Президент Украины Владимир Зеленский написал 3 апреля в Instagram: «после каждого пятничного заседания СНБО я жалею только об одном — что у нас не семь пятниц на неделе».

Зеленского можно понять. Ведь именно решения СНБО в последние месяцы формируют политическую и экономическую ситуацию на Украине, отодвинув на задний план Кабинет министров и Верховную Раду и превратив министерства в послушных исполнителей.

Марков сказал, чем займется Зеленский в последние два года своего президентства
Марков сказал, чем займется Зеленский в последние два года своего президентства
© РИА Новости, Алексей Витвицкий | Перейти в фотобанк
2 февраля решением СНБО было прекращено вещание телеканалов NewsOne, ZIK и «112 Украина». 26 февраля — телеканала «Первый независимый». 19 марта решением СНБО были введены санкции против двух российских банков, отозваны выданные ранее решения на пользование недрами у 19 компаний (это решение президент утвердил своим указом 25 марта) и введены санкции против посещавших Крым трех депутатов Европарламента от Франции (это решение президент утвердил своим указом 23 марта). 2 апреля было заблокировано имущество граждан Украины, обвиняемых в организации крупных объемов контрабанды, уволены 125 сотрудников Государственной таможенной службы Украины (включая глав 5 таможенных участков и 12 руководителей либо заместителей руководителей региональных таможен), а также введены санкции против 11 российских организаций (включая Россотрудничество) и т.д.

Заседаний СНБО реально начали бояться. Накануне одного из них Петр Порошенко поспешил 18 февраля официально переоформить на себя телеканал «Прямой», получив информацию о возможных санкциях против номинального владельца массмедиа.

Стоит уточнить важный момент — санкции каждый раз вводятся указами президента, утверждающими решения СНБО, которые могли быть приняты гораздо раньше. Так, председатель Верховной Рады Дмитрий Разумков заявил 30 марта: «Вопросы, которые были рассмотрены как результаты заседания СНБО, были рассмотрены раньше. Достаточно серьезно раньше — несколько месяцев назад, но введены они были 23 марта указом президента. Мне немного тяжело объяснить, почему фактическая дата 23 марта, но такие вопросы рассматривались. Было ли 23-го заседание? Нет, не было».

То есть это не диктат решений СНБО, полноправным членом которого является и Разумков, а скорее диктат указов президента. СНБО же стал инструментом для главы государства, чтобы принимать законодательные акты в обход голосования парламента.

Самой очевидной причиной перехода на такое «директивное управление» является фактический распад «монобольшинства» правящей партии в Верховной Раде. Фракция «Слуги народа» расслоилась на отдельные «группы влияния» и «группы по интересам», она уже не голосует по приказу президента, с каждой группой внутри фракции надо считаться и договариваться. Для многих голосований становится необходимым подключать фракцию «Голоса» и депутатскую группу «За майбутне».

Спикер парламента Украины Дмитрий Разумков примеряется к президентству
Спикер парламента Украины Дмитрий Разумков примеряется к президентству
© rada.gov.ua
Кроме того, собственные амбиции обрел и председатель парламента Дмитрий Разумков, практически открыто намекнувший в начале февраля о своих президентских амбициях. Рейтинги Разумкова растут, так что действующий президент заинтересован снизить популярность своего соперника, а не повышать ее, договариваясь со спикером Рады ради проведения через парламент законов и давая тому возможность публично показать свою значимость. Перенести «центр тяжести» власти из Рады в СНБО в этой связи выглядит логичным — здесь Разумков тоже открыто бунтует, но его мнение уже не так важно.

Но и это не главные причины. Просто по мере выхода фракции и главы парламента из-под контроля начали проявляться изначально присутствовавшие качества президента.

Зеленский — не профессиональный политик. Это и достоинство, и недостаток.

Политический класс часто представляет замкнутую корпорацию, вроде масонской ложи, где «для профанов» одно (красивое зрелище на публике), а «для своих» другое (реальная политика за кулисами, где «свои люди» договариваются друг с другом).

Вспомним Петра Порошенко, который до избрания президентом заседал в Верховной Раде четырех созывов (1998 — 2002, 2002 — 2005, 2006 — 2007, 2012 — 2014), прерываясь на то, чтобы поработать при Ющенко главой СНБО (2005) и министром иностранных дел (2009 — 2010), а при Януковиче министром экономического развития и торговли (2012).

Порошенко умело лавировал из лагеря в лагерь, меняя один перспективный политический проект на другой — СДПУ(о) на Партию регионов, Партию регионов на «Нашу Украину». И везде обрастал контактами, связями, со всеми в дальнейшем мог договориться. Не случайно модель правления Порошенко учитывала и Верховную Раду, и министров — со всеми договаривались, одним платили, с другими делили ценные активы, например, с Аваковым — те же нефтегазовые участки на Восточной Украине.

Зеленский же, придя в политику после избрания президентом, плохо представляет себе, как работает «политическая машина». В его представлении все должны его слушаться просто потому, что за него проголосовал народ, дав мандат доверия. «Непослушание» раздражает. Да и представление о разделении ветвей власти, политики и экономики новичкам тоже чуждо: «почему я не могу сделать все, что хочу, ведь я — президент?»

Поэтому переход на директивную модель управления выглядит логичным и в какой-то степени даже неизбежным. Такой же путь прошла и другая постсоветская славянская республика — Белоруссия.

Зеленский и конституция. Президент Украины не ведает, что творит
Зеленский и конституция. Президент Украины не ведает, что творит
Все это накладывается на отсутствие политической традиции, в которой ценится и учитывается разделение ветвей власти. Жители бывшего СССР в массе своей уверены, что все проблемы может решить сильный начальник, стучащий кулаком по столу, так что чем больше он заберет себе полномочий, тем лучше. Не случайно именно Лукашенко уже много лет — самый популярный иностранный политик на Украине. Да и за Зеленского многие голосовали как за Голобородько из телесериала «Слуга народа», который придет и всех надоевших политиков просто расстреляет.

Выступавший в похожей нише генерал-полковник в отставке Игорь Смешко в 2019 году также с нуля сумел набрать много голосов в первом туре президентских выборов — 1,14 млн, тогда как действующий президент Порошенко — 3,01 млн, а будущий триумфатор Зеленский — 5,71 млн.

О перспективах таких начинаний можно только догадываться. Курс на сверхпрезидентскую республику вел Леонид Кучма, тоже в общем-то чужой человек для «политического класса», сразу (пребывание с 1990-го депутатом Верховного Совета УССР можно учитывать лишь отчасти) ставший в 1992-м премьер-министром, а в 1994-м — президентом. «Красный директор» пытался забрать себе максимум власти, но в 2000 году получил отпор от Верховной Рады, сначала заставившей Кучму распустить свое личное воинство в лице Национальной гвардии, а затем проигнорировавшей итоги референдума об увеличении полномочий президента.

Далее на «промахнувшегося Акелу» перешли в атаку — дело Гонгадзе, кампания «Украина без Кучмы», попытки импичмента и т.д.

У Зеленского пока что есть контролируемая Верховная Рада, но каким будет состав парламента после очередных выборов — вопрос открытый. А инициативы президента об усилении его власти может сплотить всю оппозицию против него.