Крымский епископ, в августе этого года возведённый в сан митрополита, Климент (Павел Кущ), любит представлять себя страдальцем за веру, который, не щадя живота своего, борется за право существования ПЦУ в «оккупированном Крыму». Но чем больше он страдает, тем меньше ему веришь.

Собственно, борьба Куща с «оккупационным режимом» сводится к тому, что он уже несколько лет в судах выясняет отношения с крымскими властями относительно статуса кафедрального собора Владимира и Ольги. Собор (часть здания Дома культуры бывшего Таврического военного округа) был получен УПЦ-КП ещё в 2002 году на 50 лет за символическую плату в 1 гривну в год.

ПЦУ просит ООН разрешить свою деятельность в Крыму в обход законов России
ПЦУ просит ООН разрешить свою деятельность в Крыму в обход законов России
© Пресс-служба Киевской митрополии ПЦУ

Судя по всему, решение это было чисто политическое — ни УПЦ-КП, ни УАПЦ похвастаться большим числом верующих в Крыму никогда не могли. Их прихожанами главным образом были «политические украинцы» из числа направленных с «материка» чиновников и активистов.

Кстати, тогдашний крымский премьер, Сергей Куницын, сейчас большой патриот (до 2019 года — депутат от БПП, сейчас — председатель консультативного совета по делам ветеранов войны, семей погибших и умерших защитников Украины).

Главная причина того, что крымские власти сейчас хотят отобрать у общины ПЦУ храм, заключается в том, что общины… нет. ПЦУ в России не зарегистрирована. Климент, понятно, рассказывает о коварстве российских властей, которые под разными поводами отказывают ему в предоставлении официального статуса. Мол, хотят дотянуть до 2021 года (последний срок, когда религиозные организации должны получить государственную регистрацию), а затем национализировать все имущество, принадлежащее епархии ПЦУ.

Однако есть нюансы, о которых Климент сейчас предпочитает умалчивать. Сразу после ухода Крыма новые власти полуострова предлагали Кущу перерегистрировать его структуру, однако он не хотел терять льготы, которые дает украинский закон о свободе совести и вероисповедания. Об этом сам священник признавался в интервью «Главкому». Но дело не только в преференциях, но и в идеологии. «Главное то, что если я перерегистрирую структуру УПЦ Киевского патриархата в Крыму в соответствии с российским законодательством, то формально это будет означать, что Киевский патриархат признал аннексию Крыма», — заявил Кущ.

Отметим, правда, что эти глубоко патриотические рассуждения отнюдь не помешали ему получить российское гражданство в июне 2014 года (не одним из первых, но точно раньше многих крымчан, поддержавших присоединение к России). Более того, он даже ухитрился получить «охранную грамоту» от самого Игоря Стрелкова. Впрочем, в то время, было непонятно, куда всё повернётся. Ведь и Семён Семенченко сначала засветился среди дэнээровцев и только потом проникся незалежным патриотизмом…

Власти Крыма дали Клименту время «на подумать» — до 2015 года. Но даже когда срок истек, россияне не спешили расправляться с «островком украинства». Наоборот, Сергей Аксёнов и Руслан Бальбек неоднократно встречались с «филаретовцем» и сделали все, чтобы УПЦ КП сохранила свое имущество и приходы. Однако такого широкого жеста Климент не оценил. В январе 2016 года он провёл в Киеве пресс-конференцию, на которой рассказал о «преследованиях» его структуры российскими властями Крыма. Правда, при этом не объяснил, почему, имея время и возможности для перерегистрации своей общины, он этого не сделал, хотя и католики, и униаты свои представительства оформили надлежащим образом.

Может, потому, что Кущ превратил религию в бизнес? Ведь самые громкие скандалы связаны с двумя церквями — кафедральным собором в Симферополе и деревянной часовней в Евпатории. Именно их помещения были приспособлены для получения коммерческой выгоды: там располагались аптека, магазины и т.п.

Интересно, что часовню в Евпатории начали строить ещё в октябре 2013 года. Но и тогда строительство было незаконным. Украинский исполком Евпатории издал три (!) предписания о «демонтаже самовольно выстроенного фундамента и строения и приведении земельного участка в первоначальный вид». Власти полуострова несколько раз давали отсрочку ПЦУ, но Кущ вместо выполнения законных предписаний занимался политическими манипуляциями. И сам довел ситуацию до того, что российские судебные приставы вручили решение о демонтаже сооружения. Тут-то и зазвучали обвинения в том, что «Россия полностью уничтожает ПЦУ на территории Крыма».

