В бывшем киевском Музее Великой Отечественной войны открылась выставка «Неоконченная война». Сейчас этот музей посвящен истории Украины во Второй мировой войне, что и внесено в его новое название. То есть идеологи и исполнители новой украинской парадигмы видят страну как отдельного субъекта самой большой войны в истории человечества. Хотя оснований для этого немного, но чего не сделаешь для создания фронтира — барьера между Россией и Европой?

Во время самой войны этим фронтиром занимались активные участники ОУН-УПА, ныне официально признанные в Украине участниками освободительных движений. Хорошо, что на украинском языке, а не на языках Евросоюза. Потому что во Франции, например, вооруженных гитлеровцами украинских националистов помнят как активистов охоты на маки — местных партизан, участников движения Сопротивления.

Не просто комиксы. Как украинцы превратили картинки в пропаганду
Не просто комиксы. Как украинцы превратили картинки в пропаганду
© РИА Новости, Кристина Афанасьева | Перейти в фотобанк
Теперь к созданию фронтира подключились художники всех жанров. Кураторы с родовыми травмами национальной памяти предпочитают расширять жертвенный дискурс настолько, что даже периферическим зрением уже тяжело усмотреть в пантеоне героев Великой Отечественной украинцев — солдат-победителей. Хотя в экспозиции Музея мундиров с советскими орденами и медалями еще достаточно, но за его стенами — разве что бюсты в Парке Вечной славы. С фамилиями, конечно же, щирых украинцев.

Если же говорить о самой выставке, то следует отметить узнаваемые по творческому почерку пространственные инсталляции известного украинского художника Антона Логова. Очень ему удаются городушки из (…) и палок. Почему и приглашают во всякого рода бюджетные проекты без хрома и глянца — вытащит идею на одном таланте! Одна из его нынешних инсталляций называется "Отражение памяти", что уже может трактоваться как приглашение к путешествию во времени и пространстве.

На странице у автора написано:

"Осень 1943 Берег Днепра. В разгаре — форсирование водной преграды… Между лодок, уже готовых отправиться в опасный путь кипящими от пуль и снарядов днепровскими волнами, возникают в нашем воображении образы участников этой эпопеи. Кому-то из них повезло добраться правого берега, кто-то нашел вечный покой в холодных водах. В каждом из них — наше отражение. Мы отражаемся в них, как они — в нашей Памяти. И над всем этим, как реквием по неоправданным потерям, — фуфайки, пиджаки "чернопиджачников", призванных "полевыми военкоматами" и брошенных в адскую "мясорубку" войны. До сих пор иногда рыбаки сетями достают из темных вод Днепра солдатские кости — ужасный урожай войны. "А хотелось бы только умереть своей смертью, чтобы кости мои не валялись по земле…" — просит у безвременья один из героев выставки.

Обращает на себя внимание один эпитет по отношению к потерям: "неоправданным". Действительно, ничем, кроме победы над самым страшным врагом в истории человечества, оправдать людские жертвы нельзя. Или этого мало? Спросить бы об этом у киевлян, которые находились в оккупации во время форсирования Днепра осенью 1943 года. У жителей Варшавского гетто. У узников концлагерей Майданек, Бухенвальд, Освенцим, Равенсбрюк… Но нет уж тех свидетелей кровавой бойни, в которой полчища Адольфа Гитлера не собирались добровольно уходить с нашей земли, а цеплялись за любую возможность продлить агонию.

Гитлер жив? Что роднит негодяев
Гитлер жив? Что роднит негодяев
© Виктор Мельников
И высоченный правый берег Днепра был им в помощь, как был он во вред армии-освободительнице, подошедшей к переправе с большими людскими потерями. Не было тогда института военных контрактников, а были вышеупомянутые "полевые военкоматы", которые бросали в бой необученных и недовооруженных жителей освобожденных территорий Украины. Является ли это секретом в советской историографии? Да нет же, в том же Музее есть экспозиция с лодками и прочими плавсредствами, воссоздающими трагические подробности переправы, которые — и это цена победы — привели к освобождению древнего города от немецко-фашисткой орды.

