Маленькую группу журналистов, в которой была и французская съемочная группа с телеканала TF-2, пресс-служба Народной милиции ДНР привезла в небольшое здание недалеко от центра Донецка. По договору с ДНРовцами, нам нельзя говорить, что это за место и где оно находится. Нельзя его снимать. Съемка возможна только в специально выделенной для беседы комнате. Я смог переговорить с тремя пленными. Все они были бойцами из недавно разгромленной 53-й бригады. Все родом с территории бывшей Луганской области.

Бородай раскрыл, сколько добровольцев сейчас в Донбассе
Бородай раскрыл, сколько добровольцев сейчас в Донбассе
© РИА Новости, Михаил Воскресенский / Перейти в фотобанк

В здании еще утром содержалось примерно 30-40 военнопленных. Они то прибывали, то куда-то отправлялись в сопровождении вооруженных людей. Так, при мне из двух камер вывели примерно человек 20. В одной их было 8, а во второй — 12 человек. Выходили по очереди — руки за спиной, голова очень низко опущена вниз, взгляд строго в пол, глаза поднимать строго запрещено. Выходили на улицу, где их ждал специальный транспорт.

Среди пленных были две женщины в камуфляже. На вид больше сорока. Они содержались отдельно. Как нам объяснили, это были медики.

Две камеры с белыми стенами. Нары тоже выкрашены в белый цвет. Матрацев нет.

Украинские военнопленные: воевать не будем, хотим мирно жить

Если я все правильно понимаю, то пленные ночуют не в этом месте. Сюда их привозят для того, чтобы их допросил следователь, и они переговорили с командой донецкого омбудсмена Дарьи Морозовой. Если всё с ними в порядке, то есть если они не совершали преступлений против человечности, то после подписания обязательства о том, что они больше не возьмут в руки оружия, их в ближайшее время отпустят. Если они, вернувшись на Украину, снова подпишут контракт с ВСУ, то в случае повторного попадания в плен будут осуждены по российским законам.

«В 2015 году мне контрактник из Николаева попался. Подписал такую же бумагу, что всё, служить в ВСУ больше не пойдет. И что вы думаете, передали его Украине, а потом через две недели он бодро рассказывает по украинскому ТВ, как он тут у нас героически сидел, и что собирается снова подписать контракт и снова поехать воевать на Донбасс. Очень сильно хочу его снова увидеть, если он еще живой…», — говорит мне сопровождавший нас старший лейтенант по имени Андрей.

Общее впечатление от пленных — на военных совсем не похожи: какие-то босяки, низкорослые, простоватые, совершенно плебейские лица, абсолютно ничего от «одвичных лыцарив», как их подает украинская пропаганда, в них нет. Одеты все в мешковатую военную форму.

Зарево пожарищ, взрывы и катастрофы. Хроника событий на Украине на утро 27 февраля
Зарево пожарищ, взрывы и катастрофы. Хроника событий на Украине на утро 27 февраля
© скриншот видео

Были среди них и те, кто был в гражданке. Причем один был одет так несуразно, что вызвал у присутствующих улыбку. На нем были старые офицерские галифе с красным кантом, женская черная шуба из искусственной шерсти (такие выпускали еще в советские времена), какие-то черные сапоги-дутыши, которые при его росте где-то метр шестьдесят восемь были на пять-шесть размеров больше, чем его ступня. Из-за этого казалось, что он ходит в валенках. Он даже не ходил, а шаркал дутышами по полу. Но самым хитом в его одеянии была, конечно, шапка Деда Мороза красного цвета с белой окантовкой. Причем на шапке были еще серебристые звездочки.

Украинские военнопленные: воевать не будем, хотим мирно жить

Когда его провели мимо меня, я не смог удержаться от ироничного вопроса:

— Я понимаю, что он решил переодеться в гражданское, когда дезертировал, но что, он искренне думал, что в шапке Деда Мороза в конце февраля он останется незамеченным?

— Да нет. Он, когда нам сдался, его одежда была мокрой, пришлось его переодевать. Переодели в то, что у наших бойцов было под рукой, — объясняет мне охранник.

Как удалось мне выяснить во время беседы с импровизированным «Дедом Морозом», зовут его Константин Чуприна. Сам он из Северодонецка. В 53-й бригаде служил пулеметчиком. Во время нашего разговора он постоянно просил у старшего лейтенанта Андрея сигареты. Оказывается, старлей купил их специально для пленных, с которыми мы должны были общаться. Понимает, что им в эти минуты не хватает не только свободы, родного дома и близких, но и курева. Помимо сигарет, Костя постоянно просит воды. За время нашего разговора он осушил 5-6 чашек. Чувствуется, что он еще в шоке. Жалуется на боль в ногах — шел два дня, чтобы сдаться в плен. Никто, по его словам, в плену его не бил, не издевался, обращение человеческое. Никакой ненависти. Кормят хорошо.

