В Совете Федерации в четверг, 24 сентября, состоялось заседание «круглого стола» на тему «После пандемии: информационные войны в современном мире. Выводы для России». В заседании приняли участие сенаторы, журналисты, руководители ведущих СМИ России, представители МИД РФ, советники президента РФ.

Так, по словам сенатора, Америка не смогла предотвратить появление таких игроков, как Россия и Китай, а войны в Ираке и Ливии не в полной мере дали нужные США результаты.

Как отражать информационные атаки на Россию: мозговой штурм в Совете Федерации
Как отражать информационные атаки на Россию: мозговой штурм в Совете Федерации
© РИА Новости, Владимир Федоренко | Перейти в фотобанк
В попытках утвердить свою гегемонию через смены режимов тоже есть срывы, продолжил Пушков, пояснив, что «это Сирия, это Венесуэла, это Иран… и, будем надеяться, Белоруссия».

Сенатор напомнил, что в 1990-е годы, когда Китай был еще недостаточно силен, а Россия по сути добровольно согласилась на зависимость от Запада, не было таких информационных войн и не было «такого безумства в американских СМИ», поскольку события и так «шли в выгодном для них (для Запада. — Ред.) русле». Теперь же события идут «в смешанном русле», многое не удаётся, и «за счёт информационных ресурсов стремятся компенсировать эти политические провалы, политические ошибки, растущее размежевание в самом западном альянсе… неспособность справиться с Россией путём санкций, путём изоляции».

«Информационные войны призваны компенсировать эти новые, я бы назвал, политические слабости Запада», — констатировал Пушков.

При этом, по его словам, перестройка международных отношений будет длительным процессом, пока США по-прежнему остаётся исключительно мощным государством, лидером западного мира. Изменения будут происходить долго, и вследствие этого, по словам политика, «информационные войны превращаются в постоянную черту нашей эпохи».

Принимавшие участие в заседании круглого стола также обсудили меры, необходимые для эффективного противостояния информационным атакам и цензуре, которая стала возможной благодаря монопольному положению ряда медиакомпаний.