Дмитрий Киселев считает, что журналиста, который занимался только своей профессиональной деятельностью, нельзя обвинять в госизмене.

«Невозможно журналисту предъявлять обвинения в государственной измене. Кирилл ничем другим никогда не занимался, кроме своей профессиональной деятельности — он талантливый журналист, у него яркое перо», — сообщил он.

Также он вспомнил совместную работу с Кириллом Вышинским.

«Мы с ним работали с 2000 года, до этого он был вполне самостоятельным персонажем в медиаполе Украины. Он делал даже такую юмористическую программу — политико-юмористическую сатирическую программу. У него прекрасное образование: он закончил филологический факультет Днепропетровского университета. Он прекрасно говорит на украинском языке — я всегда с ним консультировался, когда мне нужно было что-то уточнить в украинском. Он патриот своей страны, и ни о какой госизмене… это, конечно, абсолютный абсурд», — резюмировал Киселев.

Кирилл Вышинский. Справка
Кирилл Вышинский. Справка
© РИА Новости, Стрингер | Перейти в фотобанк

Главный редактор РИА Новости Украина Кирилл Вышинский был задержан 15 мая 2018 года у своего дома по подозрению в государственной измене и поддержке самопровозглашенных республик Донбасса. Ему грозит до 15 лет лишения свободы.

Позднее журналиста этапировали в Херсон, где 17 мая суд избрал ему меру пресечения — арест на 60 суток без возможности внесения залога. По информации Службы безопасности Украины (СБУ), по делу были допрошены 48 свидетелей.

Силовики также обыскали арендованный индивидуальный банковский сейф журналиста. По данным следствия, там обнаружили трудовой договор с МИА «Россия сегодня», пистолет, патроны к нему и 200 тысяч долларов. В связи с этим 6 июля Вышинского уведомили о новом подозрении — в незаконном хранении огнестрельного оружия и боеприпасов. 19 июля Херсонский городской суд арестовал имущество Вышинского. 6 августа журналисту продлили срок содержания под стражей до 8 сентября.

В России считают дело Вышинского политическим и требуют немедленного освобождения журналиста. Сам журналист заявил в суде, что он понимает: приговор для него «уже готов».