Ликует Киев: "Убили террористов!"

А террористы — бабушка и дед.

Хоронит мать сепаратиста,

сепаратисту только 8 лет.  

 

***

 

Що робити ви будете після війни

З почуттям провини

На руїнах весни?..

Як заснете, коли увійдуть к вам у сни

Всі, хто були розстріляні і спалені?..

 

I замолити як братовбивчий ви гріх,

Озвірівши й прозрівши,

Пішаки у грі?..

Божевільного часу як скинете гніт

Перед Богом на смертному вставши одрі?..

 

***

 

Как вы будете жить после этой войны

С этим чувством вины

На руинах страны?..

Как заснёте, когда постучат в ваши сны

Все, кто были расстреляны и сожжены?..

 

Как замолите братоубийственный грех,

Озверев и прозрев,

Что вы пешки в игре?..

Как стряхнёте безумного времени бред,

Чтоб предстать перед Богом на смертном одре?..

Марина Ахмедова

 

***

 

Третий день небеса рыдают,

Затянуло поля в дожди.

Не ходи на крылечко, мама.

Пацана своего не жди.

 

Шейте, женщины, черные платья.

Примеряйте к лицу седину —

Мой Донбасс захлебнулся кровью.

Украина ведет войну!

 

Наши дети уже не плачут,

Научились спать под обстрел.

Мужики лишь чернеют ликом,

У расстрелянных братских тел.

 

Это наши больницы и школы,

Рвут снаряды на разворот.

Террористы, сепаратисты —

Это мы, Донбасса народ…

 

Это в Киеве — " воля и доля",

Там "герои" и тронная речь.

Здесь Донбасс. Мы для хунты не люди.

Нас законно стрелять и жечь.

 

Мы не пляшем под чью-то дудку.

Не глядим в европейскую даль.

Не плюём на российского брата,

И поэтому, "мы — москаль".

 

Смерть ступает по нивам Донбасса,

Кровью сбрызнуты, не росой…

Смерть сменила свои одежды —

В вышиванке, венке и с косой.

 

От страны, во лжи одуревшей,

Ни пощады, ни правды не жди.

Украина воюет с Донбассом.

Небеса рыдают в дожди.

 

***

 

Вас растили, наверное, не матери,

И не с сестрами, и не с братьями,

Вам фашистскую, черную свастику
При рожденьи дарили каратели.
С детства вам забивали головы
Профашистскими "супер-героями",
Вот и жжете коктейли вы Молотова,
А не учите Правду истории…
Вы себя возомнили смелыми,
Не рабами, что в цепи закованы,
Только где ваши пашни спелые?
Вы давно свои земли продали!
Вы и предков своих тупо предали,
Что за вас погибали смелыми,
Чувства Чести для вас неведомы,
Вот и скачете, как оголтелые…
Малолетки…Безликие…Стадные…
Лица черным у вас зашорены,
Родились вы во время досадное,
Получились из вас горе-воины…
Украину вы вовсе не любите!
И святыни ее не цените!
Если сук свой отцовский рубите!
Если Родину свастикой метите!
Никогда вы не будете братьями!
Нам — нацисты — враги беспородные,
И не смейте себя, предатели,
Называть Украинцами кровными

 

***

 

Мама, а куда мы уезжаем?
— Ой, сынок, сама еще не знаю.
— Можно я возьму с собою мишку?
— Нет, родной, вещей и так уж слишком.
— Мам, а с нами едет Оля, Нина?— 
Мама промолчала без причины.

— Стой, а как же Васька, кот игривый?
— Мы его не можем взять, мой милый.
Места не хватает даже деткам,
Завтра я отдам его соседке.

— Знаешь, мама, я сегодня слышал,
Будто сильный дождь стучал по крышам.
Стекла в моей комнате дрожали,
Люди за окном все так кричали.

— Милый, ты не бойся, я с тобою,
Знай, я от любой беды укрою.
Спи пока, малыш, а завтра утром
Ждут уже нас новые маршруты.

