К чему пришли

Все привыкли, что постфактум Бацька всегда эмоционально комментирует переговоры. Но после встречи в Сочи, когда стало ясно, что «дорожные карты» согласовать не удалось, он не сказал ни слова. Прервал молчание Владимир Путин. На традиционной пресс-конференции глава России поделился своим мнением об отношениях с белорусскими партнерами и всем переговорном процессе. По мнению Путина, несмотря на правильность заключения договора о создании Союзного государства, большая часть его положений не реализована. Лукашенко лишь обронил, что это лучше, чем «разбежаться». И в качестве примера «разбежавшихся» привел не кризисную, находящуюся в состоянии войны Украину, но, что самое странное, Прибалтику. Последняя является частью ЕС и НАТО. Сравнение союзной России и Белоруссии с членами антироссийского политического и военного блока было то ли сарказмом, то ли шантажом.

Подобный тон не добавил оптимизма наблюдателям. Будет ли завершен переговорный процесс по самым сложным «дорожным картам» де-юре, становится все более сомнительно. Это те вопросы, в которых ни Минск, ни Москва не согласны идти на компромиссы по уже названной причине. Не став российским регионом, нельзя претендовать на права российского региона. В этом позиция Кремля последовательна, а Минска не очень — нельзя быть принципиальным на 50%. Переговорный процесс продолжается де-юре, не исключена даже встреча на высшем уровне в канун Нового года, как это было в 2018-м. Де-факто же цены на газ для Белоруссии остались на существующем уровне в 130 долларов за тысячу кубометров. Полностью согласованы вопросы в сфере сельского хозяйства, связи, таможни, алкогольного рынка. Осталось три группы вопросов, которые не позволяют финализировать процесс — в нефтяной, газовой и налоговой сфере. Таким образом, из 31 пункта «дорожной карты» осталось три.

Взамен украинских Карпат. Чего хочет Запад от Белоруссии без Лукашенко
Взамен украинских Карпат. Чего хочет Запад от Белоруссии без Лукашенко
© РИА Новости, Егор Еремов | Перейти в фотобанк

Газовый гамбит

Практически одновременно с отказом уступать Минску в газовом вопросе Кремль неожиданно пошел на компромисс с Киевом. Был заключен контракт, причем не на 1 год, как предлагала Москва, а на 5 лет. Хотя Киев требовал договориться на 10. Также Украине будет до Нового года выплачена сумма в 3 миллиарда долларов по решению Стокгольмского арбитража в обмен на отказ от всех исков Нафтогаза к Газпрому, помимо уже удовлетворенного. Это соглашение было сенсационным, его подвергли критике не только на российских и пророссийских площадках, но и в украинском лагере. Критики сравнивают соглашение с нелогичным и неискренним маневром уровня пакта Молотова—Риббентропа. Украинская партия войны предъявляет Зеленскому «зраду», а Порошенко снова готов начать Майдан. Пророссийские «охранители» осуждают «помощь хунте». Хотя, если спокойно и логично рассуждать, у России от компромисса больше преимуществ, чем потерь. Стокгольмский арбитраж был готов вынести еще много политических вердиктов на миллиарды. Теперь нет. Сохранение украинской ГТС на российские деньги и правда имеет место. Но есть и обратная сторона: договоренности по транзиту газа обнулили многочисленные шаги Киева и его европейских менторов по реформированию газовой отрасли страны в соответствии с правилами Третьего энергопакета ЕС. Есть и еще нюансы, но это другая история, нам сейчас важно понять, как это касается Белоруссии.

А это касается. Сохранение украинской ГТС гарантирует переизбыток предложения газа на европейском рынке в ближайшие 5 лет. Это значит, что цены на газ там сохранятся на низких позициях. В третьем квартале 2019-го средняя цена газа в Европе 169,8 долл. за тысячу кубометров против 250 в 2018-м. И раз это так, то повышение цен на газ для Белоруссии становится необоснованным, так как ранее заниженные цены в 130 долларов становятся рыночными с учётом транзита. И это существенно ослабляет переговорные позиции Москвы с Минском по «газовой карте» и поощряет упорное нежелание Лукашенко уступать. Политически же сделка "Газпрома" с "Нафтогазом" делает белорусскую сторону, вместе с украинской, ее бенефициарами, что несколько расходится с политикой России в отношении этих двух стран. Но есть и другая сторона медали.

В любом случае замораживание переговоров по союзной интеграции ухудшает экономическую ситуацию в Белоруссии. Оно уже привело к дефициту ее бюджета в 2020 году, но это не все риски. Низкие цены на энергоносители сильно уменьшают маржу от реэкспорта, которым занимался Минск. А хронически убыточный госсектор, основа социального государства и 40% рабочей силы, становится еще более рискованным. Альтернативой отказу от компромисса являются структурные реформы, которых требует МВФ, и к которым очень не хочет прибегать Лукашенко. Сокращения на предприятиях, повышение коммуналки и пенсионного возраста — все это категорически противопоказано константам лукашенковской модели.