Зеленский мог предотвратить военные действия, но вместо этого отправил украинцев на верную смерть - Кива
Зеленский мог предотвратить военные действия, но вместо этого отправил украинцев на верную смерть - Кива
© REUTERS, Ukrainian Presidential Press Service/Handout

Кстати, его слова о гуманном обращении подтвердили мне и другие мои собеседники. Ни у них, ни у других пленных я не видел ни следов побоев, ни кровоподтеков, ничего такого, чтобы свидетельствовало о пытках, либо побоях.

О том, как и почему он, парень с Луганщины, отправился служить в ВСУ, сам он рассказывает следующее:

«Подписал контракт в декабре 2020 года. Служба для меня была просто чем-то вроде обычной работы. Я до этого работал обычным грузчиком. Денег не хватало. А у меня женщина и ребенок. Хотел сделать ей предложение и жениться. Тогда никто уже не стрелял, не воевал. Вот и пошел. Думал, всё, теперь будет граница и "забор". Воевать никто не собирался, у нас даже не было БК (боекомплекта. — Ред.).

Украинские военнопленные: воевать не будем, хотим мирно жить

Если идешь служить в ВСУ, то можно получить 10 тысяч гривен (25 тысяч рублей), а если в секторе служишь, то и почти 30 тысяч. Если их получаешь, то можно было собрать нужную сумму, чтобы купить квартиру. Вместе со мной служили простые пацаны с Донбасса. Тоже из-за денег пошли: кто-то из-за долгов, кто-то потому, что не мог прокормить семью.

Когда начались боевые действия, попал под сильный обстрел. Днем пополз, пополз… сначала к своим, а там уже никого не было. Командиры наши уехали куда-то. Спрятался, дождался ночи. Потом пошел на светящиеся фонари. Пришлось даже речку перейти. Весь мокрый был. Сдался под Николаевкой, перед этим найдя листовку ДНР, где объяснялось, как сдаться в плен».

Костя говорит, что за время своей недолгой службы не видел ни одного украинского националиста.

Один миллион двести тысяч - столько фейков распространяется в соцсетях об операции России в Украине - Постпред в ООН Небензя
Один миллион двести тысяч - столько фейков распространяется в соцсетях об операции России в Украине - Постпред в ООН Небензя
© РИА Новости, Нэнси Сисель / Перейти в фотобанк

Больше всех из пленных меня впечатлил рядовой Руслан Рагимов. Несмотря на его 27 лет, он выглядел как ребенок. Во время разговора сильно волновался и нервничал, на глазах наворачивались слезы. Казалось, вот-вот, и он заплачет. В его голосе чувствовалась искренность. Лично у меня не было никакого сомнения, что после пережитого он на войну точно больше не пойдет. Испуга и шока, вызванного войной, ему хватит на всю жизнь. Он сам и его товарищ Владимир Масленников, с которым он решили сдаться в плен, родом из луганского города Рубежного. Город уже занят армией ЛНР. Теперь Руслан с другом спокойно могут возвратиться домой.

Украинские военнопленные: воевать не будем, хотим мирно жить

— Контракт с ВСУ подписал четыре месяца назад — в октябре 2021 года. Служить пошел, чтобы не призываться на срочную службу. Мне сказали в военкомате, что служить буду рядом с домом, и буду ездить к родным на выходные. Но меня обманули — послали на передовую.

После сильного обстрела начали отступать. Когда с Володей Масленниковым поняли, что нас снова начнут вооружать, решили тихо уйти. Сначала ховались у гражданских, они нам дали гражданскую одежду. Когда вошли первые бойцы ДНР, решили переждать, чтобы они что-нибудь не сделали с нами на эмоциях. Когда зачистка была произведена, всё стихло, тогда мы и сдались. С нами хорошо обращались, мы ели то, что ели и они, их сухпайки. Спали рядом с ними, нас просто охранял кто-то из них, чтобы мы не сбежали.

Украинские военнопленные: воевать не будем, хотим мирно жить

Спрашиваю: В 2014 году, когда в ЛНР был референдум вы его поддержали?

— Поддержал, но потом пришла Украина, и чтоб не быть призванным, я уехал в Россию. Жил три года в Пушкине, работал рабочим. Потом в Рубежном у меня появилась женщина, родилась дочь Маша. Я остался. Если б был один, то продолжал бы жить в России. Но тогда с украинскими документами жить в России было трудно. Но и на родине тоже нелегко. Безработица. Вот и пошел служить.

— А за ЛНР не хотите воевать?

— Нет, не хочу воевать, хочу мирно жить. Когда вернусь в Рубежное, пойду на завод.

— Хотите что-то передать матери и вашей семьей?

— Хочу передать, чтобы они ничего с собой не сделали, хочу, чтобы они знали, что я жив-здоров.

— А какая вам музыка нравится, какие фильмы?

— Мне нравится просто жить.

— Поддержите присоединение ЛДНР к России?

— Конечно. Тогда установится мир, и все уже прекратят воевать.

Трудно сказать, когда закончится  операция по денацификации и демилитаризации Украины — завтра, через неделю или год. Но ясно одно: брошенные и обманутые своими украинскими начальниками, эти солдаты больше точно воевать не будут.