Другая инсталляция называется "Ворота войны": "Она символизирует сломанные человеческие судьбы в условиях любой военной агрессии. Ее метафорические деревянные конструкции напоминают подорванные опоры моста и одновременно ворота ужасного существования, которое трудно назвать новой жизнью, условный переход от "ЕСТЬ" к "БУДЕТ". Но "ЕСТЬ" уже нет, потому что над столбами завис самолет. Чего же ждать? Бомбардировка, пожар, наспех собранные вещи, чемоданы, узлы, бегство от войны, разлука с родными, социальные эксперименты… На том берегу, где "БУДЕТ", — боль, неизвестность, вражда, месть, смерть, война… Сказано ли где-то о том, кто принес смерть на землю Украины? Пока не замечено за копирайтерами такой честности, и это наводит на определенные размышления: не нужна им победа Украины в составе СССР над Германией 9 мая 1945 года. Им нужен день примирения жертв с палачами 8 мая. И полное подчинение так называемому дискурсу, а попросту говоря, допуск к грантовой кормушке, наполняемой нынешними нацистами.

И уж совсем иезуитским признанием звучит текст: "Это тематическая выставка "Украина. Неоконченная война", которая создавалась как параллельная линия новой экспозиции Национального музея истории Украины во Второй мировой войне. Расположена она на втором этаже и занимает все его пространство. По времени выставка будет экспонироваться около двух лет". Параллельная, Карл! Но есть опасения, что по истечении этих двух лет демонтирована может быть основная — героическая — экспозиция. И тогда останется только жертвенность, жажда мщения, русофобия в широком — от Москвы до самых до окраин — и в узком — по отношению к Донбассу — смысле. Что к миру, конечно же, не приближает.

На фоне этого откровения совершенным инфантилизмом звучат слова автора инсталляций: "Я создал пять тематических инсталляций в пространстве и стенах четырех залов музея, придумал и скорректировал освещение, очистил зал от лишнего (интересно, что было там лишнее?— Прим. авт.), а главное, сдружился с замечательным коллективом музея! Два с половиной месяца большой командой мы работали только над монтажом этой выставки! Сейчас уже вспоминаю, как в конце июня меня пригласили присоединиться к созданию этого "безумного" проекта Оля Собкович и Olesia Sobkovych по инициативе Любови Легасовой (замдиректора музея), которая выполнила функции куратора и была основным энерджайзером проекта.

Секс, фашизм и эстетика попрошайничества: Милитаристы от украинской литературы требуют официального признания
Секс, фашизм и эстетика попрошайничества: Милитаристы от украинской литературы требуют официального признания
© Facebook, Дмитро Савченко

Спасибо им за помощь в консультировании по экспонатам и созданию пространства! (…) Этот музей не менялся коренным образом уже где-то на протяжении двадцати последних лет. Мы попытались это сделать".

Надо порадоваться за автора — вошел в историю. Если бы еще убрал кавычки в слове "безумного", вообще был бы молодцом. А так только улыбается на фото с сокураторами — тема выставки этому совершенно не мешает. Это вообще характерно для эпохи постправды: улыбки на фоне трагедии. Потому что она — за спиной, а впереди — признание, бонусы, гранты и прочие коврижки за перепрошивку национальной памяти….

Причем в служебном и художественном рвении, как видно, все средства хороши: изощренный кураторский ум присовокупил к экспозиции "Неоконченной войны" и крымских татар: "15 минут на сборы. Спешно собранное дорогое — Коран, семейные реликвии, женские украшения и хлеб детям. Подводы, машины, товарные вагоны… путь в никуда… для чего, за что?.. Это не кадры ужасного фэнтези, это реалии жизни, связанные с депортацией крымских татар. А еще уникальные экспонаты — последний кусочек женского пояса с серебряным шитьем, который отрезали и меняли на хлеб в ссылке. Спасибо художнику Рустему Скибину за уникальные экспонаты, которые можно увидеть на выставке "Украина. Неоконченная война…".

На проамериканской конференции считают, что Донбассу нужны не школы, а виселицы
На проамериканской конференции считают, что Донбассу нужны не школы, а виселицы
© РИА Новости, Григорий Сысоев | Перейти в фотобанк
Казалось бы, тема депортации малых народов Советского Союза после освобождения территорий их компактного проживания давно исследована, отрефлексирована, а в Крыму даже всячески артикулирована не в пользу правящего тогда режима. С сожалением вспоминают о том времени как простые граждане, так и руководители всех рангов. Но нет же — для поддержания огня неоконченной войны даже такие приемы годятся. Ибо всему можно найти концептуальное обоснование и подвести научную базу.

Есть среди научных консультантов этого проекта такой интересный персонаж украинской исторической науки, как профессор и доктор соответствующих наук Елена Стяжкина — та самая, которая как-то обмолвилась, что Донбассу сначала нужны виселицы, а потом — школы (не дословно, но близко к тексту). Историческое получилось высказывание. Жаль, не внесено в Минские соглашения, как отражающее истинное видение разрешения конфликта украинской стороной. Которая, скорее всего, не собирается прекращать свои войны…