На следующий день после того, как глава МВД Арсен Аваков в присутствии президента объявил имена подозреваемых, на странице командования Сил специальных операций (ССО) ВСУ в «Фейсбуке» появилось такое сообщение: «Вниманию представителей СМИ! По поводу задержания сержанта Антоненко Андрея, которого подозревают в совершении преступления. Антоненко Андрей Сергеевич проходит военную службу по контракту в рядах Сил специальных операций с июля 2017 года, в командовании ССО с июня 2019 года. За время прохождения службы характеризуется положительно. Командование Сил специальных операций ВС Украины готово содействовать проведению объективного расследования и предоставлять следствию необходимую информацию с целью установления истины».

Судя по комментам к данному посту, представители командования этого наиболее элитного рода войск ВСУ были и на суде, который избирал меру пресечения Антоненко. А 17 декабря начальник пресс-службы командования ССО Алексей Никифоров на своей странице в «Фейсбуке» привел официальное сообщение командования ССО относительно  Антоненко. Там, в частности, говорилось: «В штате ССО сержант Андрей Антоненко находится с 2017 года и по настоящее время. На общем собрании руководящего состава Сил специальных операций с участием командиров всех воинских частей было принято решение ходатайствовать перед Печерским райсудом о смягчении меры пресечения Антоненко, а именно — о домашнем аресте для него… В командовании ССО рассчитывают на объективные, непредвзятые действия следствия, готовы всячески способствовать расследованию. Однако чисто с человеческой точки зрения, а не с позиции должностных лиц верим в невиновность нашего военнослужащего».  

Майдан Авакова. Всесильный министр берёт Украину в заложники
Майдан Авакова. Всесильный министр берёт Украину в заложники
© РИА Новости, Стрингер | Перейти в фотобанк

Арест сержанта Антоненко стал поводом для собрания руководства всех глав воинских частей ССО, которые дружно выразили свое сочувствие убийце. Солидарность с коллегой проявилась еще в одном факте. Разместив на своей странице «Фейсбука» видеоролик по итогам года, командование ССО не преминуло сообщить — «музыкальное сопровождение от Андрея Антоненко (Riffmaster)».

Больше упоминаний об Антоненко на этой странице не было. Однако глава пресс-службы ССО Алексей Никифоров поместил на обложке своей страницы «Фейсбука» фото Антоненко, Кузьменко и Дугарь. А главное, за 4 недели, прошедших с момента объявления этих троих главными фигурантами дела Шеремета, успел разместить в своем аккаунте свыше 80 общедоступных материалов в их поддержку — собственные посты, репосты других пользователей, ссылки на сообщения СМИ, анонсы массовых акций вроде музыкального марафона "Белыми нитками", который прошел на Майдане 22 декабря. В среднем по три поста в день. Если раньше страница Никифорова была разнообразной, то первые две недели после ареста Антоненко он ни о чем другом практически не писал, и лишь обмен пленными, под который подпали и трое украинских спецназовцев, сподвиг его вернуться к другим темам.  

То, что Силы спецопераций защищают своего военнослужащего, конечно, понятно. Но все же форма этих действий озадачивает. Государственные органы (особенно силовые структуры) обычно не засвечиваются публично в подобной защите, а действуют кулуарными методами.

Принято считать, что пресс-секретарь любого ведомства или деятеля является его голосом и, следовательно, не имеет собственного публичного мнения по крайней мере по политическим и ведомственным вопросам. В англосаксонской традиции людей на таких должностях, как у Никифорова, принято называть «спикерами» или «представителями» соответствующих ведомств и должностных лиц. Да и сама страница Никифорова в ФБ показывает, что она является не средством информации о личной жизни и вкусах автора (котиков или пейзажи он не постит), а способом популяризации Сил специальных операций. То есть на личном аккаунте Никифоров занимался по сути тем же, что и Антоненко по месту службы. Напомню, что, по официальной версии, именно для популяризации ССО музыканта и зачислили в командование этого рода войск, однако боевых задач в Донбассе он не выполнял.

