Плавильный котел Донбасса: русская руда и всероссийские добавки
Плавильный котел Донбасса: русская руда и всероссийские добавки
© РИА Новости, Алексей Куденко | Перейти в фотобанк
Надо сказать, что проблема загрязнения донецкого воздуха угольной пылью не была надуманной. Более того, к 60-м годам прошлого века многие специалисты-биологи считали, что она запущена донельзя. Экологическую ситуацию усугубляли выбросы металлургических и химических предприятий. Восстановление испорченных индустриальными предприятиями или просто выведенных из сельскохозяйственного оборота земель, рекультивация терриконов — все это было поставлено во главу угла работы новорожденного ботанического сада, который заложили вместе со всем Донецким научным центром Академии наук УССР в далеком 1964 году.

Место, где хранятся кактусы

Не удивительно, что именно эти 203 гектара на границе Донецка и его города-спутника Макеевки стали стартовой площадкой для нового направления в науке — промышленной ботаники. Со временем, когда Донецкий ботсад вырос до размеров одного из крупнейших в Европе, только постоянных партнеров по научной и экологической деятельности, по словам директора сада Светланы Приходько, набралось сорок пять. А во времена становления научного учреждения по пальцам можно было пересчитать ботанические сады мира, куда бы не дотянулся пытливый донецкий взгляд.

Коротко остановимся на том, чем именно славен и в каком-то смысле уникален Донецкий ботанический сад. Здесь растут и исследуются 8000 растительных форм. На сорока пяти гектарах раскинулся дендрарий, который мог бы составить конкуренцию любому саду в России или за рубежом. Огромная коллекция кактусов поражает: по утверждению инженера отдела тропических и субтропических растений сада Сергея Марушенко, из 3000 существующих в мире видов этого растения в Донецке сберегают 1500. Кроме того, здесь составлен и хранится один из самых объемных научных гербариев — 125 000 гербарных листов.

Как Украина гробила уникальные донецкие коллекции

Главной же гордостью и объектом постоянных тревог являются коллекции сада. Конечно, все они прекрасны и ценны и по-своему редкие. Чего стоит только, например, коллекция растений донецкой степи. Но самая яркая во всех смыслах — коллекция тропических растений. Она же самая уязвимая.

В украинские времена, к сожалению, сад нес сплошные потери. Были зимы, когда только смекалка и самоотверженность работников спасали уникальные собрания. Все банально: саду, коллекции которого были внесены, между прочим, в перечень так называемого национального достояния Украины, почти не выделили средства на обогрев и работу с растениями.

Все делалось дончанами исключительно на энтузиазме. Вспоминается, как в канун войны тогдашний директор ботсада Александр Глухов сетовал: "В стране всего три таких тропических коллекции растений — две в Киеве (ботсады имени Фомина и НАН Украины) и один у нас. А мы каждую зиму дрожим, что не сможет обеспечить необходимый температурный режим. И не только потому, что денег может не хватить, скажем, в начале года, а часто потому что просто платежка не проходит вовремя через казначейство".

Нехватка финансов в ботсаде была перманентной, но Киев и ухом не вел — выкручивайтесь как можете. Автору этих строк пришлось четверть века назад видеть, как лопнувшие старые трубы привели к резкому падению температуры в оранжерейном комплексе. Теплолюбивые растения, 20 из которых мир узнал благодаря открытиям донецких ботаников, гибли на глазах. Тогда большую часть из них удалось спасти для мировой науки, но украинские власти и впредь продолжали закрывать глаза на бедственное положение известного во всем мире научного учреждения. Коллекции Донецкого ботсада еще несколько оказывались на грани гибели.