— Мам, а мы сюда еще приедем?
Ваську заберем мы у соседей.
С мишкой вновь играть своим я буду,
Буду строить с Олей халабуду?

— Да, конечно, милый, очень скоро,
Сразу, как закончатся все споры.
Вновь вернемся в дом родной и светлый,
Снова будем здесь встречать рассветы.

Вдруг малыш уснул, у мамы слезы,
Где найти ответы на вопросы?
Как все объяснить ей крохе-сыну?
То, что не вернуться им в руины,
То, что не играть ему с тем мишкой,
То, что не читать ему здесь книжки…
Вновь вдали слышны грозы раскаты,
Где-то там стреляют автоматы.
Собран чемодан и ждет рассвета,
Нет в нем ни игрушек, ни конфеты.
Вещи и вода, как в худшей драме…
И еще… иконки две в кармане.

 

***

 

Война — кровавый дождь — и ты пройдешь,

Останешься воронкой под Славянском.

И вырастет на поле боя рожь,

Как где-нибудь под Курском или Брянском.

 

Усы Стрелка, Бабая борода,

Свист пули, пролетевшей снова мимо.

Наверняка, так было и в года

Времен Очаковских и покоренья Крыма…

Олесь Бузина

 

***


ВОИНАМ НОВОРОССИИ

 

На земле, среди злобы и бреда,

В небесах, где святых чистота,

Вашей славной грядущей Победы

У Спасителя молим, Христа.

Всё ясней, всё понятней дорога,

И светлее печали и грусть,

Вам завещана радость от Бога —

Воскресить разделённую Русь.

Тот народ, что Крестом осиянный,

Принял веру в Купели Днепра,

От лукавого сна и обмана

Пробудить наступает пора.

Разделение — ложь и проклятье!

И сегодня узнать нам дано:

Мы не просто соседи и братья,

Мы пред Богом навеки — одно.

Но фашистской, содомской отравы

Вашим братьям залили в сердца,

И забыли они нашу славу,

И устроили храм подлецам.

Так придите, от яда и ада

Защитить помрачённый народ!

Час приходит суда и парада,

Ждёт Украйна и Киев вас ждёт.

И не верьте, что Киев нерусский

Полюбил холуёв-палачей,

Он захвачен бандеровской гнусью,

Жадной сворой воров-богачей.

Но сияет над Лаврой Печерской

Свет святых и зовёт вас в поход.

Божья Матерь в Соборе Успенском

Свой Священный Покров подаёт.

Всем погибшим – к спасенью дорога,

А живые мужаются пусть.

Честь и радость даны вам от Бога –

Воскресить разделённую Русь.

Р.Б.И.

 

***

 

КУЛИКОВО ПОЛЕ


Души, вверх устремясь, преисполнившись боли,

Ярым беркутом зрят на сожженное поле…

Есть священный огонь, но есть пекло пожара…

Хата есть "край сэла" – есть святая Держава…

 

Куликовская битва, Куликовое поле…
Высота нашей чести, глубина нашей воли.
И пример этой чести – славный воин Димитрий
И Свят Радонеж Сергий, освятивший на битву.
И не раз еще было испытанием доли
Бородинское поле… Прохоровское поле…
Освященные небом на судьбы испытанье
Крепко держат удар родовые славяне!
На заходе-закате будоражатся тени,
Славных русичей мнят увидать на коленях…
Где ты, Дмитрий Донской? Здесь, у Черного моря,
Снова ждет твою рать Куликовое поле.
Елена Бучнева

 

***

Чтоб у старцев святых, просиявших в Руси,
Попросить: город мой защити и спаси,
Я проехала много монастырей,
Собрала по России немало свечей,
Чтоб священный огонь передать тем сердцам,
Что в пору лихолетья верны праотцам.
На коварную гидру готовы мечи —
Да поможет нам пламя священной свечи!