При этом Никифоров не делает оговорок, что пишет в своем аккаунте «с человеческой точки зрения, а не с позиции должностного лица» и отражает здесь позиции своего руководства. Впрочем, как показывает международная практика, даже если главы пресс-службы такие оговорки и делают, всё равно их слова воспринимаются не как личные, а как ведомственные или начальственные.

В разгар своей активности по защите фигурантов дела Шеремета Никифоров лишь раз отвлекается от этой темы, репостя сообщение Маруси Зверобой, которая в связи со своим вызовом на 26 декабря в ГБР просила прийти к этому зданию группу поддержки в следующих выражениях: «Выйду я из этого красивого здания после допроса или нет, то вопрос открытый в свете правового беспредела. Девочек на эту исключительно мирную и доброжелательную акцию не приглашаю!!! Надо немного юношей, чтобы проследили за порядком… Прошу репост на страницы фейсбука».

А ведь если в случае с Антоненко вина подозреваемого не доказана, то со Зверобой-то все ясно. Она открыто обращалась к Зеленскому на Youtube: «Поверь мне, разница между тобой и Порошенко, знаешь в чем основная — кто не любил Порошенко, тот желал, чтоб его в тюрьму посадили, а тебе, сука, желают, чтоб ты сдох… и просто обсуждают, каким образом, или тебя повесить лучше, или застрелить, или граната взорвётся где-то…».

Независимо от того, есть ли в этих словах прямая угроза президенту Украины и состав уголовного преступления, их оскорбительный тон по отношению к верховному главнокомандующему несомненен. А когда военнослужащий заступается за такого оскорбителя, это не только неэтично, это еще и нарушение субординации.

Кстати, 26 октября, когда дела Антоненко еще вовсе не было, Никифоров  разместил ссылку на обращение Янины Соколовой к Зеленскому под названием «Военные вам не простят». Там ведущая «5-го» канала поддержала акцию «Нет капитуляции!», обвиняя Зеленского в «хамском» общении с добровольцами, «которые защищали его зад пять с половиной гаком лет», и советуя главе государства «не ссориться с людьми, которые являются авторитетами нации».

Именно эти два репоста показывают, что защита Антоненко, которую с таким напором ведет пресс-секретарь командования ССО, — это не столько ведомственная попытка заступиться за своего или проявление внутреннего конфликта сил спецопераций с МВД Авакова, сколько форма противодействия командования ССО президенту.

Дмитрий Корнейчук: Даже после ухода Порошенко никто не посадит убийц Бузины
Дмитрий Корнейчук: Даже после ухода Порошенко никто не посадит убийц Бузины
© РИА Новости, Алексей Вовк | Перейти в фотобанк

Стоит напомнить, что во время инаугурации Зеленского командующий ССО генерал-лейтенант Игорь Лунев не отдал президенту честь, на что обратили внимание многие СМИ. Правда, в дальнейшем он сказал об этом: «Нет тут никакого двойного дна. Это реально рефлекторное действие, без какого-либо подтекста… Это моя оплошность». Далее он пояснил, что, как армейский человек, рефлекторно не приложил руку к голове, так как находился в развернутом одношереножном строю. Однако эти разъяснения Лунева прозвучали отнюдь не сразу после инаугурации, а лишь 24 июля, то есть сразу после парламентских выборов, когда стало ясно, что Зеленский получит реальную власть.

В общем, реакция пресс-службы ССО на расследование дела Шеремета  хорошо показывает ненадежность для президента именно того рода войск, чья позиция будет ключевой в случае попытки военного переворота.

Впрочем, нельзя говорить о лояльности президенту и других силовых структур. Так, о том, что военным, в отличие от президента и его окружения, выгодна война в Донбассе из-за высокой зарплаты и особенно надбавок за пребывание в зоне ООС, я уже писал в августе, когда стало ясно, что хлебное перемирие срывается.

