Идея восстановления польской государственности традиционно находила сочувствие у части русского образованного общества.

Почему Белоруссия не Украина. Интеграция региона в Империю после первого раздела Речи Посполитой
Почему Белоруссия не Украина. Интеграция региона в Империю после первого раздела Речи Посполитой
© Гравюра «Раздел Польского Королевства»

При этом было одно важное обстоятельство, которое и предопределило русско-польскую вендетту, продолжавшуюся со времён трёх разделов Польши в конце XVIII века и до катастрофы 1917 года, — в состав подлежащей восстановлению Речи Посполитой польские интеллектуалы (в том числе повстанцы 1863 года) включали территорию Белоруссии и Малороссии. Причём для поляков принадлежность данных земель Польше была так же очевидна, как то, что Висла впадает в Балтийское море.

За столетия пребывания Западной Руси в составе польско-литовского государства высшие слои общества подверглись тотальной полонизации, а западнорусская культура была низведена на уровень «попа и холопа».

Многие знаковые деятели польской культуры и истории XVIII—XIX веков (Тадеуш Костюшко, Адам Мицкевич, Михаил Огинский и другие) были связаны с территорией Белоруссии, что порождало в польском сознании восприятие этих земель как «своих».

Разделы Речи Посполитой 1772, 1793, 1795 годов означали лишь механическое возвращение Западной Руси в лоно русской государственности: польская шляхта приобрела в Российской империи статус дворянства, сохранив тем самым социально-экономическое господство над белорусскими крестьянами и оставшись главным культуртрегером западнорусского края.

Вот что писал польский революционер С.И. Сераковский о ситуации в Белоруссии в первой половине XIX века:

«Великий белорус» против Александра Суворова. Кем на самом деле был Тадеуш Костюшко
«Великий белорус» против Александра Суворова. Кем на самом деле был Тадеуш Костюшко
© Public domain

«Что такое Западный край? Высший и средний класс в нём составляют поляки, или, говоря точнее, литовцы и русские, которые добровольно приняли польский язык, польские стремления — одним словом, польскую цивилизацию. Всё, что думает об общественных делах, всё, что читает и пишет в Западном крае, — всё это целиком польское».

В этой связи неудивительно, что российская бюрократия того времени воспринимала Северо-Западный край империи как часть польской этнической территории.

Следуя принципу сословной солидарности, правящие круги империи в первой половине XIX столетия стремились заручиться лояльностью польской шляхты, проживавшей в белорусских губерниях, и не предпринимали попыток опереться на низы общества (крестьянство, мещанство, православное духовенство), сохранившие русскую культуру и самосознание.

Недальновидность проводимой властями политики стала очевидна в ходе восстания 1863 года, которое, начавшись в Варшаве, с течением времени перекинулось на территорию Белоруссии.

Оказалось, что польская шляхта, с которой российское правительство не одно десятилетие пыталось договориться по-хорошему, так и не оставила своих мечтаний о возрождении Польши «от можа до можа». В то же время польский мятеж наглядно показал, что русское население Западного края (белорусы и малорусы) не желает включения своих земель в состав польского государства и готово с оружием в руках отстаивать целостность Российской империи.

«Полонез» Огинского от «Песняров»: польские восстания и место в них белорусов
«Полонез» Огинского от «Песняров»: польские восстания и место в них белорусов
© commons.wikimedia.org, Public Domain | Перейти в фотобанк

На имя Александра II со всех концов Белоруссии приходили письма, в которых белорусы заверяли государя императора в своих верноподданнических чувствах и стремлении защищать свой край от польских инсургентов.

«Августейший монарх! — писали представители Витебского городского общества. — Необузданные свои притязания, попирающие всякую правду, поляки простерли посягательством своим и на белорусский край, исконное достояние России. И здесь, к прискорбию нашему, нашлась горсть дерзких, возмечтавших заявить Польшу в Белоруссии и смутить общественное спокойствие; но они горько ошиблись. Народ доказал, что он истинно русский.

Да сохранит нас Всевышний от беспорядка и бедствий войны! Но если Провидением суждено нам испытать их, верь, Государь, что мы никому не уступим в благоговейной преданности и любви к тебе, Царь, и к славной Твоим благодушным царствованием России и не остановимся ни перед какими жертвами для охранения чести и целостности твоей империи, дорогого нашего Отечества».

В белорусских губерниях из числа местных крестьян были сформированы сельские вооружённые караулы, которые задерживали мятежников и передавали их в руки законных властей. Караулы оказали существенную помощь правительственным войскам в подавлении мятежа, и сотни белорусских крестьян были удостоены высоких государственных наград.

