Молитесь и пейте водку

Издание Globo (Бразилия) предложило читателям захватывающую статью под названием «Президенты, которые не верят в пандемию». Автор Ариэль Паласиус нарисовал экзотические портреты лидеров стран, отрицающих существование вируса. Эти оригиналы значительно расширяют список средств, рекомендованных для профилактики и борьбы с вирусом. И если представители ВОЗ пока мало что могут предложить человечеству, у знаменитых автократов мира есть свои наработки в части борьбы с эпидемиями.

Даниэль Ортега, лидер Никарагуа, склонен считать, что в эпидемии виновата пресса. Лично себя он считает неуязвимым для инфекции, потому что его «оберегает Господь». Чтобы население тоже обрело защиту в лице высших сил, он организует массовые митинги, где люди борются с заразой «силой любви». «Власти этой страны не проводят профилактические мероприятия, — пишет Паласиус, — Никарагуа — единственная страна на континенте, где по письменному приказу диктатора продолжается национальный футбольный чемпионат, пусть игроки и боятся выходить на поле. Эксперты предсказывают, что страна серьезно пострадает от коронавируса».

Западные СМИ: Кто пойдёт в поле за арбузами?
Западные СМИ: Кто пойдёт в поле за арбузами?
© СС0, Pixabay

Бывший стоматолог, а с 2007 года президент Туркмении Гурбангулы Бердымухамедов известен как автор нескольких книг о чае. Он давно привык купаться в лучах славы. Все государственные нестроения в своей стране президент разрешает легко и, главное, без особых затрат. Чтобы победить коронавирус, сообщил глава страны своему народу, следует просто прекратить о нем говорить. Слова «коронавирус» и «COVID-19» в Туркмении запрещены, а за хождение по улицам в маске людей задерживает полиция. «Представители страны утверждают, — пишет автор, — что на ее территории не зафиксировано ни одного случая заражения, хотя в соседнем Иране уже 45 тысяч заболевших коронавирусом. Но некоторые медицинские работники, идя против своих властей, неофициально заявляют, что в стране уже много инфицированных».

Впрочем, Бердымухамедов вполне разделяет восточную пословицу «на Бога надейся, а верблюда привязывай». Безо всяких объяснений въезд в столицу ограничили, а в некоторых городах провели фумизацию. Кроме того, президент публично заявил, что для победы над «невидимыми вирусами» надо окуривать жилища дымом. Что население и проделывает под растерянными взглядами представителей ВОЗ.

Примерно на тех же позициях стоит президент Белоруссии Александр Лукашенко. Он, конечно, делает поправку на местный менталитет и вместо дыма предлагает пить водку и париться в бане. «Беседуя с журналистами у хоккейного катка, он сказал о вирусах: «Вот ты же не заметила, что они летают? И я — нет! Это не вирус, а психоз!» — рассказывает Паласиус. — Белорусский автократ утверждает, что людям надо играть в хоккей, чтобы избежать коронавируса. А еще он распорядился не останавливать футбольный чемпионат из-за пандемии. Это единственная страна во всей Европе, где игра продолжается».

У Лукашенко много идей. Если не помогает водка, хоккей и баня, президент предлагает повышать иммунитет работой на тракторе. «Трактор вылечит всех», считает главный белорус. В стране найдется мало смельчаков, которые решатся спорить с Лукашенко. Никакого режима изоляции в стране не вводили, однако медики, старающиеся не называть своих имен, сообщают, что реальное число зараженных и умерших от эпидемии намного выше официальных данных.  

Президент Мексики Андрес Мануэль Лопес Обрадор не знаком с русской баней и не имел возможности убедиться в целительных свойствах водки и трактора. За неимением лучшего он предлагает рассчитывать на высшие силы. Населению он рекомендует обращаться за помощью к двум католическим святым, образки которых он сам всегда носит в кошельке. Смогли ли эти святые обеспечить страну аппаратами ИВЛ, масками и средствами защиты, история умалчивает. Впрочем, в конце марта Обрадор неожиданно дрогнул и посоветовал людям не выходить на улицу. Теперь мексиканцы молятся дома.

