Об этом в интервью изданию Украина.ру рассказал живущий в Житомире украинский журналист и общественный деятель Сергей Форест.

- Сергей, сегодня в Киеве начались слушания в суде по делу нашего коллеги, главреда портала РИА Новости Украина Кирилла Вышинского, мы помним о деле Василия Муравицкого, о Руслане Коцабе, о Владимире Скачко, о преследовании ряда других журналистов. С другой стороны, недавно суд оправдал журналиста Павла Волкова… В связи с этим вопрос: как вы оцениваете ситуацию со свободой слова на Украине?

— На мой взгляд, ситуация со свободой слова не улучшается. Оправдание Павла Волкова — скорее исключение, там, наверное, очень хорошо сработали адвокаты. Но ситуация в целом… Возьмём дело Вышинского — уже не раз проскальзывала информация о том, что намереваются также арестовать его адвоката Андрея Доманского. По крайней мере, я видел такие сообщения в соцсетях.

- Да и сам Андрей Доманский о такой угрозе заявлял.

— Да. Это в очередной раз свидетельствует о том, что если какие-то демократические перемены в стране и идут, то очень маленькими шажками. Лично я каких-то заметных изменений в лучшую сторону пока не замечаю. Давление на СМИ продолжается, есть давление и на адвокатов, на общественных активистов.

Неслыханная свобода слова по-украински. Почему не тех сажают
Неслыханная свобода слова по-украински. Почему не тех сажают
© Пресс-служба президента Украины | Перейти в фотобанк

- Как это проявляется в период выборов?

— Скажу о личном опыте. Я был наблюдателем на выборах от Всеукраинской правозащитной организации «Успішна варта» («Успешная стража»). На некоторых избирательных участках мне как наблюдателю и журналисту запрещали вести съёмку, хотя по закону вести съёмку можно, запрещено снимать только в кабинке для голосования. А наблюдать, как работает комиссия, снимать разные случаи можно.

- Какие случаи?

— Например, были случаи, когда отказывали избирателям по каким-либо причинам. Скажем, его не оказалось в списках, или он забыл паспорт… Но в комиссиях, скажем так, не очень были рады тому, что велась съёмка. А кое-где, как я уже сказал, просто запрещали это делать.

Еще один пример. Ровно за два дня до голосования в первом туре администрация социальной сети Facebook заблокировала мою страницу, которую, как мне известно, читает достаточно много людей, где я высказываю своё мнение по актуальным вопросам политической и социально-экономической жизни. Моя точка зрения по многим проблемам власти вряд ли по вкусу. И вот такое совпадение — как раз перед голосованием страницу блокируют.

- Чем это объяснили?

— Ничем, только сообщили, что страница заблокирована до 27 апреля. Пришлось открывать новую страницу. Этот случай не единичен. Я разговаривал с коллегами, у которых точно такая же проблема. Как правило, все заблокированные страницы принадлежат людям, которые критикуют нынешнюю власть. Особенно и нечему удивляться: мы ведь знаем, кому принадлежит Facebook.

Царев подал в суд на Facebook из-за деятельности «порохоботов»
Царев подал в суд на Facebook из-за деятельности «порохоботов»
© РИА Новости, Александр Натрускин

- Как вы думаете, почему в медиасообществе не наблюдается большой солидарности журналистов с их преследуемыми коллегами, чем это объясняется?

— Действительно, есть такая проблема. Наверное, у нас такой менталитет украинский, что «моя хата с краю». И, конечно, это очень плохо, что журналисты не могут никак сплотиться, действуют в таких случаях давления на СМИ недостаточно напористо. Чего-то не хватает. Может быть, это отчасти связано с нашей национальной чертой, о которой я сказал.

Но может быть и другое объяснение. Ведь раньше были примеры солидарности и совместных действий. Поэтому, скорее всего, сейчас пассивность медиасообщества объясняется тем, что журналисты просто запуганы, опасаются потерять работу, остаться без средств к существованию. Скорее всего, это одна из причин того, что люди боятся выйти к стенам администрации, полиции с плакатами в защиту своих коллег.

- Сейчас во второй тур выборов вышли Пётр Порошенко и Владимир Зеленский. Действующий президент своё отношение к свободе слова уже показал. Чего можно ожидать от Зеленского?

— Сейчас тяжело что-либо прогнозировать, но я себе задаю вопрос: вот во главе страны находятся, по сути, организованные преступные группировки, так называемые «семьи» олигархата. Отдадут ли они реальную власть, будут ли изменения? Даже если взять простой район: судья, прокурор, начальник полиции, начальник СБУ — они же все повязаны между собой, какие-то родственные связи, кумовья и т.п. И что — как-то это всё изменится?

Вышинский: «Зачем вообще меня судят, если мое мнение в ходе процесса никого не интересует?»
Вышинский: «Зачем вообще меня судят, если мое мнение в ходе процесса никого не интересует?»
© РИА Новости, Стрингер | Перейти в фотобанк

Я не знаю… Мне не верится, что наступят какие-то улучшения. То же самое в сфере свободы слова — кому захочется, чтобы СМИ вскрывали их преступные схемы, писали об их злоупотреблениях? Это никому из власть имущих не понравится, они будут этому всячески противостоять — запугивать журналистов, обвинять их в несуществующих преступлениях — делать то, что делают сейчас.

Поэтому, я думаю, что коренных изменений в лучшую сторону, даже в том случае — предположим — если победит Зеленский, не наступит. По крайней мере, в ближайшие годы.

И всё же… По поводу улучшений — есть в сердцах людей надежда на оттепель. Поэтому и отдают предпочтение Зеленскому.