Елена Бучнева

 

***

ОДЕССЕ


Это было, это было
в прошлом…
Болью заросло,
то, что я в тебе любила,
распято
и в боль ушло…

А сегодня над Одессой
с черным вороном больным
зло кружится мелким бесом,
душит, мучит едкий дым…

Куликова поля стоны
над Одессою плывут,
кОлокола перезвоны
заглушают смерть и блуд…

Здесь пророческая битва
насмерть кровью началась,
херувимская молитва
над тобой оборвалась…

Нет! Умученных безвинно
гарью вытравленных глаз
с перебитыми ногами,
ломаными позвонками
слышен верный твердой глас…

Обожженными губами,
горлом выжженным хрипя,
обожженными сердцами
защитил Господь тебя!

Город мой! Тебя ли вижу?!
Твой ли голос узнаю?..
Верю: не убит, не выжжен
Чести глас,  что так люблю…


Елена Ковалева

 

* * *

Горят города по пути этих полчищ.
Разрушены села, потоптана рожь.
И всюду, поспешно и жадно, по-волчьи,
Творят эти люди разбой и грабёж.

Но разве ж то люди? Никто не поверит
При встрече с одетым в мундиры зверьём.
Они и едят не как люди — как звери,
Глотают парную свинину сырьём.

У них и повадки совсем не людские,
Скажите, способен ли кто из людей
Пытать старика на верёвке таская,
Насиловать мать на глазах у детей?

Закапывать жителей мирных живыми,
За то что обличьем с тобой не одно.
Нет! Врёте! Чужое присвоили имя!
Людьми вас никто не считает давно.

Вы чтите войну, и на поприще этом
Такими вас знаем, какие вы есть:
Пристреливать раненых, жечь лазареты,
Да школы бомбить ваших воинов честь?

Узнали мы вас за короткие сроки,
И поняли, что вас на битву ведёт.
Холодных, довольных, тупых и жестоких,
Но смирных и жалких как время придёт.

И ты, что стоишь без ремня предо мною,
Ладонью себя ударяющий в грудь,
Сующий мне карточку сына с женою,
Ты думаешь я тебе верю? Ничуть!!!

Мне видятся женщин с ребятами лица,
Когда вы стреляли на площади в них.
Их кровь на оборванных наспех петлицах,
На потных холодных ладонях твоих.

Покуда ты с теми, кто небо и землю
Хотят у нас взять, свободу и честь,
Покуда ты с ними — ты враг,
И да здравствует кара и месть.

Ты, серый от пепла сожжённых селений,
Над жизнью навесивший тень своих крыл.
Ты думал, что мы поползём на коленях?
Не ужас, — ярость ты в нас пробудил.

Мы будем вас бить все сильней час от часа:
Штыком и снарядом, ножом и дубьём.
Мы будем вас бить, глушить вас фугасом,
Мы рот вам совётской землёю забьём!

И пускай до последнего часа расплаты,
Дня торжества, недалекого дня,
Мне не дожить как и многим ребятам,
Которые были не хуже меня.

Я долг свой всегда по-солдатски приемлю
И если уж смерть выбирать нам друзья,
То лучше чем смерть за родимую землю
И выбрать нельзя…

Константин Симонов


ПОМИЛУЙ, ГОСПОДИ, ДОНБАСС!

Помилуй, Господи, Донбасс
И мир пошли на Украину!
Избавь от новой крови нас!
Дай к матери вернуться сыну!
Ты помоги, Господь, не мстить
Тому, кто в души брызжет ядом,
И научи нас тех простить,
Кого сейчас нет с нами рядом.
Избавь народ наш от чумы
И исцели больные души!
А все, чем так гордились мы,
Не дай, пожалуйста, разрушить!
За слезы вдов и матерей
Скажи, Всевышний, кто ответит?
От ненавистных упырей
Невинные страдают дети!
Страну от зла хотим спасти,
Чтоб мирно колосилось поле
И вновь сады могли цвести…
На все твоя, Господня воля!

Алевтина Гусева

 

*  *  *

Я зустрічався з вами в дні суворі,
Коли вогнів червоні язики
Сягали від землі під самі зорі,
І роздирали небо літаки.

Тоді вас люди називали псами,
Бо ви лизали німцям постоли,
Кричали "хайль!" охриплими басами,
І "Ще не вмерла…" голосно ревли.