Белый заговор

Издание Atlantico (Франция) рассказывает о новом мифе, который породил к жизни Covid-19. «Коронавирус — болезнь белых», так говорят афрофранцузы в Марселе, Дакаре и Абиджане…

Время разочарований. Западные СМИ осваивают украинскую реальность
Время разочарований. Западные СМИ осваивают украинскую реальность
© AFP, Sergei SUPINSKY

Автор статьи Бенуа Райски замечает, что французы уже давно пользуются славой расистов и исламофобов. Теперь их обвиняют еще и в том, что они приносят коронавирус в те этнические группы, которые и так всегда страдали от дискриминации со стороны коренных европейцев. Выходящая в Дакаре газета «Эвиданс», рассказывает Райски, выпустила статью с заголовком: «Франция „коронизирует" Сенегал?».

Подзаголовок еще прозрачнее: «За работорговлей и колонизацией последовала эпидемическая колонизация». В Абиджане местные бедняки пошли еще дальше и разгромили центр тестирования на коронавирус. Они убеждены, что в центре заняты не чем иным, как искусственным заражением цветного населения «болезнью белых».

«Еврейский заговор — давно известная штука, — пишет автор, — но теперь он начинает сдавать позиции, и на смену ему приходит «белый заговор». У того впереди большое будущее».

Если учесть массовую миграцию в страну с Юга и Востока, нетрудно догадаться, что эпидемиологические меры и кризис экономики посадят Францию на бочку с порохом.

Свобода выбора. Швеция рекомендует

Итальянское издание La Repubblica опубликовало прекрасную статью под названием «Почему Швеция решила ничего не закрывать». Ее автор, шведский писатель и биолог Фредрик Шёберг, рассказывает о той стратегии в борьбе с коронавирусом, которую избрали власти на его родине. Эта скандинавская страна на фоне остальной Европы сейчас выглядит оазисом спокойствия.

Шведское правительство отказалось от объявления карантина. Никакого контроля за передвижением населения нет. Дети продолжают ходить в школу и детские сады. Единственное ограничение, которое ввели власти, касалось только массовых собраний. Теперь в Швеции нельзя собирать в одном месте больше 50 человек. «Может быть, мы наивны? — задается вопросом автор, — или эта странная стратегия объясняется как-то иначе?» Шеберг считает правильным второй вариант ответа.

Швеция — страна специфическая. За многие десятилетия существования так называемого шведского социализма контракт между властью и населением необычайно окреп. У людей просто нет повода не доверять правительству, которое уже не раз демонстрировало реальную заботу о процветании сограждан.

«В конце концов шведская модель основана на доверии, — пишет автор. — В целом шведы доверяют друг другу и своим институтам: они с готовностью следуют рекомендациям и советам, особенно если слово берет премьер-министр, а может, даже король. Мойте руки! Не выходите без насущной необходимости! Оберегайте пожилых людей! И пока это доверие действует, запреты не требуются».

По сложившейся национальной традиции, члены шведского правительства не имеют права принимать какие бы то ни было ограничительные или другие меры самостоятельно. Всю ответственность за принятие решений несут профессиональные институты, то есть эксперты. Сейчас в Швеции правит бал Институт общественного здравоохранения.

«Шведы в значительном большинстве дисциплинированы, и я — один из них, — объясняет природу шведского феномена Фредрик Шенберг. — Никто не запрещает мне навещать 95-летнюю мать, живущую в регионе, где количество заражений еще не достигло значительного уровня. Но, поскольку мне рекомендуют воздерживаться от путешествий, я этого не делаю. Так рассуждают почти все. И результаты очевидны. Мы знаем, что противодействие эпидемии — это вопрос равновесия между здравоохранением и экономикой, и мы доверяем себе больше некоторых наших бюрократов».

Это не только социальный или политический выбор. Речь идёт о новой форме единства населения и власти. И если Европа поставила себя в полную зависимость от запретительных мер властей и теперь вынуждена молча наблюдать, как зреет социальное недовольство, Швеция решила предоставить людям свободу выбора.

Сейчас улицы Стокгольма так же пусты, как и улицы других мировых столиц. Но это не результат насилия со стороны власти. Население Швеции таким образом старается победить эпидемию. Не потому что кто-то приказал это делать, а потому что люди решили бороться с болезнью совместными усилиями.