превращают улицы в бурные реки, по которым с трудом плывут застигнутые стихией автомобили, как это в очередной раз случилось в столице 29 июля. Впрочем, в последние дни на Киевщине в основном стояла удушливая 33-градусная жара. А июнь нынешнего года вообще стал самым теплым за последние 139 лет, то есть с тех самых пор, как в Киеве ведутся сколько-нибудь систематические наблюдения профессиональных метеорологов.

Согласно наблюдениям метеостанции Центральной геофизической обсерватории имени Бориса Срезневского, в прошлом месяце средняя температура в украинской столице составила +23,6 — что сразу на 5,4 градуса превысило ожидаемую климатическую норму. В июне зафиксировали 14 дней с температурой выше +30 по Цельсию, а в целом за этот период было поставлено 11 разнообразных температурных рекордов. Так, в частности, четыре июньские ночи стали самыми теплыми за всю историю метеорологических наблюдений. И всё это, безусловно, говорит о климатической аномалии, которая наблюдается сейчас на территории Украины.

Впрочем, ученые заговорили об этом еще до наступления «большого июньского пекла», как прозвали рекордную жару киевляне. 15 мая министр экологии и природных ресурсов Украины Остап Семерак написал в «Фейсбуке» о серьезных изменениях климата, благодаря которым в стране «можно будет выращивать бананы и ананасы».

«Если раньше наибольшее повышение температур фиксировали в Арктике, то в последние годы Украина также попала в этот шлейф. Неожиданно, правда? Мы бьем температурные рекорды и уже достигли среднего повышение температуры на 1,5 градуса Цельсия. Мы бьем температурные рекорды и уже достигли среднего повышения температуры на 1,5 ºС… Уже сейчас повышение средней температуры для наших территорий означает не только сокращение зимы, но и снег в июне, цветение фруктовых деревьев в январе и ливни, во время которых за полтора часа выпадает месячная норма осадков», — заявил украинский министр.

По его словам, процесс глобального потепления больше всего ощущается в северных регионах страны — на Полесье, однако одновременно с этим в южных областях также растет продолжительность засух. При этом Семерак настаивает на том, что Украине нужно выработать в этой связи особую климатическую политику — «поскольку преодоление погодных аномалий уже сейчас обходится всем сферам экономики в значительные суммы».

Разумеется, обещанные министром бананы в Украине пока не выращивают. Однако засушливый климат уже возродил в аграрной сверхдержаве некоторые специфические культуры, характерные для субтропической и тропической зон — например сорго, нут, чечевицу.

«Сорго — забытая культура, никто ею не занимался, пока у нас не было жесткой засухи три года подряд», — говорит об этом директор Института орошаемого земледелия, доктор сельскохозяйственных наук Раиса Вожегова, по словам которой теперь для переработки сорго якобы будет организован целый завод.

И вся проблема лишь в том, что на занятых для этого злака землях еще не так давно росли более привычные украинцам и значительно более рентабельные культуры.

Разговоры о глобальном потеплении стали в последнее время одним из трендов глобальной политики во всем мире. Ключевым элементом этого климатического бума является Парижское соглашение 2015 года, которое подписали 195 стран мира, обязуясь коллективными усилиями сократить выбросы углекислого газа в атмосферу. Как известно, участники этого соглашения должны предпринимать системные методы для борьбы против роста среднегодовой температуры, поэтапно ограничивать выброс парниковых газов, получаемых в результате промышленной деятельности человека, и постепенно пересматривать в сторону увеличения вклад каждой отдельной страны по снижению вредных выбросов в атмосферу. Кроме того, развитые страны обязуются выделять средства в специальный международный фонд для борьбы с последствиями климатических изменений, которым могли бы пользоваться представители бедных развивающихся государств.

Таким образом, меры по борьбе за предотвращение экологической катастрофы на поверку оказываются серьезным экономическим фактором — причём по множеству направлений. С одной стороны, крупнейшие индустриальные державы планеты должны ограничивать ради этого свой экономический рост, что вызывает недовольство крупного капитала, от лица которого Парижское соглашение нередко критикует американский президент Дональд Трамп.

В то же время страны-доноры из Третьего мира рассчитывают на специальные климатические дотации. К примеру, Германия выделила в прошлом году Украине 35 миллионов евро «для адаптации к изменениям климата». Эти средства должны быть потрачены на некие «зеленые» проекты, которые должны ориентироваться на выполнение Парижского соглашения — однако, судя по всему, речь идет о специфическом виде ориентированной на экологию коррупции, на которой наживаются профильные чиновники из Кабинета министров. У которых определенно есть резон почаще говорить на тему проблемы глобального потепления.

Нет, важность экологических проблем действительно велика. И страшная жара, которая царит сейчас не только в Украине, но и в Европе, а также на обширных просторах Восточной Сибири, лишний раз подтверждает актуальность этой угрозы наряду с катастрофическими паводками, от которых пострадали в этом году многие регионы Евразии. Однако важно понимать, что попытка реального решения экологических проблем замещается сейчас корыстным лицемерием стран Первого мира. И в результате климатические подачки евробюрократов обходятся Украине огромными потерями от вырубки карпатских лесов, которые уничтожаются по прямому требованию европейского бизнеса.

Заинтересованность в массовых поставках украинской древесины настолько велика, что Международный валютный фонд и Евросоюз ультимативно потребовали от Украины снять мораторий на экспортные поставки леса в Европу, угрожая заморозить кредиты, в которых остро нуждается правительство Украины. Причём европейские чиновники особо напирали на то, что это ограничение противоречит условиям соглашения Ассоциации с Евросоюзом, ради которого вроде бы и выходили на Майдан украинцы.

Вырубка леса давно приобрела в Украине характер экологической катастрофы и, несомненно, способствует климатическим изменениям в регионе, однако это не заботит Брюссель и Берлин, которые руководствуются исключительно собственным экономическим интересом. В то же время опустынивание обширных сельскохозяйственных территорий Херсонщины вместе с заболачиванием Сиваша являются последствиями блокирования поступающей в Крым днепровской воды. Хотя уже ясно, что это больно бьет по экологии всего Северного Причерноморья, не принося при этом никаких существенных политических дивидендов. И это экологическое бедствие также остается вне поля зрения передовой международной общественности по вполне понятным причинам, очень далеким от общечеловеческих ценностей и подлинного гуманизма.

Безусловно, планета остро нуждается в единой и сбалансированной экологической политике, о чем лишний раз свидетельствуют украинские климатические аномалии этого лета. Однако пока что мы видим на ее месте циничные политические спекуляции вместе с неизбывной борьбой за прибыль. Пока всё больше людей начинают ощущать на себе реальные последствия пресловутого глобального потепления.