Старые планы раскольников. Неизвестная история ПЦУ
Старые планы раскольников. Неизвестная история ПЦУ
© AP, Gino Domenico

Впрочем, главные сражения митрополит ведёт вокруг своего кафедрального собора в Симферополе. 4 августа 2020 года стало известно, что Верховный суд России отказался пересмотреть решение о выселении общины ПЦУ кафедрального собора святых равноапостольных князей Владимира и Ольги в Симферополе. И опять всё упирается в вопрос регистрации.

«Непосредственно с архиепископом Климентом мы неоднократно общались и говорили, что мы готовы предоставить в постоянное безвозмездное пользование, даже не в аренду, помещения кафедрального собора Святых Владимира и Ольги, если церковь зарегистрируется на территории России как религиозная организация», — цитирует министра имущественных и земельных отношений Крыма Анны Анюхиной украинское издание UNN. Однако, на это предложение никто из «гонимых» не откликнулся: из-за нежелания признавать полуостров российским.

Правда, есть у этого дела и финансовая составляющая: УПЦ КП в Симферополе зарабатывала миллионы. И если на втором этаже здания (более 1000 кв. м) находится храм, то на первом — магазины сладостей, бакалеи, бытовой техники, аудиопродукции. Чистая выручка ООО «Крымский Православный Духовный Центр» составляла почти 3,5 млн рублей (около 2 млн гривен). Неплохая «духовная пища», да?

В связи с этим Министерство имущественных и земельных отношений Крыма предложило ПЦУ участвовать в тендере на право аренды наравне с другими коммерческими фирмами, однако «православный патриот» делать этого не захотел. Правда, позже архиерей ПЦУ свою позицию пересмотрел: видимо, испугался, что лишится серьезных прибылей. Еще более интересно то, что в поданном уставе не было привязки к Православной церкви Украины. Но в регистрации ему отказали: она не соответствовала требованиям российского законодательства о религии и свободе совести. Вот тогда и начались крики о политических преследованиях и уничтожении ПЦУ в Крыму.

На самом деле «иерарх» просто боится, что суды лишат его доходов. То, что для него храм в Симферополе был только прикрытием для коммерческой деятельности — не секрет. А прихожане сетовали на то, что «один из епархиальных сотрудников отрекся от православия и принял ислам, еще один — иудаизм, псаломщик Андрей постоянно пьет, поэтому никто не приходит петь на клирос, а субботние службы постоянно отменяют».

Кирилл Фролов о связи Байдена, Порошенко и ПЦУ — видео
Кирилл Фролов о связи Байдена, Порошенко и ПЦУ — видео

В ответ Климент потребовал от украинских властей передать собор и его имущество в собственность епархии — чтобы иметь возможность подавать на власти Крыма иски в международные суды. Но вот что интересно: по договору аренды храм принадлежит епархии УПЦ Киевского патриархата, и Крымская епархия ПЦУ ее правопреемницей не является. Неудивительно: ведь Филарет в «контрах» с Епифанием и везде рассказывает о нелегитимности томоса и незаконности существования ПЦУ. Проще говоря, у Климента нет оснований свободно распоряжаться имуществом Киевского патриархата в Крыму. Он это прекрасно понимает — недаром же «подстраховал» себя лично российским паспортом. Но вот Епифанию нужен образ «гонимой церкви», и Крымская епархия ПЦУ с её несколькими приходами как нельзя лучше может поспособствовать этому образу. А нечистоплотный «духовник» Климент как нельзя лучше спекулирует на теме притеснений украинской церкви на полуострове.

Резюме: мы ошиблись, утверждая в начале статьи, что дело о «преследованиях» ПЦУ в Крыму политическое. Оно, оказывается, бизнес-политическое. И надо только удивляться долготерпению «оккупационных властей», которые шесть лет наблюдают за выкрутасами Климента во имя соблюдения религиозных прав «верующих» то ли политической партии, то ли персонального бизнес-проекта Климента.