Снаряды вместо денег

Донецк: Не сметь стрелять в нашего мамонта! Фоторепортаж
Донецк: Не сметь стрелять в нашего мамонта! Фоторепортаж
© Павел Нырков
«Внимание» к ботаническому саду столицы Донбасса Украина неожиданно проявила с началом военных действий против непокорного края. Сначала Киев попытался переманить на свою территорию, угрозами заставить уехать из Донецка сотрудников сада, ученых и техников. В полной мере эта диверсия не удалась, потому что большинство сотрудников не смогли расстаться с делом всей своей жизни.

«Как же мы можем все это оставить, — говорили они, — десятки лет собирали, а теперь что, бросать? Погибнет же все без ухода».

А в феврале 2015 года любовь и заботу со стороны бывших сограждан в ботсаду почувствовали напрямую — его накрыли залпом украинской артиллерии. Слава Богу, что время было вечернее, кроме охраны, успевшей укрыться в подвалах, никого не было. Были разбиты административно-лабораторный корпус и «лимонарий» — специальное оранжерейное помещение, где в течение четверти века донецкие ученые заботливо растили, холили и лелеяли разнообразные лимонные, апельсиновые и другие деревья.

Вот уж поистине — Украина выступила в роли коллективного Карандышева. Помните небогатого чиновника из «Бесприданницы» Островского, убившего Ларису со словами: «Так не доставайся ты никому!»

Тропические деревья спасали всем коллективом, ДНР помогла, чем только было можно. Тогда главное было — быстро ликвидировать последствия обстрела, застеклить оранжерею и корпуса заново. Примечание — в оранжереях должна быть постоянная температура 18 градусов, в саду не всегда удавалось поддерживать ее, моментами опускалась до 15. А тут она упала еще ниже, к тому же ночами столбик термометра опускался ниже пяти градусов. И все-таки погода смилостивилась, наступила оттепель, да и ремонтные работы провели весьма оперативно.

Жизнь продолжается

Сегодня Донецкий ботанический сад налаживает жизнь. Она в республике вообще непростая, по вполне понятным причинам. Но это, считают ученые, не повод прерывать многолетние исследования, которые пойдут на пользу людям не только в Донбассе. Помощь предлагают коллеги, приезжают, как и встарь, в Донецк поработать экологи и специалисты узких направлений. Поддерживают работу дончан и в Общероссийском народном фронте.

В ботсад приезжал с конкретными программами сотрудничества, например, руководитель группы общественного мониторинга по проблемам экологии и защиты леса регионального штаба ОНФ в Московской области Антон Хлынов. Московская областная программа защиты зеленых насаждений «Зеленый щит» актуальна в Донбассе, а наработки донецких фитоэкологов могут пригодиться в таком громадном мегаполисе, как Москва. Не говоря уже о промышленных регионах РФ: Кузбассе, Урале, Нижнем Новгороде, Липецке, Череповце, Воркуте.

Не Донбассом единым

Донецкие цыгане рассказали, когда закончится война в Донбассе
Донецкие цыгане рассказали, когда закончится война в Донбассе
© Facebook, Наталия Варакута | Перейти в фотобанк
Отдел фитоэкологии Донецкого ботанического сада давно уже разработал несколько эффективных методов мониторинга уровня загрязнения окружающей среды. Для этого используют обычные растения, которые у нас буквально под ногами — подорожник, пастушья сумка, полынь, анизанта кровельная. Более чутких регистраторов изменений условия среды, чем растения, не сыскать. Программы многолетних исследований дончан в этом направлении давно используют в Европе, в частности в Германии, где методы мониторинга, разработанные в Донбассе, вошли в комплексные программы защиты территорий промышленных городов от загрязнения почвы.

В самом Донецке промышленная ботаника помогла реально рекультивировать терриконы, значительно снизив содержание угольной пыли в воздухе, которым дышат жители республики. Проблема, конечно, далека от окончательно решения, в одном только Донецке терриконов все еще больше сотни, но сотрудники ботанического сада не сидят сложа руки. Потому что никакая война не отменяет задач долгосрочных. И в цепи их решения сад занимает достойное и важное место.