Де ви ішли — там пустка і руїна,
І трупи не вміщалися до ям —
Плювала кров'ю "ненька Україна"
У морди вам і вашим хазяям.

Ви пропили б уже її, небогу,
Розпродали б і нас по всій землі,
Коли б тоді Вкраїні на підмогу
Зі Сходу не вернулись "москалі".

Тепер ви знов, позв'язувавши кості,
Торгуєте і оптом, і вроздріб,
Нових катів запрошуєте в гості
На українське сало і на хліб.

Ви будете тинятись по чужинах,
Аж доки дідько всіх не забере,
Бо знайте: ще не вмерла Україна,-
I не умре!

Василь Симоненко



Я вас встречал в те горестные годы,
Когда огонь до неба доставал,
И почерневший купол небосвода
Рёв самолётов вражьих раздирал.

Тогда вас люди называли псами, —
Ведь вы лизали немцам башмаки,
Орали "Хайль" осипшими басами,
Ревели "Ще не вмерла" от тоски.

Где вы прошли — пустыни и руины,
Для трупов не хватало больше ям.
Плевала кровью "Ненька Украина"
В хозяев ваших, прямо в хари — вам.

Вы б пропили ее, забыв о Боге,
Вы б выжили и нас с своей земли,
Когда бы Украине на подмогу
С востока не вернулись "москали".

Теперь вы снова, подвязавши кости,
Торгуясь, как потасканная б**дь,
Нацистов новых кликаете в гости —
Украинские хлеб и сало жрать.

Вы будете слоняться по чужбинам,
Пока вас чёрт к себе не заберёт.
Но знайте — не погибла Украина
И не умрёт!

(Василий Симоненко —

один из самых выдающихся украинских поэтов 60-х годов.

Умер в 1963 году при странных обстоятельствах, ему было всего 28 лет…)

 

* * *
Вот оно — судное время,
Горюшко без прикрас.
Вывернут наизнанку
Болью людской Донбасс.
Слезы и скорбные лица
Не позабуду вовек,
Кто отвернется душою —
Вовсе не человек.
Что, Украина, довольна?
Славны твои дела!
Новая атрибутика —
Мертвых сограждан тела.
Нынче не маки и ленточки
Можешь на грудь приколоть,
А убиенных деток
Многострадальную плоть.
Видишь — Полина Сладкая,
Срезанный черенок.
Из сыновей и дочек
Вей, Украина, венок!
Вот пятилетний Арсений.
Рядом — убитая мать.
Можешь себе на шею
Как двуколор повязать.
Ты как вампир, Украина.
Ныне же — не обессудь.
Станут тебе эти смерти
Пулей серебряной в грудь.
Ты забрала жизнь невинных.
Ты, Украина, палач.
Пусть тебе снится ночами
Детский предсмертный плач.
Счастье, мечты похитила.
Ты, Украина, вор.
Будет тебе и судилище,
Будет и приговор.

Ирина Вязовая-Быковская


Моя хата с краю сгорела…

Моя хата с краю сгорела.
Не сидите. И ваша сгорит.
Не молчите в тупом равнодушии,
Если совесть слезой говорит.
Отключите свой телевизор.
Открывайте Новый Завет.
Там закон есть — " Любите ближних" —
Справедливей закона нет.
Мой сосед был убит на рассвете.
Я ему не успела сказать,
Что люблю и его ворчанье,
И его несносную мать,
И его сумасшедшую кошку,
И привычку — ночью звонить
И стрелять до получки полтинник…
Мне сегодня его хоронить.
В городке нашем Храм разрушен.
Так случилось. Стреляют в Донбасс.
Мы пойдем на руинах молиться —
За себя, за соседа, за вас.
Нам, конечно же, будет страшно,
Будет свечка в руках дрожать,
Словно щит от невидимой смерти
Будет мама икону держать.
Если вы никогда не молились —
Помолитесь, хотя бы раз.
За детей, стариков и женщин.
За убитый войной Донбасс.
В Храм войдите. Поставьте свечку.
Пусть в огне её зло сгорит.
Если совесть ваша молчала —
Пусть сегодня заговорит.

