Больно, но неэффективно

Совет Европы продлил санкции в отношении Крыма еще на год. Вот уже два года полуостров живет в состоянии экономической блокады со стороны Запада: продукция, произведенная в Крыму, не попадает на рынок ЕС, западные инвестиции в недвижимость и производство заблокированы. Позиция Европы в отношении Крыма тверда. Приняв республику в свой состав, Россия посягнула на мировой порядок и сделала серьезную заявку на пересмотр Ялтинско-Потсдамской системы мироустройства. Принять этого ни Берлин, ни Вашингтон не могут, по крайне мере, здесь и сейчас.

Несколько иначе уже обстоят дела с санкциями в отношении самой России, вопрос о продлении которых должен быть рассмотрен 20 июня. Санкции, вероятно, продлят. Но, как сообщает «Интерфакс», сделано это будет без предварительного обсуждения на уровне глав МИД стран Евросоюза. Скорее всего, решение будет принято в рабочем порядке, без формата прений и обсуждений. Почему так? Все просто: открытая дискуссия по этому вопросу станет раздражителем для европейской бюрократии. После голосования французского Сената, выступившего против продления санкционного режима, дебаты, за которыми последует решение о сохранении статус-кво, будут выглядеть не иначе, как игнорированием мнения значительной части европейцев.

России санкции неприятны, спору нет. Они неприятны сами по себе, и они негативно влияют на инвестиционный климат. А в сочетании с падением цен на нефть так и вовсе тошно. Если санкции работают, то откуда та стыдливость, с которой Европа принимает решение об их продлении? Проблема даже не в том, что часть европейской экономики (прежде всего, АПК и нефтесервисные компании) страстно желают отмены санкции. Проблема в том, что санкции, даже будучи болезненными, не работают. Вести диалог о судьбе Донбасса в дихотомии «победа-поражение» невозможно. Судя по всему, этот диалог вообще лежит в другой плоскости.

К сожалению, в Украине антироссийским санкциям отводят роль постоянно действующей анестезии. Не столько возврат Донбасса (не факт, что Донбасс сейчас нужен Порошенко) и прекращение войны — сколько мщение России. А пока общество хочет мстить, можно повышать тарифы, ни сколько не повышая при этом эффективности государственной машины, можно бороться против чужой коррупции, не замечая своей и т.п. Антироссийские санкции – веселящий газ, которым травят украинские власти украинских же граждан. Причем травят за счет Европы. Вот Европа и призадумалась.

Генсек Украине не Пан

Международный экономический форум в Санкт-Петербурге заставил не раз поморщиться украинских дипломатов. Количество и качество приехавших на мероприятие участников идет наперекор тезису об изоляции России. Могло быть больше и лучше — и все же. Приезд на форум председателя Еврокомиссии Жан-Клода Юнкера и генсека ОНН Пан Ги Муна стали сигналом, если не налаживания отношений между Россией и Западом, то, по меньшей мере, готовности вести диалог. К слову, именно Пан Ги Мун подарил украинскому МИДа несколько неприятных минут, заявив о важности роли России в урегулировании конфликта в Донбассе.

Министерство иностранных дел Украины собралось отправлять ноту протеста в ОНН, а в украинских соцсетях посыпались проклятья в сторону смиренного с виду корейца. Мол, как так: Россия, которую Верховная Рада признала агрессором, будет участвовать в урегулировании конфликта на Донбассе? Пусть Сирия, но Донбасс? От своих слов, впрочем, Пан Ги Мун не отказался, в международный скандал история не вылилась, но осадок остался. «Еще одно предательство, теперь со стороны ООН», — подумали в Киеве. Но черт с ним, с ООН, главное, для Киева куда важнее другие трехбуквенные аббревиатуры: США, МВФ. С ними пока все хорошо, не «зрада».

Симон и Петро

В поисках национальных героев украинские власти добрались до Симона Петлюры. Не монархист как Деникин, не анархист, как Махно, не ученый-федералист, как Михаил Грушевский, Петлюра – представитель украинского села, мужицкий предводитель, лихой и бескомпромиссный. В Киеве на улице Грушевского, 4, открылась выставка, посвященная Симону Петлюре, а в конце мая страна отмечала 90-летие со дня его смерти. На украинских канала – свечка и минута памяти, в Нацсовете по телевидение и радиовещания – санкции в отношении тех ТВ, которые памятную дату проигнорировали.

Все украинские президенты двигали свой образ национального героя, который, как им казалось, больше других соответствовал духу времени и настроениям в украинском обществе. Для Леонида Кравчука – это был Михали Грушевский, для Леонида Кучмы, пожалуй, гетман Скоропадский, для Ющенко – Степан Бандера. Один лишь Янукович обошелся без сантиментов и исторических отсылок своей персоны к персонажам прошлого.

А для Петра Порошенко таким стал Симон Петлюра. Тоже из мужицких, вскормленный деревней, совсем не дурак, но при всем том – неудачливый предводитель.

 

Героизация образа Петлюры – новый тренд в украинской политике и медиа пространстве. Образ не менее, а может и более противоречивый, чем образ Бандеры, производит массу странных исторических казусов, «рвет шаблоны» и создает новые, сюрреалистические. Почитайте о них в нашем материале.