Неприятный осадок

Лукашенко и Путин провели за 20 дней декабря 2019-го две встречи на высшем уровне. И всякий раз, когда они проходили — в Сочи и Санкт-Петербурге, в Минске устраивали двухдневные акции белорусской оппозиции. Это не запрещено Конституцией Республики Беларусь, однако акции протеста не были согласованы и санкционированы. Четыре дня «воли» дали белорусским «змагарам» встать с колен, поднять голову и расправить плечи. Есть и кое-что похуже. Эти демонстрации судя по всему были тайно разрешены властями. Дошло до того, что милицейское начальство ходило среди протестующих против интеграции с Россией, требовало через мегафон разойтись, но реакция была нулевой. А силу применять никто не стал. Знаменитые белорусские «терминаторы» безучастно и безвылазно сидели в автобусах, а автозаки выглядели, как предупреждение участников акций от лишних душевных метаний. Лозунги и действия, к которым прибегали «змагары», носили откровенно антироссийский характер, были оскорбительны, и чего греха таить — очень обидны. И дело тут не только в дипломатическом этикете.

Количество, возраст и настрой участников акций, а также полное бездействие правоохранительных органов уж больно напоминали киевские майданы. Выступления были малочисленными, организаторам удалось привлечь максимум человек 200—300. На последнюю акцию не пришло и сотни людей. Все участники были юнцами, которые пока живут за счет родителей, имеют в голове сквозняк, а опыта ни на понюшку. Но кадры с ними облетели весь мир. Историю раздували до уровня если и не «Евромайдана», то уж точно «оранжевой революции». То, что все видели со стороны, не оставляло сомнений в том, что белорусское общество, особенно молодежь, хотят не союза с Россией, а «кружевные трусики».

Никакой альтернативы таким настроениям на улицах Минска никто не увидел. И речь даже не о белорусском «Антимайдане». Случилось совсем неслыханное. Заявленный 20 декабря митинг за интеграцию с Россией был отменен организаторами. Это бывает, но подали этот чисто технический факт совсем по-другому. «На митинг за интеграцию с РФ, который объявили пророссийские активисты, не пришел никто. Кроме журналистов», — написали оппозиционные медиаплощадки. И дали фотографию пустой площади перед Дворцом независимости с одиноким государственным флагом Белоруссии. Последний змагары презирают. Никаких опровержений или разъяснений со стороны провластных сил (того же БРСМ) не последовало, а значит, они признали поражение. И общество впитывало это.

«Союзное государство» может состояться только в составе России
«Союзное государство» может состояться только в составе России
© РИА Новости, Алексей Дружинин | Перейти в фотобанк

Активная пауза

Владимир Путин считает, что Союзный договор не реализован. Но позиция Лукашенко не дает и надежд на его реализацию. К примеру, делегирование суверенитета Минском не обсуждается, а значит, на теме единой валюты можно ставить крест. Бацька не согласен на это, если эмиссионный центр будет не в Беларуси. Наднациональные органы власти же существуют давно — они декоративные, и толку от этой декорации мало. Раз так, углубления интеграции ждать не стоит. Вместо «Союзного государства» две страны будут переходить к «союзу государств» — договорным, партнерским отношениям двух суверенных субъектов. Стороны будут сближаться по тактическим вопросам, но стратегически все будет стоять на месте, без движения навстречу.

Некоторые аналитики, в том числе симпатизирующие братским отношениям России и Белоруссии, такое положение вещей называют «активной паузой». Стратегические вопросы создания наднациональных органов власти, общей валюты и многого другого, прописанного в Союзном договоре, будет поставлено на паузу, считаю они. «Самое правильное, что могли бы сделать Москва и Минск — привести Союзный договор в соответствие с текущей реальностью. Чтобы там не было откровенно фантастических идей про «единый эмиссионный центр» и тому подобного», — пишет издание «Сонар-2050», позиционирующее себя как «фабрика смыслов Союзного государства России и Беларуси».

Существенных рисков раскола такая тактика сторон в себе не несет. Но уже сегодня нужно говорить о том, что серьезную опасность несут в себе противники и даже враги Союзного государства в Москве и Минске. Антисоюзные группы в России пытаются представить Белоруссию паразитирующей за счет российской экономики. Их братья-близнецы в Минске изображают Россию как неперспективное, несвободное, коррупционное государство, интеграции с которым противопоставляют Евросоюз и его правила. Но если в Беларуси весь антироссийский дискурс держится под жестким контролем властей, а в прессе его вообще нет, то в России, увы, медийных площадок, свободно ведущих антисоюзную пропаганду, много. Но есть и хорошие новости. Сознание белорусов и россиян в настоящий момент неотделимо друг от друга. Это и есть почва для союзных смыслов, ее базис. Проще говоря, того, что объединяет, куда больше, а значит, друзья Союзного государства настроены позитивно и ставят многоточие.