Где тут Россия?

После ознакомления с обнародованными документами возникает двойственное ощущение, отметил политолог Михаил Погребинский. По его словам, хорошо, что есть какое-то движение в части согласования совместных шагов по урегулированию кризиса, хотя и нет иллюзий, что это может произойти быстро.

«Тем не менее целый ряд пунктов в этой истории с кластерами так или иначе отражает готовность следовать, я бы сказал, букве Минских соглашений — ну, за некоторыми исключениями. Вот эти некоторые исключения — они не позволяют двинуться резко вперёд в процессе урегулирования», — сказал Погребинский в эфире «Первого Независимого».

Он пояснил: связано это с тем, что Киев отказывается рассматривать этот конфликт как конфликт внутренний.

«Украинская сторона, мы — не желаем смириться с давлением со стороны Москвы, направленным на то, чтобы описывать этот конфликт как конфликт гражданский. Вся украинская интерпретация происходящего конфликта немедленно рушится, если согласиться с тем, что конфликтующие стороны — это обе стороны украинские», — подчеркнул политолог.

При этом такие игроки, как США и — отчасти — Европа, лишатся логики, в которой они действуют сейчас. 

Без Зеленского. Париж и Берлин хотят, а Москва отказывается
Без Зеленского. Париж и Берлин хотят, а Москва отказывается

«Например, Европа регулярно каждые полгода продлевает санкции против Российской Федерации. Если бы украинская сторона сказала: ОК, мы соглашаемся с тем, что конфликт — с частью нашего украинского общества, которое не приняло события, которые произошли семь лет тому назад… Если бы они с этим согласились, то тогда в каких-то дураках оказываются европейские посредники, и не просто посредники, а вся Европа, которая на протяжении многих лет утверждает, что конфликт между Украиной и Россией и что Россия виновата и поэтому санкции против неё, потому что она не выполняет Минские соглашения», — сказал эксперт.

Кто держит руку на пульсе

Погребинский отметил, что Россия нигде не упоминается в Комплексе мер по реализации Минских соглашений, но некоторые пункты можно интерпретировать так, что без Москвы их выполнение невозможно, а Москва, дескать, «не помогает».

По мнению Погребинского, сама идея кластеров позитивна, она позволяет действовать последовательно, шаг за шагом. Однако проблема в том, что украинское руководство, возможно, и хотело бы действовать так, но оно может быть «несвободно в принятии решений». Есть люди вне Украины, отметил политолог, которые поучаствовали в украинских событиях 2013-2014 годов, и они сейчас возвращаются в новую власть в США — и вполне вероятно, что некоторые из них стараются держать руку на пульсе.

Зеленский, наверное, мог бы пойти на реализацию какого-то мирного плана, предположил журналист Вячеслав Пиховшек, подробно анализируя в своей программе «Хронология недели» опубликованные «Коммерсантом» документы. И добавил, что ему в это не верится, поскольку, во-первых, Минские соглашения предусматривают, что с руководителями самопровозглашённых республик Донбасса надо разговаривать напрямую (а Киев этого не хочет). Во-вторых, у Зеленского уже пропал политический ресурс. То, что он мог бы легко реализовать сразу после победы на выборах, теперь провести через парламент будет совсем не так просто, ему там уже «не так верят». 

Ищенко объяснил, отправит ли РФ войска в Донбасс в случае наступления ВСУ
Ищенко объяснил, отправит ли РФ войска в Донбасс в случае наступления ВСУ
© Владимир Трефилов

В частности, сопротивление может вызвать пункт о передаче границы под контроль Киева уже после выборов (в Киеве требуют другой очередности — сначала присутствие на границе, потом выборы) и ряд других пунктов.

Пиховшек отметил, что публикация «Коммерсанта» объективно опровергает тезис Киева о едином проекте Украины, Германии и Франции — есть серьёзные расхождения (хотя бы относительно того же контроля над границей).

По мнению журналиста, противоречия в подходах вполне можно было бы уладить при наличии доброй воли, но — «ясно, что такой доброй воли не будет, если у сторон будет различное видение ключевых законов, видение, которое вынесено за скобки всех этих проектов».

В чем опасность ситуации

Глава аналитического центра «Донбасский институт региональной политики» Энрике Менендес в интервью изданию Украина.ру отметил, что после публикации документов всем стало ясно, что франко-германский план и план украинский — вовсе не одно и то же (как в этом пытались убедить публику в Киеве). Более того, план Франции и Германии, по словам эксперта, на 90% похож на план, который был представлен республиками Донбасса ещё в ноябре 2020 года, и тот план был встречен в штыки национал-патриотической частью украинского общества. 

Третьяков сказал, к чему надо готовиться Зеленскому, если он решится пойти на Донбасс
Третьяков сказал, к чему надо готовиться Зеленскому, если он решится пойти на Донбасс
© пресс-служба президента Украины

«Получается двойственная ситуация, когда Андрею Ермаку, Офису президента и украинской делегации в ТКГ придётся как-то объясняться, как так получилось, что Франция и Германия в общем-то повторили то же самое, что уже предлагали ОРДЛО и Россия. И я, честно говоря, думаю, что, конечно, эскалация на фронте может отвлечь общество от этого… этого сбрасывать со счетов нельзя», — сказал эксперт.

Менендес отметил, что принятая Киевом военная стратегия — «очень конфронтационная», но заявления секретаря СНБО Алексея Данилова о России как о «стране-агрессоре» выглядят лицемерными: с одной стороны, Россия объявляется «врагом номер один», с другой стороны, данные статистики свидетельствуют, что РФ — торговый партнёр Украины «номер два по импорту и три — по экспорту».

При этом действительно есть большой риск полноценной войны, сказал Менендес, добавив, что он даже думать не хочет о последствиях такого развития событий — пострадают все.