Ко мне за советом обратилась добрая моя знакомая Оксана. Потомственный директор крупной бройлерной фабрики. И вот ее подопечные в этом году на порядок хуже стали набирать вес, чем в прошлом. Мол, все перепробовала, а они не растут. Что делать?

Дмитрий Выдрин: кто он
Дмитрий Выдрин: кто он
© РИА Новости, Владимир Трефилов / Перейти в фотобанк
Бройлера я последний раз видел пару лет назад. На сковородке. Под чесночным соусом. Хотел было на безосновательную просьбу знакомой возмутиться, но вспомнил давнюю американскую историю. Там вроде во время испытания перспективной модели «боинга» у самолета отваливались крылья. Руководитель концерна перепробовал всё: изменял состав дюраля, стреловидность, тип крепления… Не помогало. А денег акционеров вложено немерено. Хоть стреляйся из дедовского кольта. И тут один испытатель и предлагает ему обратиться за советом к старому еврею, который играет в парке под офисом на скрипке. (Наверное, это был тот чудак, кто лабал еще до эмиграции для Куприна в «Гамбринусе»).

Босс с удивлением спрашивает: «Он что, известный авиаконструктор?» — «Нет, он просто мудрый еврей». «А что талмудист понимает в наших проблемах?» —  «Ничего. Но он понимает жизнь. К тому же мы уже ничем не рискуем — испытали всё, что можно».

Короче, приглашают древнего скрипача. Тот думает, что идет на какой-то корпоративчик. Сразу предупреждает, что играть на инструменте без рук, как один президент, уже не может. Возраст. А его озадачивают узкоспециальным вопросом. Впрочем, жизнь научила его ничему не удивляться. Он на секунду задумывается и говорит: «По всей линии отлома крыльев просверлите с шагом в миллиметр маленькие дырочки». Директор смотрит на него, как на конченого идиота, — это ж еще больше ослабит прочность плоскостей. Но, чтобы посрамить пресловутую еврейскую мудрость, отдает соответствующее распоряжение конструкторам. Самолет с дефлорированными крыльями взлетает и… благополучно проходит испытание.

«Как, как, как вы смогли так тонко и парадоксально расшить, рассчитать сложнейшую задачу?» — захлебывается он от переизбытка чувств, подписывая музыканту чек на громадную сумму. «Я ничего не рассчитывал, — скромно говорит скрипач, — я просто заметил, что туалетная бумага никогда не рвется по дырочкам».

Педро Голобородько — вождь инков
Педро Голобородько — вождь инков
Поэтому я и посоветовал высокопрофессиональной директорше поискать ответ за пределами узкоспециальных аспектов. Да и сам задумался. Тут еще меня расстроили наши футболисты на Евро-2020. Потом добавили экономисты из правительства, которые прогнозируют рост ВВП страны аж вокруг одного (!) процента… А я интуитивно чувствую, что все эти вроде разнопрофильные и разномасштабные сферы имеют одинаковую методологию преодоления своих проблем. Это прежде всего выход за пределы укоренившихся стереотипов, устоявшихся шаблонов, сложившихся понятий.

Вот перечитал великий самоучитель по этому делу — первый роман Виктора Пелевина «Затворник и Шестипалый». Сразу многое стало понятным. Очень трудно стать добровольно Затворником-бройлером, который по собственному желанию покидает «социум», чтобы познать метафизику мира и собственную суть. Социум убеждает, что главное в жизни — это кормушка и поилка. А собственный поиск вдруг открывает, что надежда и любовь еще важнее. И тогда ты понимаешь, что мир — нечто большее, чем фабрика, а те, кто тебя кормит и поит, совсем не боги… Но за такое прозрение тебя делают изгоем.

