Муравицкий был арестован летом 2017 года по подозрению в госизмене, посягательстве на территориальную целостность и неприкосновенность Украины, разжигании национальной розни, а также содействии деятельности террористических организаций. Такой вот у него был ужасающий криминальный букет.

Задержали его прямо в роддоме, где Василий ожидал встречи со своей женой и новорожденным сыном. Всё продумали… Прокуратура сообщила, что журналисту грозит до 15 лет лишения свободы с конфискацией имущества.

Украина: свобода слова есть, но цена ее слишком высока
Украина: свобода слова есть, но цена ее слишком высока
© РИА Новости, Владимир Трефилов

Арест, обвинение в госизмене, месяцы в СИЗО, где журналисту напоминали: в этой камере в сталинские времена сидел и твой дед (впоследствии полностью реабилитированный. — Ред.). О степени напряжённости ситуации свидетельствует хотя бы такой факт: среди оснований в ходатайстве о переносе слушания дела были указаны в том числе угрозы убийства всем защитникам журналиста. Как рассказывал сам Муравицкий в интервью автору этих строк, эти угрозы прозвучали… на заседании сессии Житомирского областного совета, при непосредственном участии в заседании губернатора области, главы областного совета, представителей силовых ведомств области. Делу об угрозах, естественно, хода не дали, ходатайство было отклонено.

О «серьёзности» доказательной базы свидетельствует прославившийся на всю страну кот родственников Муравицкого по кличке Пампух, которого установили в ходе прослушки и сочли… агентом ДНР. «Я все понимаю: Пампушок — котуська почтенный, подход к людям знает, поэтому мог бы быть не просто агентом, но и куратором. Но у него лапки», — написала тогда в соцсети хозяйка пронырливого кота-«агента».

Для «своих» – свобода слова, для «чужих» – тюрьма. За что стоял Майдан?
Для «своих» – свобода слова, для «чужих» – тюрьма. За что стоял Майдан?
© РИА Новости, Алексей Фурман | Перейти в фотобанк

Итак, суды, угрозы национал-радикалов, круглосуточный домашний арест, затем домашний ночной… И всё это тянется уже почти три года.

Более того, за эти три года суд так и не может по различным причинам приступить к рассмотрению дела по сути — судебные заседания в основном посвящаются продлению сроков суда и решению, каким образом содержать подсудимого — в СИЗО или дома. Последнее время в статусе подсудимого он находится дома под домашним ночным арестом.

Муравицкий не может работать, не имеет возможности зарабатывать деньги для семьи, в которой, между прочим, уже двое маленьких детей. Какая уж тут свобода слова? Какая вообще свобода?

«Меня обвиняют в госизмене, но все мое оружие — это колонка в информационном агентстве», — говорил журналист сразу после ареста. По всей видимости, власть действительно считает перо и клавишу опасным видом оружия. При этом самое удивительное, что безосновательно его начали преследовать при президенте Порошенко, а продолжают — при Зеленском. Единственным доказательством госизмены журналиста является договор между ними и информационным агентством РИА Новости от 2014 года, в котором он обязуется правдиво писать о происходящем в стране, а редакция — публиковать в открытой печати эти материалы.

На днях суд в Житомире в очередной раз продлил журналисту меру пресечения в виде ночного домашнего ареста.

«Мне сегодня продлили домашний арест. Пошел третий год домашнего ареста, четвертый год преследования, — сообщил Муравицкий на своей странице в Facebook. — В Украине единичные случаи содержания под домашним арестом на срок более двух лет за последние 5-10 лет. Единичные случаи! При этом за два года круглосуточного и ночного ареста я ни разу его не нарушил, хотя за мной наблюдают от 3 до 5 сотрудников разных служб ежедневно!

Законопроект «О медиа». Прощай, свобода слова
Законопроект «О медиа». Прощай, свобода слова
© пресс-служба президента Украины / Микола Лазаренко | Перейти в фотобанк

При этом полгода даже по сути дело не рассматривали.

Напомню, меня обвиняют в манипуляции общественным сознанием на пользу иностранного государства, будто бы я статьей на сайте подорвал целую информационную безопасность страны!

Спросите, а есть такая статья в Кодексе или есть такое криминальное преступление, как манипуляция сознанием? Но, видно, судят не по Криминальному кодексу.

