Русская троица возникла в стенах Львовской духовной семинарии в 1834 году. Ее создателями стали три человека — Иван Вагилевич, Маркиан Шашкевич и Яков Головацкий. Все они были детьми грекокатолических священников и сами готовились продолжить дело отцов.

Троица познакомилась на первом курсе и быстро сошлась в своих взглядах на литературу и политику. Все они были увлеченными панславистами и испытывали большие симпатии к России. Различными путями они добывали русские книги, разговаривали друг с другом по-русски, за это их в конце концов и прозвали «Русской троицей». Это название так и закрепилось за ними, оставшись в истории.

Почти как современные язычники, члены троицы взяли себе ярко выраженные славянские псевдонимы. Например, Вагилевич подписывался как Далибор.

Постепенно вокруг них сложился круг последователей, среди которых были и достаточно громкие фамилии. Так, к «Русской троице» был близок Осип Шухевич — прадед командующего УПА Романа Шухевича. В окружение троицы входил будущий русофил и депутат галицкого сейма Устианович.

Троица совершила «хождение в народ», собирая пословицы, песни и прочие этнографические материалы местных жителей. Они также активно пытались развернуть печатную деятельность.

Так, Шашкевич крошечным тиражом сумел издать сборник стихов «Сын Руси». Однако со временем австрийская цензура стала чинить им препятствия. Издать сборник статей и манифестов «Зоря» троице так и не удалось.

Крупным успехом стало издание в Будапеште «Русалки Днестровой».

Троица давно выступала против использования латиницы и настаивала на переходе на кириллицу. «Русалка» стала первой попыткой адаптировать кириллицу для галичан, которые прежде учились только на латинице. Этот литературный альманах (он состоял преимущественно из статей и переводов участников троицы) был напечатан с использованием новой системы правописания «народного языка», предложенной авторами.

Австрийцам удалось изъять большую часть тиража, однако часть изданий троице удалось распространить через друзей и последователей. «Русалка» стала фундаментом для всех последующих фонетических систем и правил уже украинского языка.

Через троицу в Галицию проникли некоторые произведения малоросских и великоросских авторов, прежде неизвестных в этом регионе.

После выпуска из семинарии, уже став грекокатолическими священниками, все трое продолжали свою деятельность. Их явно выраженная русофилия в конце концов стала вызывать подозрения у властей, и на активистов понемногу начали давить. Шашкевича лишили прихода, и вскоре лишившийся средств к существованию он умер от туберкулеза.

Это произошло в 1843 году, который стал годом фактического распада троицы. После смерти Шашкевича остальные ее участники пошли разными путями.

Яков Головацкий покинул приход и долгое время работал в Львовском университете. С годами он становился все более убежденным русофилом и панславистом. После одного из публичных выступлений австрийцы выразили особое недовольство его речами, после чего он покинул страну.

Будитель обосновался в Российской империи, где сложил сан и перешел из грекокатоличества в православие. Осев в Вильно, он до конца жизни руководил местной археографической комиссией и выступал в прессе со статьями, в которых отстаивал единство русского народа «от Карпат до Дальнего Востока». В России Головацкий получил чин статского советника и персональную пенсию.

Что касается третьего члена троицы Вагилевича, то он фактически отрекся от прежних взглядов.

Польское подполье еще в годы существования троицы активно пыталось наладить с ними контакты и использовать в своих интересах. В конце концов уже после распада троицы Вагилевич проникся их влиянием и стал страстным полонофилом. Он вернулся к латинице, начал говорить по-польски и отстаивал идеи великой Польши, согласно которым Галиция будет частью возрожденной Речи Посполитой.

Впрочем, с влиятельными польскими покровителями Вагилевич в конце концов разругался и демонстративно в знак протеста перешел из грекокатоличества в лютеранство.

Последние годы жизни он работал скромным архивариусом и к моменту смерти в 1866 г. был основательно позабыт в отличие от пользовавшегося уважением в России Головацкого и от культового Шашкевича, чья ранняя смерть в нищете превратила его в мученика за идею.

«Русская троица» стала предтечей всех последующих движений в Галиции, как украинофильских, так и русофильских. Сами члены троицы не делали принципиального разделения. Например, Головацкий был скорее русофилом, а Шашкевич скорее украинофилом. Но все они были прежде всего панславистами, которые отстаивали идею о единстве галичан с великороссами и малороссами.

Лишь через два десятилетия после распада троицы среди их последователей постепенно началось размежевание на украинофилов и русофилов, которое длилось почти полвека. И только к началу ХХ века эти течения разошлись настолько сильно, что превратились в непримиримых врагов.