Ирина Вязовая-Быковская



Украина воюет с Донбассом…


Третий день небеса рыдают,
Затянуло поля в дожди.
Не ходи на крылечко, мама.
Пацана своего не жди.
Шейте, женщины, черные платья,
Примеряйте к лицу седину.
Мой Донбасс захлебнулся кровью —
Украина ведет войну.
Наши дети уже не плачут,
Научились спать под обстрел.
Мужики лишь лицом чернеют
У расстрелянных братских тел.
Это наши больницы и школы
Рвут снаряды на разворот,
Террористы, сепаратисты —
Это мы, Донбасса народ.
Это в Киеве " воля и доля",
Там "герои" и тронная речь.
Здесь Донбасс. Мы для хунты — не люди.
Нас законно стрелять и жечь.
Мы не скачем под чью-то дудку.
Не глядим в европейскую даль.
Не плюем на российского брата
И поэтому — " мы москаль".
Смерть ступает по нивам Донбасса —
Кровью сбрызнуты, не росой.
Смерть сменила свои одежды —
В вышиванке, венке и с косой.
От страны, во лжи одуревшей,
Ни пощады, ни правды не жди.
Украина воюет с Донбассом.
Небеса рыдают в дожди.

Ирина Вязовая-Быковская



Полине Сладкой, шестилетней, невинно убиенной…


Спи, моя радость…усни.
Это не взрывов огни.
Это не стерва-страна.
Это не злая война.
Это не кровь, это сок.
Это не пуля в висок.
Нас не бомбят. Там не бой.
Господи! Не за тобой!
Деточка, это не в нас.
Это стреляют в Донбасс.
Смерти зачем малыши?
Деточка, только дыши!
Просто упала стена —
Глупых снарядов вина.
Просто осколок шальной —
Маленькой жизни ценой.
Смерть, уходи! Смерть, не смей
Трогать невинных детей!
Хочешь — меня. Прямо тут.
Ангелы сами уйдут.
Шелест невидимых крыл…
Кто тебе глазки закрыл?
Все, моя радость. Лети.
Если сумеешь — прости.

Ирина Вязовая-Быковская



Мы нынче не хороним, как всегда…

Мы нынче не хороним, как всегда,
Посёлком всем не провожаем к Храму.
Мы, где сумеем, там копаем ров
И батюшка кропит святой водою яму.
Ложатся в ряд сосновые гробы —
На кладбище нас снайпер не пускает,
А отче плачет и вершит обряд,
С молитвой души к Богу отпускает.
Живых мы стали знать по именам —
Болеет Лида, ей бы инсулина.
Борисыч без воды. У Сашки мать
С подвале спит и с нею внучка Лина.
А тётя Маша будет печь сегодня хлеб,
На всех и ночью, чтоб не видно дым от печки.
Дед Лёша снова просит сигарет,
А бабе Тане — Библию и свечки.
Бинты, бинты, конечно же, бинты…
Пододеяльники и простыни — всё в дело.
Не дай нам, Боже, ночью артобстрел.
Не дай нам, Боже, утром — снова тело.
Мы ляжем спать с иконкой в головах,
В молитве слез раскаянья напившись.
Мы на Донбассе посреди войны живем.
Живем, двумя руками в Крест вцепившись.


Ирина Вязовая-Быковская

 

Силовику ВСУ, бомбившему школу Донецка

Все дети мира плачут одинаково,
Хоть говорят на разных языках…
Вот наградят тебя медалью знаковой…
А что ты знаешь о боевиках???
Сидишь, солдатик, в «Песках» и отчаянно
Бомбишь Донецка школу ясным днём…
Ты кто, скажи, родившийся нечаянно,
На горе наживавшийся людском?