За что сражалась польская шляхта на Украине и почему украинские крестьяне поддержали русские власти
За что сражалась польская шляхта на Украине и почему украинские крестьяне поддержали русские власти
© Public domain

Полковник А.Д. Соколов в рапорте князю В.А. Долгорукову о положении в Могилёвской губернии писал:

«Многие помещики-поляки Могилёвской губ. участвуют в мятеже против правительства, и многие из них хотя не участвуют явно, но сочувствуют восстанию, крестьяне же, напротив, где только можно, выказывают свою преданность Государю Императору и, сколько от них зависит, способствуют к подавлению мятежа;

в одно могилёвское уездное управление ими доставлено до 80 чел. разного звания людей, пойманных в лесах и на дорогах, из числа которых хотя и не все, но многие находились в шайках мятежников и впоследствии отстали или отделились, крестьянами также представлено более 30 чел. помещиков, которые, как они утверждают, доставляли продовольствие шайкам или внушали крестьянам не повиноваться русскому правительству и признать над собой владычество Польши и по другим обстоятельствам навлекли на себя их подозрение».

Реакция белорусов на польский мятеж заставила петербургских и московских интеллектуалов по-новому взглянуть на Северо-Западный край.

Кто был палачом белорусов - Муравьёв или Калиновский?
Кто был палачом белорусов - Муравьёв или Калиновский?
© Public Domain

«Мы виноваты перед вами; простите нас! — писала издаваемая И.С. Аксаковым московская газета "День". — Мы, русское общество, как будто забыли о существовании Белоруссии; мы долгое время не знали о той глухой, неизвестной борьбе, которую вели белорусы за свою народность и веру со своими могущественными, сильными, хитрыми и богатыми, со всех сторон окружающими их врагами — польщизной и латинством».

Польское восстание внесло существенные коррективы в политику правительства Российской империи в отношении белорусских губерний — деполонизация и утверждение русской идентичности Белоруссии стали основным содержанием деятельности администрации Северо-Западного края.

Смена политического курса правительства была ознаменована назначением виленским генерал-губернатором Михаила Николаевича Муравьёва. Новый начальник края своими продуманными и решительными мерами в короткий срок окончательно подавил вооружённое выступление польской шляхты и приступил к политике деполонизации западных окраин империи.

Сам виленский генерал-губернатор так сформулировал поставленную перед ним задачу:

«Важнейшим, труднейшим и первостепенным делом в Северо-Западном крае является не укрощение мною польского, в сущности, бессильного мятежа, но восстановление в древнем искони русском Западном и Литовском крае его коренных, исторических, русских начал и бесспорного, преобладающего первенства над чуждыми России, пришлыми элементами».

День в истории. 19 марта: родился самый суровый киевский генерал-губернатор
День в истории. 19 марта: родился самый суровый киевский генерал-губернатор
© commons.wikimedia.org,

Реформы М.Н. Муравьёва имели два важных аспекта — социально-экономический и национальный.

Социально-экономические преобразования заключались в том, что в Белоруссии было отменено временнообязанное состояние крестьян, то есть выполнение ими феодальных повинностей до выплаты выкупных платежей. Батраки и безземельные крестьяне были наделены землёй, конфискованной у участвовавших в мятеже польских помещиков.

Таким образом, в белорусских губерниях при Муравьёве и его преемниках произошло то, чего Россия XIX века ещё не знала: крестьяне не только были уравнены в правах с помещиками, но и получили определённый приоритет. В результате — свободное, экономически независимое от польских панов белорусское крестьянство постепенно начинает играть определяющую роль в общественных и государственных представлениях об идентичности региона.

Национальный аспект реформ М.Н. Муравьёва предполагал формирование у жителей Белоруссии русского национального самосознания (по формуле «я белорус, а значит, русский»), которое должно было прийти на смену идентичностям религиозного, сословного и локального характера, и ограничение доминирующего положения в Северо-Западном крае польской культуры с её высокоразвитым литературным языком.

Для реализации данных целей в Белоруссии была создана новая система народного образования, которая строилась на основе изучения русского и церковнославянского языков. Русский в качестве языка преподавания не вытеснял белорусское наречие, но служил средством социальной мобильности белорусов как язык общерусской и общеимперской коммуникации. Польский язык был полностью устранён из школы, даже как предмет изучения.

«Нераздельная часть русского народа». Как цитадель русских националистов стала независимой республикой Беларусь
«Нераздельная часть русского народа». Как цитадель русских националистов стала независимой республикой Беларусь
© e-news.su

Также по инициативе виленского генерал-губернатора была учреждена Комиссия для разбора и издания древних актов, которая занималась изучением истории Белоруссии и белорусского фольклора.

Результаты деятельности комиссии способствовали научному обоснованию принадлежности Северо-Западного края к русской этнической территории. Постепенно в крае начала формироваться западнорусская идеология, получившая историческое и этнографическое обоснование в трудах новой интеллектуальной элиты Белоруссии — О.М. Кояловича, Е.Ф. Карского, А.П. Сапунова, А.С. Будиловича и других.

Принятые М.Н. Муравьёвым меры быстро принесли положительные результаты. Попечитель Виленского учебного округа И.П. Корнилов отмечал:

«Русский элемент не есть здесь [в Белоруссии] нечто чуждое, водворяемое силой извне, он здесь свой, родной, и каждая мера правительства, направленная к восстановлению его законных исторических прав потому-то и принимается в крае сочувственно и сопровождается быстрыми успехами, что она пробуждает к жизни начало родное, всем близкое, кровное; край возвращается ныне к своему русскому источнику, к своей естественной исторической форме; система же нынешнего управления [созданная М.Н. Муравьёвым] есть не что иное, как освобождение русского народа от долговременного и тяжёлого латино-польского гнёта».

