Нередко под «планом Б» имеется в виду военная операция («хорватский сценарий»), хотя официальный Киев с такой трактовкой не соглашается. Чаще говорится всё же о политико-дипломатическом пути. Но на неофициальном уровне это звучит. Вот, например, председатель Ассоциации политических наук Дмитрий Синченко: «Я не помню ни одного примера, когда бы какой-то стране удалось вернуть свои территории исключительно путем переговоров или санкций, без применения вооружённых сил».

План Б президента Зеленского
План Б президента Зеленского
© РИА Новости, Стрингер | Перейти в фотобанк

Предпосылки

Почему, собственно, сейчас возникло определённое оживление, понять можно.

С одной стороны, играет роль избрание Байдена. Как пишет известный пропагандист Олег Пономарь (забыли уже, небось, про анаконду в витрине?): «для Украины (как страны — союзника и партнёра США, страны, которая очень зависит от Суперсилы №1 в мире и от её поддержки (или НЕ поддержки, как это было последние 4 года) в борьбе за Независимость от Москвы очень большая разница, какую политику проводит президент США — пророссийскую, как Трамп, или антироссийскую и проукраинскую, как это будет делать Байден».

Совершенно очевидно, что Трамп никогда не проводил никакую «пророссийскую политику», точно так же, как Байдену в страшном сне не может привидеться, что он проводит «проукраинскую политику». Тем не менее различие очевидно:

— Трамп сосредоточился на внутренних проблемах США и поставил внешнюю политику на службу интересам США (как он их понимает);

— Байден будет решать проблемы Америки через более агрессивную внешнюю политику.

Одним из направлений работы тут будет, разумеется, попытка разморозки конфликта на Донбассе.

С другой стороны, совершенно очевидно, что российская политика в отношении Донбасса зашла в тупик.

Украина последовательно отказывается от выполнения Минских соглашений, причём новый президент Зеленский проводит тут линию, полностью преемственную по отношению к предыдущему президенту Порошенко. Т.е. дело не в личности президента, а в общем курсе украинского государства и в особенностях общественного мнения (мы уже неоднократно писали, что украинцы не хотят войны, но не хотят и договариваться с Донбассом).

Дальнейшее продолжение линии на то, что «минским соглашениям альтернативы нет», выглядит откровенно анахронично. ДНР и ЛНР фактически уже не просто дружественная, а ассоциированная территория, на которой ходят российские деньги, которая имеет экономические контакты только с Россией и населённая гражданами России.

В общем, объективная реальность уже очень далеко ушла от ситуации 2015 года. В какой-то мере можно даже согласиться с мнением украинской стороны, которая считает Донбасс «оккупированной территорией». Оценки у нас будут, конечно, другими, но суть одна — это территория, которая на международном уровне считается частью Украины, но фактически ею уже давно не является. Соответственно и смысла в разговорах о «реинтеграции» нет — нечего «реинтегрировать».

«Минск-2»: Соглашения, которые умерли?
«Минск-2»: Соглашения, которые умерли?
© РИА Новости, Виктор Толочко | Перейти в фотобанк

«План БВ»

Собственно «хорватский сценарий». На фоне поддержки со стороны Вашингтона и несколько несовременной позиции России Украина может попытаться провести «маленькую победоносную войну». Попытался же провести что-то такое Саакашвили в 2008 году?

Причём необязательно даже одерживать решительную победу с полным восстановлением территориальной целостности — достаточно провести частную операцию, которая радикально изменит ситуацию на Донбассе (например, окружить или полуокружить Донецк).

Вероятность проведения такой операции не очень высока по целому ряду причин, мы назовём только политические.

Во-первых, рассчитывать на поддержку США особенно не стоит — именно демократическая администрация в 2014 году запретила защищать Крым вооружённым путём. Да и опыт Саакашвили подсказывает, что помощь со стороны США ограничится осуждением России за «акт агрессии».

Во-вторых, к военному решению вопроса не готова нынешняя украинская власть. Даже Пётр Порошенко шёл только на частные провокации и в основном для решения внутриполитических проблем. Зеленский боится военного решения (вспомним его реакцию на невинную провокацию американских спецслужб с «вагнеровцами»), так что для проведения военной операции нужно прежде всего элиминировать президента. Более того, сама по себе эта операция может быть основанием для его смещения и способом легитимации новой власти (но только в случае военного успеха).

В-третьих, и это главное, осетинская операция 2008 года была возможна только в ситуации, когда президентом не был Путин. Собственно, транзит власти в России и был одной из главных причин, которые подтолкнули Саакашвили к августовской авантюре (зарубка на память — вопрос Донбасса надо решить до того, как вопрос о транзите власти и преемственности политического курса в России вновь станет актуальным).

Пока же Путин при власти, действителен сигнал, посланный им ещё в июне 2018 года, — «если это случится (имелась в виду попытка решить конфликт военным путём. — Авт.), мне думается, что это будет иметь очень тяжёлые последствия для украинской государственности в целом». Подозреваем, что на стене какого-то помещения на Банковой эти слова выбиты как «мене, текел, фарес».

Оккупация или сепаратизм? Попов рассказал, что тормозит процесс урегулирования в Донбассе
Оккупация или сепаратизм? Попов рассказал, что тормозит процесс урегулирования в Донбассе
© sobityadnya.ru

«План БМ»

Условно «мирный» план предполагает пересмотр Минских соглашений. Суть этого пересмотра предложил ещё Порошенко, команда Зеленского тут, кажется, ничего нового не привнесла.

Главная идея — изменение последовательности шагов при выполнении соглашений: выборы проводятся не до, а после получения Украиной контроля над границей. В качестве уступки предполагается, что на занятой Украиной территории порядок некоторое время будет поддерживать не полк «Азов» (тем более что США не одобряют), а миротворцы ООН или ОБСЕ. Проведением выборов будет заниматься опять же не «оккупационная власть» (ДНР и ЛНР), а переходная администрация под международным контролем.

Ну и, естественным образом, Зеленский отказывается вести переговоры с республиками Донбасса и что-либо с ними согласовывать (чего требуют Минские соглашения), поскольку, по его мнению, на Донбассе «даже не государство, а, скажем так, местность, где одни боевики».  

Разумеется, Россия такой вариант не рассматривает и требует действовать в соответствии с резолюцией Совбеза ООН. Но Россию будут убеждать, чтобы она пошла на уступки. Вот, например, Леонид Кравчук: «это могут быть санкции, которые касаются международной расчетной системы. Мы будем это просить и требовать. Мы будем требовать и другие санкции».

Другой вариант «Плана Б» представил неподражаемый вице-премьер Алексей Резников, который работает над «реинтеграцией, не дожидаясь деоккупации», и пишет «закон о государственной политике переходного периода». Какой в этом смысл, непонятно (кроме, разумеется, обеспеченности работой самого Резникова), но президент Зеленский говорил, например, что «нужно создать все условия для украинцев, чтобы они приехали к нам».

Миротворческая оккупация: как Киев видит вооруженную миссию ООН
Миротворческая оккупация: как Киев видит вооруженную миссию ООН
© РИА Новости, РИА Новости | Перейти в фотобанк

Определённая логика в этом есть — смысл удерживать территорию ДНР и ЛНР присутствует ровно до тех пор, пока там есть какое-то население. Если население разъедется (не на Украину, конечно, а в Россию и Европу), то у Украины появятся какие-то возможности восстановления суверенитета над пустой территорией. Это, кстати, самый здравый для Украины подход — население этих (да и других) территорий Украинскому государству всё равно не нужно.