Не говори, что было так приказано…
Ведь выбор есть всегда, и выбрал ты –
Стрелять по малым детям безнаказанно,
Лишив их жизни и разбив мечты…
А президент медаль повесит броскую
За то, что ты стрелял в «боевиков»…
Но мать, что ходит с чёрною полоскою,
Навеки проклянёт своих врагов…

Подумай, если «думалка» работает,
Что бумерангом жизнь вернёт сполна…
С войны вернутся новые «двухсотые» –
Войны братоубийственной цена…
А дети… дети плачут одинаково,
Хоть говорят на «мове москалей»…
Солдат, ты хуже опухоли раковой,
Ведь убиваешь маленьких детей!
За то, что их родители уверенно
Себе избрали правильный маршрут…
Твои же генералы преднамеренно
Тебя в итоге, как других, сольют…

Целуй сапог верхов олигархических,
Но помни то, что ты убил детей…
И после всех поступков «героических»,
Покаяться тебе бы поскорей…
Да вымолить у Господа прощения…
Простить такое только он бы смог…
А дети плачут… Слёзы их – знамение,
Что Украины ложь раскроет Бог…

И будут плакать дети тех политиков,
Которые приказ дают стрелять,
Ведь гнев небес страшнее лживых критиков,
Что всё спешат Россию обвинять.
А дети… дети плачут очень искренне…
Ты не узнаешь, что такое РАЙ,
Ведь есть всего одна святая истина,
Которая гласит «Не убивай»!!!

Ирина Самарина-Лабиринт

 

* * *

Ничего святого не осталось
В ваших душах, горе-палачи.
Что творите!? Сердце разорвалось,
Горько плачет и кровоточит…

Страшные фашистские снаряды
Сбросили на школьный стадион,
Нету вам, каратели, пощады,
Вы еще придете на поклон…

Вы еще покаетесь, подонки!
Вы еще поплатитесь сполна!
Получай "Руина" похоронки,
Или выбирайся из говна…

Как же ваши бредни надоели!..
Мы нацистов подлых победим!
Рано наши дети повзрослели,
По убитым — плачем и скорбим…

Лика Кугейко

 

 

ЩИРИМ!

Коли прийшли поганцi клятi
До хати, де мiй батько рiс,
Лишивши Неньку гарной статi
Творивши те, що каже бiс.
Эвропа вся, заплющiв очi,
Мовляла, що усе гаразд,
А бiс творив усе що хоче,
Творив, i  вже не в перший раз!
То вiн у Сiрiю заскоче,
То стелить бомбами Iрак,
А ось i  Україну хоче —
Прийшла вона йому на смак!
А в Ненцi  щирi  запроданцi 
Радiють бiсовським ходам,
З Майдану стогнуть голодранцi.
Бiс  каже — потiм все вiддам!
Вiддасть! Коли лани зів'януть,
Коли брат брата знеживе,
Коли церкви руїной стануть,
Звiр в кожном мiстi зареве!
Сповна вiддасться вам, Iуди
За кров дiтей та всiх жiнок!
I кожному вiд Бога буде
На вiки вiчнiї урок!

 

 

Стояли мальчики — стеной…

Стояли мальчики — стеной,
Пока парламентская стая
Страну делила меж собой,
О привилегиях мечтая…
Стояли в дождь, стояли в снег,
Стояли — под плевком и матом.
Стояли — им нужнее всех.
Стояли… Ведь они — солдаты.
В который раз, в навоз — по бровь,
Прикрыв собою дармоедов,
Стояли, почернев лицом,
До чьей-то Пирровой победы…
Стояли — намертво, как встарь.
Стояли не жалея тела.
Горели факелом живым
Проплаченного беспредела.
Стояли — до седых волос,
До лживой похоронной тризны
Мои сыны — родная кровь
И пасынки своей Отчизны.
Их предавали сотню раз
И снова предадут иуды.
Стоял ОМОН. Стоял СПЕЦНАЗ.
Стояли мальчики — как чудо…
И вместе с ними — под Крестом,
Молитвою и Духом — вместе
Три инока вели свой бой,
Как офицеры высшей чести.
И если кто-то переврет,
Сама сложу о них былины.
Героям слава — это им,
Святым страдальцам Украины!
(Автор неизвестен)