Даже слова такого там нет, не то что статьи!

Я просто думаю, а вот им самим не стыдно? Вот перед собой?» 

После выхода из СИЗО Муравицкий дал интервью изданию Украина.ру, признав: журналистика в Украине уничтожена под корень, вместо нее «есть система массовых коммуникаций, массовой информации, где одна и та же тема пережевывается и проходит все этапы этого пережевывания».

«Журналистика — это служение, не работа. Журналистика — это творчество. Журналистика — это защита общественных интересов, в том числе и истины, бескорыстная», — считает Муравицкий.

Когда-то, я знаю, с таким утверждением согласилось бы абсолютное большинство моих коллег — украинских и российских (да и не только) журналистов. Но времена изменились, и сегодня человек с такими взглядами на профессию — пожалуй, белая ворона в медиасреде. Однако, к счастью, совсем такие птицы ещё не перевелись. Живо и чувство солидарности. Хотя медиаорганизации на Украине пока не проявляют особой активности, но поддержать коллегу приходят в зал суда житомирские журналисты, многие из которых и сами подвергаются преследованиям.

СМИ на Украине: При Порошенко "душили" и сажали, при Зеленском сделают то же самое, но по закону
СМИ на Украине: При Порошенко "душили" и сажали, при Зеленском сделают то же самое, но по закону
© пресс-служба президента Украины / Микола Лазаренко | Перейти в фотобанк

Как отметил защищающий Муравицкого в суде адвокат и правозащитник Андрей Гожый, вполне возможно, что дело вовсе не в сотрудничестве его подзащитного с российскими СМИ и не в мифическом «подрыве информационной безопасности». По словам адвоката, нельзя исключать, что журналисту мстит за его расследования так называемая янтарная мафия — она по-прежнему в силе… Но, как бы то ни было, дела это не меняет: без всяких оснований журналист уже четвёртый год как будто выключен из жизни. Самое страшное в том, что многими на Украине это уже воспринимается как обыденность, как норма.

«Дело Муравицкого является знаковым для современной Украины. Совершенно невиновный журналист, которому ставят в вину его профессиональную деятельность, безобидные комментарии и статьи, четвёртый год находится под арестом, несмотря на поддержку Amnesty International, которая признала его узником совести, и заявления других влиятельных международных правозащитных организаций, — сказал публицист, главный редактор издания LIVA.com.ua Андрей Манчук. — Конечно, это дикая ситуация. Выдвинутые против Муравицкого обвинения гарантированно развалятся в суде, и потому инициаторы политического дела бесконечно его откладывают, пока невинный человек находится под арестом. А президент, который мог бы закрыть эту позорную историю одним телефонным звонком, молчит, чтобы не поссориться с националистической публикой. В то время как совершившие тяжкие преступления ультраправые находятся на свободе».

Однако, уверен Манчук, правда восторжествует: «журналист выйдет на свободу, а преступные действия организаторов этого дела должны стать предметом специального расследования на международном уровне».

«Дело Муравицкого, с одной стороны, беспрецедентно, с другой — весьма характерно для нынешней Украины, — считает журналист, шеф-редактор Украины.ру Захар Виноградов. — Я был на одном из заседаний суда, видел все своими глазами. Никаких доказательств вины Муравицкого нет. Есть страх системы понести ответственность за незаконное уголовное преследование журналиста. И система судебная вслед за СБУ действует по принципу "либо ишак сдохнет, либо шах". В том смысле, что будут тянуть до последнего, потому что в ином, оправдательном, случае надо наказать тех, кто выдумал это уголовное дело».

По мнению Виноградова, дело Муравицкого было придумано в связи с его, Муравицкого, расследованием по янтарной мафии. Вот мафия и организовала уголовное преследование журналиста, а теперь, когда стало ясно, что обвинения ложны, вступила в силу корпоративная солидарность, когда судьи покрывают беззаконие сотрудников СБУ.

"Самое удивительное в этом, — говорит Виноградов, — то, что вот уже год в стране другой президент, а невинный человек, признанный в Европе узником совести, доказательств вины которого нет в уголовном деле, является подсудимым. И это в стране, в которой элита считает себя глубоко образованной и демократической".