В лице президента Франции Петр Порошенко неожиданного обрел столь верного и горячего союзника, каких у него, пожалуй, еще и не бывало. Ничто не предвещало такого результата, ибо Макрон, хотя и был достаточно критически настроен по отношению к России, воспринимался как политик, балансирующий между «ценностями» и «интересами», а потому не склонный к радикальным оценкам, который могут поставить Францию на грань конфликта с кем бы то ни было. Его встреча и совместная пресс-конференция с Владимиром Путиным в конце мая для многих стала доказательства, что новоизбранный французский президент, кандидат либерального истеблишмента, способен «наступить на горло собственной песне» и пойти на контакт с тем, кого он явно считает своим антагонистом.

Вчерашний день показал, что Эммануэль Макрон без всяких видимых усилий и причин переместился в стан самых непримиримых критиков России, по крайне мере, на украинском направлении. В Киеве, конечно же, уже звучат фанфары и раздаются победные реляции на тему самого крупного внешнеполитического прорыва Украины за все время войны. Президент Франции вместе со своим украинским коллегой намерен разработать новый план мирного урегулирования конфликта в Донбассе с учетом позиции Киева, склонить в его пользу Ангелу Меркель, заменить им опостылевшие и неработающие Минские соглашения. Если все действительно так, то, естественно, следует поздравить руководство Украины с долгожданным триумфом на международной арене.

ЧИТАЙТЕ ТАКЖЕ: У Порошенко раскрыли состав «формулы Макрона»

Собственно, заявления лидера Франции на пресс-конференции с Петром Порошенко дают возможность представить себе характер тех инициатив, с которыми намерен выступить Макрон. Французский политик слово в слово повторил те обвинения в адрес России, которые уже несколько лет тиражирует по всему миру официальный Киев. Аннексия Крыма — это понятно традиционная претензия, которую высказывают на разных площадках все без исключения главы западных государств. Беспрецедентными можно назвать слова президента Франции о том, что именно Россия «развязала войну» в Донбассе и если это положение станет основой так называемой «формулы Макрона», то это и в самом деле будет означать полный пересмотр принципов, заложенных в механизм урегулирования, как он прописан в Минских соглашениях.

Если Россия является «агрессором», стороной конфликта, то верны утверждения Киева о том, что руководители Донецкой и Луганской народной республик не самостоятельные фигуры, а марионетки, что Донбасс лишен субъектности, а, соответственно, переговоры с ним не имеют смысла. Отсюда следует и признание ничтожными других пунктов соглашения:  о каких выборах в регионе может идти речь, если на самом деле ситуацию в Донбассе контролирует Москва, какой особый статус может быть придан части двух областей, если они находятся под российской оккупацией! Следовательно, содержание нового миротворческого плана  будет сведено к тем пунктам, которые только и имеют смысл для Киева: вывод российских войск, передача границы под контроль Украины.

Но, похоже, делать выводы пока рано. Во-первых, поддержка позиции Порошенко со стороны Макрона на пресс-конференции не была безусловной. Как ни странно, выяснилось, что, несмотря на невероятно резкие слова в адрес России, он пока отнюдь не намерен хоронить Минские соглашения. «Но я не видел лучших предложений, т. е. предложения были, но я их не понял», — заявил президент Франции. Поэтому разговоры о том, что «формула Макрона» явится на смену всем предыдущим форматам, не кажутся пока слишком основательными. Во-вторых, денонсировать уже подписанный договор французский лидер просто не в состоянии, у него нет для этого правовых механизмов. «Минск 2», имеющий статус международного договора, одобренного ООН, так и останется документом, выполнение пунктов которого является обязательным для сторон конфликта. Москва, как и Франция с Германией, являются лишь гарантами реализации этого подробно прописанного плана действий.

То, что гаранты неодинаково трактуют принципы соглашения — это повод для дискуссий, отменить действие договора, поставить на нем крест ни стороны, ни гаранты не могут. Зато Москва в состоянии отказаться вообще от всяких контактов с Макроном в рамках Нормандского формата на том основании, что он неадекватно оценивает реалии происходящего. И, скорее всего, именно такой и будет ее реакция. Макрон анонсировал возможную встречу нормандской четверки еще до саммита G20, однако никаких консультаций с российским МИДом по этому поводу не было.

ЧИТАЙТЕ ТАКЖЕ: Наперекор всем: Трамп хочет полноценной встречи с Путиным

Страхи и надежды, связанные со странной выходкой французского президента, столь же основательны, сколь и расчет на то, что Минские соглашения когда-нибудь заработают. Понятно, что позиция Украины, которая неуклонно торпедирует их, в обозримой перспективе не изменится. Не изменится и набор претензий и требований Москвы, которая не устает напоминать как участникам Нормандского формата, так и своим «западным партнерам» о том, что Киев отказывается выполнять вполне конкретные пункты комплекса мер по выполнению договоренностей: не отведены вооружения, не приняты законы о выборах и об особом статусе части двух областей, не объявлена амнистия, не проведен обмен всех на всех. То есть Украина не сделала вообще ничего.

В сухом остатке мы имеем полностью лишенный смысла и какой-либо перспективы повлиять на ситуацию демарш Макрона. Никаких правовых или иных последствий ни его заявления, ни инициативы, даже если он их действительно выдвинет, иметь не будут. Надо полагать, что, заняв резко антироссийскую позицию, он преследовал ведомые только ему одному политические цели, не связанные ни с Украиной, ни с конфликтом в Донбассе. С чем Петра Порошенко и можно поздравить.