Очевидно сходное саботирование мирного процесса и в других силовых структурах. Так, даже глава СБУ Иван Баканов, издавна связанный с Зеленским, в интервью «Интерфаксу», обнародованном 18 декабря, говорил: «По нашему мнению, обмен было бы хорошо проводить параллельными процессами…, но при этом не менять сути "всех на всех", как было договорено на "Нормандии". Речь идет о том, что мы должны обмениваться в том числе и гражданами Российской Федерации, которые сегодня находятся на территории Украины, но их запрашивает ОРДЛО. Мы не можем граждан РФ отдать в ОРДЛО». То есть уже в канун нынешнего обмена глава СБУ публично предлагал повторить то, что стало ложкой дёгтя в большом обмене 3 года назад, когда российские граждане, согласованные для обмена, в последний момент были вычеркнуты из списка Ириной Геращенко. Сейчас этого не произошло, но, вероятно, Зеленскому пришлось преодолевать сопротивление СБУ, которая, как мы писали, и тормозила юридическую очистку освобождаемых заключенных.

Как видно по этому и другим интервью Баканова, глава СБУ обеспокоен и планами официальной демилитаризации ведомства, которую продвигают в новом законе СБУ по инициативе зарубежных кураторов Киева. Ясно, что сохранение нынешней ситуации в Донбассе позволило бы эту демилитаризацию отложить.

А ведь СБУ — это не только Баканов, это прежде всего кадровые сотрудники. В интервью «Главкому» 13 ноября глава службы прямо сказал, что его «раздражает саботаж верхушки». А в упомянутом интервью «Интерфаксу» говорил, что необходимо «сделать все возможное, чтобы СБУ не была причастна к таким явлениям, как "крышевание" незаконной торговли» с неподконтрольными Киеву территориями».

Понятно, что таким крышеванием занимаются представители всех силовых ведомств, позволяя своим сотрудникам обращать войну в доход. Это касается и армии, и СБУ, и МВД.

Недавние действия полиции против радикалов, сорвавших лекцию российского блогера Ксении Митрошиной, показались сигналом потепления отношений между Украиной и Россией. Но буквально через несколько часов МВД призвало информировать о «незаконных действиях правоохранителей во время этого конфликта» и о том, что погранслужба закрыла въезд Митрошиной за посещение Крыма. Напомню, что при Порошенко погранслужба вошла в структуру МВД.

Ну а что касается главы министерства Арсена Авакова, то, как известно, именно по его инициативе на саммите «нормандского формата» не смогли договориться о разведении войск по всей линии соприкосновения, хотя, как видно по предыдущим выступлениям Зеленского, сам президент Украины выдвигал такую идею. Аваков гордится этим эпизодом. А на днях министр иностранных дел Вадим Пристайко сказал «Бильд», что если «процесс разведения войск продлится слишком долго, тогда нужно рассматривать возможные альтернативы Минску». Но может ли разведение не затянуться, если против него выступает сильнейший по весу член правительства, глава МВД, в чьем подчинении помимо полиции и пограничников находится Нацгвардия?

Авакова часто описывают как ключевую фигуру, контролирующую радикалов и гарантирующую спокойствие Зеленского. Но очевидно, что в главном позиции министра и радикалов совпадают. И ему, и руководителям других силовых структур выгодна напряженность в Донбассе и в отношениях с Россией в нынешнем формате. Этот формат предполагает, что на публику официально говорится о войне, однако реально имеет место полузамороженный конфликт с малыми потерями. Поэтому пребывание на фронте и тем более около него не так уж рискованно и при этом щедро окупается. Это идеальная ситуация для военных лично, а существованию их ведомств она придает особый смысл, а значит, и финансирование.

Разница между Аваковым и другими руководителями силовиков с одной стороны и радикалами, как в военной, так и в невоенной среде, с другой стороны лишь в том, что вторых Зеленский не устраивает в принципе, а первые считают, что он может проводить удобную для них политику, поэтому надо бороться не против него, а за него.

Для президента Украины, особенно если его интересует прежде всего должность, эта разница, вероятно, имеет большое значение. Но для мира в Донбассе никакой разницы нет.