На газовом фронте без перемен — так можно охарактеризовать итог встречи в «нормандском формате». Энергетическая составляющая саммита хоть и не была главной, но была важной. Срок действующего контракта между Украиной и Россией истекает в 10 часов утра 1 января 2020 года. А транзитный путь через Украину один из тех, по которому голубое топливо получает и Европейский Союз. Однако подвижек в переговорах между Украиной и РФ не произошло.

«Мы договорились продолжать договариваться», — подвел итоги переговоров исполнительный директор НАК «Нафтогаз» Юрий Витренко.

Тем временем стремительно приближается конец года. Издание Украина.ру попросило прокомментировать сложившуюся ситуацию руководителя аналитического управления «Фонда национальной энергетической безопасности» Александра Пасечника.

- Александр, как вы прокомментируете переговоры в Париже?

— Встреча на самом деле результата не дала, конкретики никакой новой не появилось. Пока все на том же месте. Принципиальная разность позиций присутствует, поэтому никаких подвижек и нет. Вопрос в том, у кого козыри. По большому счету, ни у кого. Вроде как обоюдно всем необходимо идти по пути кооперации. Но есть масса условий, которые не дают эту кооперацию воссоздать, восстановить. По сути, наверное, до Нового года, может, и будет какое-то решение. Но если и нет, то это не критично: и зима теплая, и запасов газа достаточно в Европе накоплено, есть возможность поставлять больше сжиженного природного газа, есть возможность загружать и действующие транзитные системы по доставке российского газа в Европу — скажем, с «Турецким потоком» возможны в ближайшее время подвижки — это тоже своего рода страховка. Здесь есть еще интерес Евросоюза, Еврокомиссии — вопрос энергетической безопасности Европы стоит и стоит остро. Но я думаю, что этот сезон, наверное, будет последним сложным. А дальше мы уже будем работать в большей степени с обходными маршрутами, выводить их на проектную загрузку — я имею в виду «Турецкий поток», «Северный поток-2». Но украинская система — это приложение. Это будет придаточным направлением. Если будет. Здесь же должны быть адекватные условия по тарифу, модернизационные перспективы, вложения должны быть, техногенность должна быть на уровне — непосредственная безопасность прокачки. В общем, посмотрим.

Еще есть вариант, если качать по украинской системе газ по европейскому законодательству, в том случае, если украинцы успеют провести имплементацию — распространить нормы европейского законодательства на свою ГТС. Такой вариант работы с 1 января тоже не исключен.

- Но если читать комментарии пресс-службы «Нафтогаза», то создается впечатление, что Украина выступает с сильных позиций: тут же и $3 млрд долга и прочее…

— Долг — это отдельная история. Вариант получить долг и бартером — такой вариант может обсуждаться. Но чтобы получить этот долг, нужно восстановить кооперацию. Здесь масса вопросов. А взыскать этот долг не так просто, если говорить по существу.

- Какой контракт был бы выгоден, с одной стороны, России, а с другой — Украине?

— Нет контракта, который был бы выгоден двум сторонам. У каждой свои взгляды. России выгоден контракт на один год: пройти этот сезон с украинским транзитом. А Украина желает зацепиться за долгосрочный договор — речь о горизонте в десять лет и прокачке до 40 млрд кубометров. «Газпром» может предоставить в идеале 15 млрд кубометров в год. Здесь масса нестыковок.

- Как вы считаете, удастся ли к чему-то прийти к 1 января?

— Не могу ничего сказать. Будут новые и новые раунды. Переговоры очень сложные. Пока каких-то радужных перспектив рисовать не приходится. Пока мы фиксируем патовую ситуацию.

- Но, как сказал президент России Владимир Путин, «а у нас в квартире газ, а у вас». У России газ есть, у Украины — нет. То есть именно Украина должна быть заинтересована в том, чтобы договориться.

— По логике да, но присутствуют политические силы, оглядки, и они не дают в итоге развиваться ситуации.