При этом украинская сторона взяла обязательства по процессуальной очистке людей, попадающих на обмен.

По тюрьмам и лагерям пошло движение

Вместе с тем, Киев снова все ставит под угрозу срыва, поскольку он стал изменять списки по своему усмотрению. По сообщению омбудсмена ДНР Дарьи Морозовой, Украина в одностороннем порядке вычеркнула ряд сторонников республики из числа обмениваемых лиц.

«Не обращая внимания на коммюнике, подписанное по итогам саммита «нормандской четверки», где была четко обозначена формула обмена «всех установленных на всех установленных», украинская сторона в одностороннем порядке изменила списки и вычеркнула удерживаемых сторонников Республики из обменного процесса. Подобные действия неприемлемы, недопустимы и наводят на мысль о сознательной попытке срыва обмена удерживаемыми лицами. Мы твердо настаиваем на выполнении Украиной всех гарантий, прописанных в минском формате и в итоговом коммюнике «нормандской четверки»», — написала Морозова в Facebook.

От адвоката Валентина Рыбина стало известно, что из ранее согласованных списков вычеркнуты экс-«беркутовцы» Олег Янишевский, Сергей Зинченко и Павел Амброськин, находящиеся в тюрьме почти 5 лет по обвинению в расстрелах на Майдане.

Правда, из украинских тюрем поступают известия, что ряд политзаключенных начали повторно опрашивать, согласны ли они на эту процедуру. Вот что пишет телеграм-канал «Железный зэк», который ведёт бывший политзаключённый Владимир Кимаковский:

«На Украине по тюрьмам и лагерям пошло движение. Приезжают сотрудники СБУ и прокуратуры. Проводят собеседования с политзаключённым на предмет обмена. Фотографируют. Собирают заявления на помилование у осуждённых. По сведениям из одесского СИЗО собираются увозить на пункт подготовки к обмену уже сегодня-завтра. Из Бахмутского УИН 6, где сидел сам, — 25.12. Украинские власти пытаются сохранить лицо после сорванных на прошлой неделе переговоров. Но опять попахивает обманом. Знаю точно. Тем, кто находится под судом, прокуроры предлагают изменить меру пресечения. А это не есть юридическая очистка. Поведёмся — опять наступим на те же грабли».

Данный канал считает плохим сигналом то, что граждане РФ Руслан Гаджиев и Олег Доронин подписали прошение на помилование, но «на последнее собеседование с представителями спецслужб их не водили».

Юридическая очистка по-украински

Одним из камней преткновения является пресловутая «юридическая очистка» политзаключенных. Представители ДНР и ЛНР категорически на этом настаивали и не спроста: после изменения меры пресечения люди проходили через обмен (многим даже не отдавали их документы), но затем против них возобновлялись уголовные дела либо заводились новые. Власти объявляли их в розыск, делая возвращение домой к родным попросту невозможным. С подобным столкнулись, например Дмитрий и Ярослав Лужецкие, одессит Александр Кушнарев (отец погибшего 2 мая 2014 г. Геннадия Кушнарева) которых обменяли в ДНР в декабре 2017. Похожа ситуация с экс-главредом РИА Новости Украина Кириллом Вышинским и гражданином РФ Евгением Мефедовым, которых посадили в самолет в Москву 7 сентября этого года. Уголовное преследование сотен людей продолжается, порождая для них серьезные проблемы.

Для Украины обмен — способ выслать из страны «не нужных» властям людей. В этой связи весьма забавно наблюдать за пафосными речами «порохоботов», массово тиражирующих в последние дни месседж о том, что граждан Украины нельзя никуда отдавать. Когда президент Порошенко менял одних украинцев на других украинцев, это никого не смущало. Но когда тем же занимаются Зеленский и его команда, то выясняется, что этого делать нельзя.

