«Кризис, вызванный войной, экономической агрессией и блокадой со стороны России, отступает. Отступает благодаря совместным усилиям власти, общества, бизнеса, что ведет к восстановлению экономического роста и открывает возможности к восстановлению уровня жизни. Это уже совсем недалекая перспектива, год-два, от силы три, когда, наконец, плоды реформ станут ощутимыми для абсолютного большинства общества», — заявил в выступлении на официальном праздновании 100-летия Дня соборности Украины Петр Порошенко.

По словам президента, «создание армии и восстановления экономического роста, ассоциация с Евросоюзом и безвизовый режим, децентрализация и томос, курс на вступление в НАТО и Евросоюз — это четкие и системные, последовательные шаги в соответствии с нашей долгосрочной стратегией. А переход к европейскому качеству жизни украинцев — это главное содержание нашей государственной политики, которая опирается на единство нашего народа». К привычным лозунгам про армию, безвиз, НАТО и веру добавилась еще и апелляция к экономике: экономический рост, уровень жизни.

Декларация про рост экономики и улучшение жизни в стране вызвали закономерный скепсис со стороны многих экспертов и журналистов. Но это действительно так.

По данным аналитического отчета Государственной службы статистики, представленного 10 декабря 2018 года, за первое полугодие 2018 года число граждан страны, имеющих доход ниже фактического прожиточного минимума (3216 гривны на август 2018-го), сократилось по сравнению с предыдущим годом на 9,2%. При этом 33,9% (около 14 млн человек) по-прежнему живут за чертой бедности.

На сайте Госстата в настоящий момент доступны лишь сводные таблицы в целом по годам, где видно, что в 2017-м 34,9% населения (13,5 млн человек) имели доходы ниже фактического прожиточного минимума, в 2016-м — 51,1% (19,8 млн), в 2015-м — 51,9% (20,2 млн), в 2014-м — 16,7% (6,3 млн). То есть страна выходит из кризиса.

По обнародованным в декабре 2018-го данным украинского Госстата, несколько улучшилось и питание среднестатистического украинца — по сравнению с предыдущим годом он стал потреблять на 2% больше мяса, на 6% — рыбы и морепродуктов, на 3% — фруктов, ягод, орехов и винограда. В его рационе сократились самые дешевые, в том числе выращиваемые в деревне продукты — например, на 3% потребление картошки.

На дне. Почему политики на Украине заговорили про встающую с колен экономику

Считанные усредненные проценты не очень впечатляют, гораздо интересней восприятие реальности в целом в украинском обществе. Тем более что Киевский международный институт социологии (КМИС) — контора очень солидная, которой порой единственной доверяют местные «люди в теме», считающие другие рейтинговые агентства берущими заказуху, — уже не первый год проводит опросы об экономическом самочувствии граждан.

20 декабря 2017 года КМИС представил (к сожалению, аналогичных более свежих обобщающих отчетов у него я не видел) отчет «Украинское общество за 25 лет», приуроченный к годовщине своего создания. Там есть график о субъективной оценке украинцами уровня бедности, доведенный до 2017 года. На этом графике мы видим, как ощущения уровня бедности в стране резко (выделено красным) возрастает с 9% в феврале 2014-го до 14% в декабре 2014-го, поднимается до 17% в 2015-м, держится на том же уровне в 2016-м и опускается до 12% в 2017-м. Эти тенденции неплохо коррелируют с данными Госстата, хотя цифры там, разумеется, разные.

Есть и другие опросы, проводимые КМИС, — уже об уровне достатка. Согласно исследованию, опубликованному 25 июля 2018 года, на февраль 2014-го уровень достатка по ощущениям украинцев составлял в стране 52%, к маю 2015 года упал до 31%. Далее падение продолжилось до 30% в мае 2016-го и 29% в декабре 2016-го, а дальше пошел постепенный рост до 30% в мае 2017-го и 37% в мае 2018-го. Да, 37% — это невысокий показатель, это уровень достатка, достигнутый Украиной уже в 2005 году, до которого она падала затем лишь в 2009-м и 2011-м (международный финансовый кризис), но это заметно выше показателей 2016-го.

На дне. Почему политики на Украине заговорили про встающую с колен экономику

Кстати, нельзя не обратить внимание, что именно во второй половине 2016 года, когда, по опросам КМИС, украинцы ощущали максимальный уровень бедности и минимальный уровень достатка, по опросам Социологической группы «Рейтинг», имидж президента впервые упал ниже первой позиции, уступив ее Юлии Тимошенко. По сводной таблице в недавних отчетах «Рейтинга», в январе 2016-го Порошенко имел 22% против 14% у Тимошенко (цифры округлены до целых значений), но в июне упал до 12% против 15%, а в августе 2016-го уже до 11% против 18%. То есть вторая половина 2016-го — самое дно падения, по ощущениям граждан, которые немного запаздывают за цифрами Госстата.

Но вопрос — разве на ситуацию 2016 года влияли события в Крыму или Донбассе? Боевые действия завершились в основном к осени 2014-го, локально продолжались в январе 2015-го — бои под Дебальцево и Марьинкой. Зато именно в начале 2016-го националисты и атошники начали экономическую блокаду Донбасса (бывшие бойцы батальона «Донбасс» под командованием Семена Семенченко) и России («Свобода»*, «Карпатская Сечь»), которую затем официально поддержали Верховная Рада и президент.

То есть в экономический кризис страну усадила целиком действующая власть. Через некоторое время экономические связи переориентировались, производство кое-как (не везде) восстановилось, газ стали получать по реверсу из Европы, уголь завозить из других стран (пусть и дороже), туда же продавать свои товары. Дешевая и при этом образованная рабочая сила дала возможность массово размещать на Украине заказы из других стран на IT-услуги по аутсорсингу (раньше этим славилась Индия), доля этих продуктов в экспорте заметно возросла. Это естественный процесс.

Отдельно, конечно, стоит упомянуть заробитчан в Польше, чье число возросло с 2014 года в разы, причем среди них стало много и выходцев из крупных промышленных городов Юго-Востока.

Предполагать, что украинская экономика будет вечно барахтаться на дне пропасти, наивно — страна большая, население неглупое, природные ресурсы есть. Но каков потенциал ее развития при подобном управлении — предсказать никто не возьмется.

Значительное число квалифицированных специалистов (от инженеров до врачей) уехали за границу, их охотно принимали в последние годы в Польше (где число украинцев начало расти в сферах помимо работы на полях, в барах и гостиницах) и Литве. Для долгосрочных инвестиций страна подходит достаточно слабо, учитывая резкие смены политиков у власти в Киеве и на местах и наличие огромного количества вооруженных отрядов, которые все больше превращаются из идейных бойцов в наемных кондотьеров. Так что даже выход на уровень благосостояния, как в Польше (на что нацеливает страну в своих предвыборных обещаниях Тимошенко), выглядит пока трудно достижимым.