Старшина группы материально-технического обеспечения 1-й отдельной танковой бригады Андрей Гомоляко сообщил украинскому изданию «Фокус» о реальной обстановке в войсках, проводящих карательную операцию на Востоке Украины.

«Украина с момента объявления «перемирия» потеряла около 120 км Луганской области. С 5 на 6 сентября мы отдали эту территорию врагу. Такие приказы нам отдают нерадивые офицеры. Так что нам приходится постепенно оставлять наши земли. Последний украинский блокпост находится сейчас в городе Счастье, тогда как раньше был на 97 км дальше в сторону границы», — заявил Андрей Гомоляко.

По его словам, потери бригады в живой силе были относительно небольшими, однако десятки единиц военной техники попало в руки ополчения.

«Бригаду из 1280 человек направили воевать из Черниговской области в Луганскую. За два месяца — 24 погибших, 154 раненых, 36 пропавших без вести. В «Дмитровском котле» за один день мы потеряли 60 единиц колёсной техники и 4 танка», — рассказал старшина.

Украинский танкист: тела убитых наших бойцов лежат неделями

При этом он утверждает, что санитарных машин для вывоза раненных не хватает, а вертолеты даже не поднимаются в воздух ради нескольких пострадавших бойцов. Гомоляко также считает, что отношение командования к погибшим отрицательно сказывалось на боевом духе танкистов и «они всеми силами хотят уклониться от дальнейшего участия в военных действиях».

«Тела погибших по нескольку недель лежали рядом, их никто не забирал — лопались камуфляжи, форма, отлетали пуговицы из-за того, что их раздувает. Мобилизованные, которые видели это, думали об одном: не дай Бог оказаться на месте погибших героев. Уже привычной стала ситуация, когда убитых возвращают чужим родственникам… 70% состава бригады, если не больше, психологически изменились очень сильно. Они найдут тысячу и одну причину, чтобы не вернуться в зону АТО», — пояснил боец.

Украинский танкист: тела убитых наших бойцов лежат неделями

Однако более всего военных обижает безразличное отношение властей страны к участникам боевых действий и их семьям.

«Мы, защищая Родину, сами этой Родиной не защищены. Какой уровень патриотизма может быть у меня, например, если за период мобилизации меня уволили с работы, а я учитель истории и права в средней школе. Никакой социальной защиты семей военнослужащих нет, разве что на бумагах нашего правительства», — признался украинский танкист.