После окончательного раздела Польши в XVIII веке Брестский уезд на долгие годы стал частью Гродненской губернии Российской империи. В те времена никаких переписей этнического состава населения не проводилось, так что точно сказать, кто и где преобладал, трудно. 

Как Россия получила Правобережную Украину. Краткая история разделов Речи Посполитой
Как Россия получила Правобережную Украину. Краткая история разделов Речи Посполитой
© Public domain

Первая серьезная перепись была проведена только в 1897 году. Тогда и выяснился внезапный факт: в уезде тотально преобладают три языка: малоросский — на котором говорит большинство, идиш и великоросский. Носителей белорусского оказалось даже вдвое меньше, чем польского.

Однако в годы первой мировой до уезда добрались немецкие войска, и значительная часть населения ушла вглубь Российской империи с отступающей русской армией.

После подписания Брестского мира и начала гражданской войны определенные претензии на «Берестейщину» имелись сначала у гетмана Скоропадского, затем у Директории. Предпринимались даже попытки переговоров по территориальному вопросу между УНР и БНР. Но закончилось все тем, что пришли поляки и всех разогнали.

Поляки в свою очередь провели свою перепись, которая принесла прямо противоположные результаты.

Теперь большинство жителей региона оказались белорусами и евреями, а украинцы были в меньшинстве. Интересно, что в СССР регион неформально считался белорусским, поскольку был вотчиной подпольной коммунистической партии Западной Белоруссии. С другой стороны, украинские националисты не желали терять там своих позиций и пытались распространить в ячейки ОУН, впрочем, без особого успеха.

«Голосовали все». Как Галичина и Волынь попросились в состав Советского Союза
«Голосовали все». Как Галичина и Волынь попросились в состав Советского Союза
© Public domain

В 1939 году в результате Польского похода СССР вернул регионы, отторгнутые поляками в начале 20-х годов. Но возникла проблема. Поляки после захвата земель объединились часть Гродненской и Волынской губерний в одно Полесское воеводство.

И теперь предстояло разделить эти земли между УССР и БССР, да так, чтобы никого из товарищей не обидеть.

При этом и глава УССР Хрущев и руководитель БССР Пономаренко претендовали на то, чтобы отщипнуть себе кусок побольше. В наибольшей степени эта история известна из воспоминаний Пономаренко. Якобы Хрущев явился к Сталину, обложившись старыми картами, выписками из переписей и начал доказывать, что Брест непременно надо отдать УССР. Потом, якобы, блестяще выступил Пономаренко, который был настолько великолепен, что Сталин сходу назвал хрущевские предложения «петлюровщиной» и велел отписать район Белоруссии.

Здесь, однако, надо сделать небольшое лирическое отступление.

Пономаренко в послевоенные годы считался любимчиком Сталина, поэтому сразу после его смерти Хрущев и команда сняли Пономаренко со всех постов и отправили в дипломатическую ссылку, а потом списали на пенсию. В результате Пономаренко был до конца жизни очень зол на Хрущева, так что его воспоминания надо рассматривать с большой осторожностью.

Чей Брест? Как Украина и Белоруссия боролись за спорные земли
Чей Брест? Как Украина и Белоруссия боролись за спорные земли
© Public domain

Существует и другая версия, согласно которой решающую роль в разграничении территорий сыграл академик Пичета, написавший Сталину записку с доказательствами того, что Брестский район — исконно белорусская земля.

Владимир Пичета, персонаж, конечно довольно интересный. Родился он в Полтаве в семье серба и украинки, до революции делал карьеру в Москве, потом оказался в Минске, но в начале 30-х умудрился оказаться в тюрьме одновременно и за великодержавный русский шовинизм, и за белорусский буржуазный национализм. К концу 30-х его простили, но все-таки Пичета, при всем уважении, не был человеком того уровня, который мог решать территориальные вопросы.

Очевидно, что окончательное решение Сталиным принималось не по итогам ораторских баталий между главами республик и не по запискам опальных академиков, а по картам дореволюционной России.

Территории, входившие в состав Гродненской губернии, были включены в состав БССР, а бывшая Камень-Каширская волость, входившая в состав Ковельского уезда Волынской губернии, отошла к УССР.

Впрочем, окончательно территориальный вопрос решен не был.

Чьё Полесье? История и перспективы белорусско-украинской борьбы за спорный регион
Чьё Полесье? История и перспективы белорусско-украинской борьбы за спорный регион
© commons.wikimedia.org, Public Domain

Вскоре грянула война, по итогам которой границы БССР подкорректировали. Пономаренко просил нынешний Калининград ради выхода к морю, но в итоге лишился Белостокской области в пользу Польши. Маленков и вовсе подбивал Жданова выпросить у Сталина Полоцкую область в состав РСФСР.

Однако в случае с Брестской областью все испортили немцы. В период оккупации они включили её в состав рейхскомиссариата Украина. Под их крылом там развернулось подполье ОУН-УПА.

В общем, после войны руководство УССР уже не могло даже теоретически поставить вопрос о Бресте. Во-первых, получилось бы как при нацистах. Во-вторых, им и на западе УССР хватало проблем с местным подпольем.

В итоге конфликт затих на несколько десятилетий.

Все изменилось после распада СССР. В начале 90-х в Брестской области активизировалось украинское движение. К концу 90-х «Просвита» и прочие местные проукраинские организации были запрещены за подстрекательство к сепаратизму. Однако вялотекущий спор за Брестскую землю продолжается.

Чей Туров? Как «Сердце Полесья» могло стать Украиной, а стало Белоруссией
Чей Туров? Как «Сердце Полесья» могло стать Украиной, а стало Белоруссией
© РИА Новости, Егор Еремов / Перейти в фотобанк

С начала 90-х годов украинскими публицистами и исследователями опубликованы сотни материалов с вполне предсказуемым содержанием: Брест — исконно украинская земля, перепись 1897 года все доказала, поляки переписали всех украинцев белорусами, а потом белорусы еще раз переписали всех переписанных поляками в белорусы.

Еще одна важная претензия — «песнекрадство». По украинской версии, белорусы украли по меньшей мере сто украинских песен, перевели их на белорусский язык и теперь выдают за свои.

Белорусы, в свою очередь, отрицают сам факт существования какой-либо проблемы, ссылаясь на то, что согласно всем переписям населения, проводившимся в области за последние 100 лет, доля украинского населения не превышала 3-4 процентов, так что и спорить не о чем.

Тем не менее, несмотря на активный навал по линии публицистики и пропаганды, в официальном поле вопрос ни разу не поднимался украинскими политиками всерьез.