События 1863 года актуализировали для русского общества проблему построения большой русской нации, включающей в себя белорусов, великорусов и малорусов, и реформы М.Н. Муравьёва, по сути, стали первыми в истории Российской империи преобразованиями, в основе которых лежала идеология русского национализма, ставшего ответной реакцией на национализм польский.

Когда панов попросили вон: как проходило польское восстание 1863 года на Правобережье
Когда панов попросили вон: как проходило польское восстание 1863 года на Правобережье
© Public domain

М.Н. Муравьёв успешно справился с задачей включения Северо-Западного края в общерусский национальный проект, и уже в начале ХХ века Белоруссия представляла собой один из главных форпостов русского политического национализма — правые и националистические партии уверенно побеждали в белорусских губерниях на выборах в Государственную думу.

Вместе с тем подавление польского восстания предопределило возникновение белорусского сепаратизма.

Мятеж 1863 года был последней отчаянной попыткой поляков, включая полонизированную шляхту Северо-Западного края, возродить Речь Посполитую и включить в пространство польского национального строительства земли Белоруссии и Малороссии.

Провал восстания вызвал в рядах шляхтичей разочарование в самой «польской идее» и её жизнеспособности на белорусских землях, вследствие чего часть шляхты отказалась от своей прежней польской идентичности и провозгласила идею самостийной Белоруссии, наполнив её характерными для польской среды антирусскими предубеждениями.

Примечательно, что стартовой точкой белорусского сепаратизма стала книга Dudka Biełoruskaja, написанная в 1891 году бывшим повстанцем Франциском Бенедиктом Богушевичем, а главным национальным героем сепаратисты объявили предводителя польского восстания на территории Белоруссии и Литвы Винцента Константы Калиновского (в начале ХХ века переименованного в Кастуся).

Дорогой невезучих. Что такое белорусский национализм и откуда он взялся
Дорогой невезучих. Что такое белорусский национализм и откуда он взялся
© РИА Новости, Виктор Толочко | Перейти в фотобанк

Идея «обелорусить» Калиновского впервые пришла в голову известному деятелю белорусского националистического движения Вацлаву Ластовскому в 1916 году, в то время, когда территория Белоруссии находилась под германской оккупацией.

Фигура Калиновского, в конце марта 1863 года ставшего «революционным комиссаром Гродненской губернии», была достаточно удобна для конструирования сепаратистами образа «идеального белоруса».

Во-первых, к 1916 году непосредственных участников и свидетелей восстания 1863 года практически не осталось, поэтому никто не мог возразить против придуманной «белорусскости» Винцента Константы.

Во-вторых, в польской историографии начала ХХ века Калиновский является в лучшем случае героем второго плана, а потому полякам было не жалко уступить его белорусским сепаратистам.

В-третьих, деятельность польского мятежника имела явно антирусскую направленность, что давало возможность опровергнуть в рамках новой белорусской идеи концепцию триединого русского народа.

Окончательно образ «белорусского героя Кастуся Калиновского» закрепился в массовом сознании благодаря большевикам. В 1928 году на советские экраны вышел один из первых белорусских фильмов, так и называвшийся — «Кастусь Калиновский». В финальную часть картины была помещена такая милая сцена: «Восстание подавлено. Калиновский схвачен. Перед казнью с эшафота он обращается с прощальным словом к народу: "Слышишь, Беларусь! Верю — будет вольная Беларусь трудящихся, рабочих и селян!" "Слышим!" — звучит в ответ».

Ждет ли белорусских националистов «новый 37-й»
Ждет ли белорусских националистов «новый 37-й»
© РИА Новости, Алексей Майшев | Перейти в фотобанк

В 1943 году в честь Калиновского была названа советская партизанская бригада, действовавшая в Гродненской области. В том же 1943-м народный поэт Белоруссии Петрусь Бровка написал известное стихотворение «Кастусь Калиновский», позднее вошедшее в школьную программу по белорусской литературе. В нём Калиновский представал в образе… колхозного тракториста.

Таким образом, советский агитпроп с подачи белорусских националистов сделал национальным героем Белоруссии польского мятежника, банды которого во время восстания убили, по разным данным, от 500 до 1000 мирных жителей белорусских губерний.

Сегодня в Белоруссии продолжает воспроизводиться советский миф о «белорусе Кастусе». В 2013 году Министерство связи и информатизации РБ выпустило почтовую карточку, посвящённую 175-летию со дня рождения Калиновского, в том же году на одном из зданий по улице Калиновского в Минске была установлена памятная доска в честь польского повстанца.

При этом тогда же минские власти отклонили инициативу группы белорусской интеллигенции о восстановлении в Минске памятника императору Александру II, который был установлен в 1901 году и являлся данью памяти минчан императору, защитившему белорусов во время польского мятежа.