Сейчас в качестве «процессуальной очистки» украинские власти применяют следующий прием: прокуратура, не дожидаясь приговора суда, требует от политзаключенных признать свою вину во вменяемом им преступлении, чтобы быстро им дать приговор, а затем — обменять. Для этого президент Зеленский должен помиловать этих людей. Естественно, многие не соглашаются признаться в том, чего не совершали. Тем более что многие дела реально сфальсифицированы и есть шанс на оправдательный приговор. Если осужденным терять нечего, то тем, у кого приговора нет, вовсе не хочется давать киевским властям повода для чувства своей правоты.

Кстати, согласно информации Украины.ру, представители СБУ весьма настойчиво предлагают участвовать в обмене тем, кто в этом не нуждается — вышедшим в связи с оправдательными приговорами либо «по отсиженным» в результате соглашения со следствием.

Елена Бережная, глава Института правовой политики и социальной защиты им. Ирины Береженой полагает, что разрешить данную ситуацию достаточно просто.

«В преддверии обмена установленных лиц, прошу всех, кто готов на обмен, требовать своей полной очистки! На стадии досудебного следствия — это вынесение постановления о закрытие уголовного производства, на стадии судебного — заявление прокурора об отказе от обвинения! Согласно данных процессуальных документов сразу принимается решение и обвиняемое лицо очищено! Не допускайте ситуации, как оформили обмен по Кириллу Вышинскому и Евгению Мефедову, не закрыв производство и после обмена их объявили в розыск! По вступившим в силу приговорам пусть ходатайство о помиловании подаёт Уполномоченная ВРУ (Верховной Рады Украины. — Ред.), а не лично осуждённый», — объяснила она.

Непростой выбор для политзаключенных

На первые две меры, указанные Бережной, Киев упорно не идет. Поэтому политзаключенные, соглашаясь на обмен, отдают себе отчет, что это — билет в один конец. Но, так или иначе, кто-то соглашается, поскольку после определенного количества лет заключения не выдерживает морально, да и здоровья в тюрьме больше не становится.

По информации координаторов правозащитной организации «Успішна варта», на обмен уже согласилась Дарья Мастикашева, которая с августа 2017 года находится в СИЗО в Днепре по обвинению в государственной измене. Пока неизвестно, есть ли ее имя уже в согласованных списках. Также согласился на обмен Эдуард Коваленко, который с мая 2017 года отбывает наказание в колонии за организацию митинга против мобилизации в ВСУ.

Кроме того, ссылаясь на адвоката Дмитрия Тихоненкова правозащитниками подтверждается готовность уйти на обмен харьковских политзаключенных Виктора Тетюцкого, Владимира Дворникова и Сергея Башлыкова, которые находятся в СИЗО по обвинению в причастности к организации взрыва возле городского Дворца спорта 22 февраля 2015 года. Адвокат настаивает, что согласие было дано «из-за безысходности положения», так как за все годы заключения убедительных доказательств их вины не предоставлено, но суд так и не может вынести вердикт.

Иной позиции придерживается 85-летний Мехти Логунов, осужденный на 12 лет лишения свободы за якобы государственную измену. Он упорно отказывается признавать вину и писать прошение о помиловании. С 18 декабря Логунов объявил голодовку. Однако его так и не перевели в санчасть или одиночную камеру. По словам Дмитрия Тихоненкова, один из сокамерников грозит ему убийством и оказывает давление.

«В ответ на жесткое давление администрации, путем науськивания уголовников на Мехти, которые уже угрожали его то убить, то облить кипятком и т.д., всячески унижали, он объявил голодовку. В том числе и в ответ на незаконное требование признать свою вину. Он не считает себя виновным, поэтому не собирается писать прошение, исходя из каких-то процедурных соображений, которые могут быть решены совершенно другим путем», — рассказал о ситуации выпущенный недавно под залог политзаключенный Игорь Жадан.

Таким образом, политика крючкотворства и двойных стандартов, проводимая Киевом с 2014 г., ставит людей перед непростым выбором: или продолжать сражаться за свою невиновность и продолжать сидеть, или получить свободу, но фактически начинать жизнь «с нуля».