19 мая лидеры России, Белоруссии, Казахстана, Армении и Киргизии на заседании Высшего евразийского экономического совета не приняли проект стратегии развития ЕАЭС до 2025 года из-за разногласий по вопросу ценообразования на поставки. Президент Белоруссии Александр Лукашенко и премьер-министр Армении Никол Пашинян считают, что единую цену можно устанавливать уже сейчас, а президент РФ Владимир Путин, казахстанский лидер Касым-Жомарт Токаев и их киргизский коллега Сооронбай Жээнбеков настаивают, что это можно сделать только тогда, когда начнёт действовать единый рынок с единым бюджетом и единой системой налогообложения.

На вебинаре, который провёл Центр изучения перспектив интеграции, директор ОФ «Трансграничная исследовательская сеть Центральной Евразии» (Кыргызстан) Денис Бердаков пояснил позицию официального Бишкека, который совсем недавно, 11 мая, обращался к России — своему основному поставщику газа — с просьбой снизить тарифы.

Уралов: Киргизия из-за промышленной неразвитости в 2019 году «потеряла» треть золотого запаса
Уралов: Киргизия из-за промышленной неразвитости в 2019 году «потеряла» треть золотого запаса
© Семен Уралов

«Позиция республики специфичная, потому что постоянно возникает чувство, что Кыргызстан не имеет своей субъектности в союзе. Проблема в том, что государство как таковое и его институты не формирует чёткое видение, куда идёт Кыргызстан. Он был одной из тех республик, которые получили достаточно многое от вхождения в таможенный союз, единое экономическое пространство. Эта помощь почти полностью была оказана Российской Федерацией единолично — $200 млн на технические моменты для вхождения в таможенный союз и создание фонда $500 млн — которые, например, не получила Армения, на что нам часто указывает — для кредитования местного бизнеса», — сказал эксперт.

Он отметил, что это огромные деньги для республики, бюджет которой по расходам в прошлом году составил $2,1 млрд, то есть четверть бюджета Бишкеку предоставили в виде кредита, его можно было брать на кредитование, но за 5 лет использовали не более 2/3. Кроме того, отдельно Российская Федерация оказывала системную помощь по целому ряду направлений.

«Какой интерес Кыргызстана в ЕАЭС? Это регулярное получение системной многопрофильной, желательно гуманитарной, некредитной помощи от России. Это первое. Второе — налаживание свободного прохода условно кыргызских товаров, потому что во многом это переупаковка или доработка товаров, идущих из Турции, ОАЭ и особенно Китая, через границу Казахстана. Третий вопрос — это мигранты. 700 тысяч человек работают в России, около 100 тысяч — в Казахстане, несколько тысяч — в Белоруссии и несколько десятков человек в Армении. Вот три вопроса, которые Кыргызстан решал, входят в ЕАЭС», — объяснил Бердаков.

По его словам, третий вопрос сейчас более менее закрыт полностью, поскольку трудящиеся из Кыргызстана уже не мигранты, а имеют более количество преференций, если сравнивать с гражданами Таджикистана и Узбекистана, но тот экономический кризис, который идёт в России, конечно, сильно ставит под удар эту экспортную отрасль экономики Кыргызстана.

«Что касается вопросов газа и нефти, логично, что Кыргызстан должен быть вместе с Арменией и Белоруссией, и об этом говорили все. Единственное, почему Кыргызстан там не находится, потому что идёт прямая дотация со стороны России. Мы получаем пока достаточно много ресурсов напрямую, чтобы обеспечивать внутрисоюзную лояльность со стороны Кыргызстана», — заявил Бердаков.