Нет, добровольно уйти в изгои в нашем мире стяжательства, культа всеобщего потребления — непосильный подвиг для всех, кроме разве что святых. Это их эксклюзивное Дао — просветление вместо поглощения. Но вот стать шестипалым — вынужденным (!) изгнанником «социума» — вполне возможно. Если иметь очевидный изъян, который так раздражает сообщество кормушки. Шестипалый бройлер ведь не задумывался о дальних мирах, об устройстве вселенной, о глубоких чувствах — любви и предательстве, о свободном полете… Пока его за нестандартную лапу не выкинули из иерархии кормушки. В общем, все как с Россией.

Вспомнил еще известную футбольную сагу про то, как датчане стали чемпионами Европы в далеком уже девяносто втором. Выбыли они из отборочного круга. Знаменитый зарубежный тренер команду покинул. Звезды разбежались. Спонсоры затаились. Нет команды — ни знаковых игроков, ни денег, ни стратегии. И вдруг из-за санкций выбывают «юги», и их приглашают на чемпионат. У кучки несыгранных футболистов только молодой, но занудный тренер Рихард Мёллер-Нильсен, не разделяющий стереотипы и ценности международного тренерского социума и помешанный на престиже страны, поднявший нерв игры от бренных призовых нулей до бессмертных «быть или не быть», и один сильный игрок Ким Вильфорд с умирающей семилетней дочкой на руках. Тренер Рихард убеждает, что только они могут спасти самоуважение маленькой страны. А полузащитник Ким утверждает, что маленькая Лин живет, пока они хорошо играют… И они играли вопреки всем и всему. И выиграли первенство, не имея ни единого шанса… Хорошая девочка Лина. Как жаль, что она умерла…

В девяностые богатая Америка оказывала гуманитарную помощь голодной России именно бройлерами. Подкармливала знаменитыми «ножками Буша». РФ обещали даже вмонтировать в глобальную пищевую цепочку. Если, конечно, будет верить в «правильное» устройство мира: не подвергать сомнению рациональность устройства мира как единой кормушки и верить в божественную сущность кормильцев. Западный мир ведь быстро развивается и из брутального «скотного двора» давно превратился в образцовую бройлерную фабрику. Для самых послушных — сытно, чисто, светло… А то, что впереди маячит «цех номер один» — разделочный конвейер, — так это пустые слухи и грязные инсинуации. Спросите у нормальных бройлеров. Или, например, у украинских политиков.

Чайка по имени Сюзанна Масси
Чайка по имени Сюзанна Масси
Но вот какой-то «шестипалой» оказалась Россия. Лапа у нее нестандартно большая — немереные территории, бесконечные просторы, неисчислимые ископаемые… Еще и о чем-то думающие люди… Ей бы ампутацию, вивисекцию, лоботомию. А еще лучше — простую расчлененку. «Техасской бензопилой». Ведь понятно, что ни бройлерам, ни футболистам, ни странам нельзя заглядывать за обозначенный им кормилицами-«богами» горизонт. Там за горизонтом такое можно увидеть…

В общем, и хотела бы страна мыслить в уютном формате стандартов и ценностей потребления, есть дармовые окорочка, но ее усиленно гонят санкциями в философию бытия, за границу желудка — во вселенную сложных вопросов и бездну мучительных переживаний… Притом что у них денег бройлерные куры не клюют, а у нас на пармезан не всем хватает.

Короче, хорошо упомянутым украинским братьям хозяева твердо обещают корм. По крайне мере, сложился уютный «кормо-культ», и нет сомнений в избранном пути. Даже футболисты играют неплохо. В пределах кормежки, разумеется.

А Россия вся в вечном поиске и в смутных мечтах:

— бройлерам не хватает любви, испытаний и мечты о полете;

— футболистам не хватает гордости перед большой выздоравливающей страной и милосердия хотя бы перед одной маленькой больной девочкой. (Хорошо, хоть тренер ушел с огромадными нулями вместо глаз.);

— ну, а простые граждане не понимают, почему бурно не растет экономика в потенциально самой богатой стране мира, где есть всё, кроме забытой страсти покорения загоризонтного мира…