Если за вторую половину декабря, то есть с момента проведения так называемого объединительного собора (15.01), произошло 32 перехода храмов УПЦ в ПЦУ (из них пять я определил как слабо подтвержденные), то за первую половину января — 31 (из которых как минимум два выглядят совсем слабо подтвержденными). Таким образом, за месяц с объединительного собора произошло 63 перехода (из которых семь выглядят достаточно слабо подтвержденными). Для сравнения: примерно столько же перешло из УПЦ за 2014-2015 годы, когда в захватах храмов активно участвовали отряды «Правого сектора»* и других националистических формирований.

Хронология переходов

Не позже 2 января, когда перешедший в ПЦУ митрополит Переяслав-Хмельникий и Вишневский Александр издал указ о принятии к себе настоятеля данного прихода, перешла в ПЦУ община Спасо-Преображенского храма в селе Хутор Ясный (Киевская область). То же относится к переходу общины Святого-Покровского храма в селе Охматов (Черкасская область), о котором стало известно 2 января из сообщений местных СМИ, цитировавших в том числе митрополита Черкасского и Чигиринского ПЦУ Иоанна (Яременко).

6 января перешла одна община — Святой Великомученицы Параскевы Пятницы в селе Каров (Львовская область).

7 января перешли шесть общин — Свято-Дмитриевского храма в селе Пужайково (Одесская область), Крестовоздвиженского храма в селе Деражное (Ровенская область), Святой Великомученицы Параскевы Пятницы в селе Тимошевцы, Святого апостола Иоанна Богослова в селе Малая Манькивка, Свято-Михайловского храма в селе Харьковка (Черкасская область) и, судя по всему, храма Рождества Пресвятой Богородицы в селе Мерва (Волынская область). Даты последнего перехода нигде не указано, но известно, что 8 января настоятель храма был запрещен в служении «за уход в раскол» указом епископа Волынского и Луцкого УПЦ Нафанаила (Крикоты).

9 января перешли семь общин (известно, что первые две без священников, а следующие пять — с таковыми) — храма Рождества Пресвятой Богородицы в селе Пузырьки и Свято-Михайловского храма в селе Победа (Винницкая область), храма Покрова Пресвятой Богородицы в селе Тележинцы, храма Успения Пресвятой Богородицы в селе Закружцы, храма Святого великомученика Димитрия Солунского в селе Пильки, храма Святого архистратига Михаила в селе Сухуженцы и храма Святого апостола Иоанна Богослова в селе Чижовка (Хмельницкая область).

11 января перешли пять общин — храма Святого архистратига Михаила в селе Комарово, храма Святого великомученика Димитрия Солунского в селе Будное и Свято-Николаевского храма в селе Зведеновка (Винницкая область), Свято-Николаевского храма в селе Ворсовка (Житомирская область) и община в селе Тимирязевка (Николаевская область). О последнем переходе не только совсем нет деталей, но и нет информации о самом храме в данном селе даже на сайте Николаевской епархии УПЦ.

12 января перешла одна община (без священника) — храма Рождества Пресвятой Богородицы в селе Мызово (Волынская область).

«Активисты перекрыли вход в храм»: как идет переход общин в ПЦУ

13 января перешло девять общин — храма Святого Юрия  в селе Брыков (Тернопольская область), Успенского храма  в селе Степановка (Винницкая область), храма Святого Иоанна Крестителя в селе Шандровец (Львовская область), храма Покрова Пресвятой Богородицы при Главном военном клиническом госпитале (Киев), храма Рождества Пресвятой Богородицы  в селе Новостав (Волынская область), Свято-Вознесенского храма в селе Писаревка и Свято-Дмитриевского храма в селе Кривачинцы (Хмельницкая область), Николо-Успенского собора  в Коломые и Свято-Михайловского храма  в селе Поховка (Ивано-Франковская область). О первом из упомянутых переходов вообще нет деталей.

Столь большое число переходов в один день объясняется просто — это воскресенье, когда люди традиционно массово идут в храм на богослужение.

Упомянутая выше община храма Покрова при Главном военном клиническом госпитале в Киеве — это та самая, о которой я писал  ранее в связи с тем, что там с начала Евромайдана перестали поминать патриарха Кирилла (хотя настоятель прихода протоиерей Олег Скнарь до сих пор значится на сайте УПЦ как глава комитета по культуре Киевской епархии) и еще до объединительного собора 15 декабря начали поминать патриарха Константинопольского Варфоломея. Еще в конце декабря один из прихожан этого храма, протоиерей Георгий Коваленко (бывший в 2006-2014 годах председателем Синодального информационного отдела УПЦ), заявлял, что пока община находится как бы между УПЦ и ПЦУ. Но в итоге выбор был сделан в пользу последней.

Конфликты

При этом основная часть этих переходов не характеризуется УПЦ как захваты, очевидно, потому, что общины переходили абсолютным большинством, вместе со своими приходскими советами и священниками (не случайно за первую половину января пять клириков были запрещены в служении за «уход в раскол», а ведь это крайняя мера и прилагается не сразу; к тому же в сельской местности один священник часто совершает литургию в храмах сразу двух-трех находящихся рядом населенных пунктов).

Как о захвате говорится о случаях, когда переход совершался без священника, выступавшего против. В этом случае в ход идут и ссылки на то, что документы собственности на культовое здание находятся у учредителя юридического лица, которым обычно и является его настоятель, на формальную сторону проведения собрания и т.д.

Но о захвате в классическом понимании этого слова — с физическим противостоянием, попытками срезания замков и прочим — речь идет пока в двух случаях.

Первый — это переход Свято-Михайловского храма в селе Красноволье (Волынская область). Голосование в селе прошло 30 декабря под наблюдением главы Маневичского района Андрея Линдюка. Позже сельский голова подтвердил журналистам, что 85% жителей Красноволья на собрании проголосовали за переход в ПЦУ. В свою очередь, настоятель храма, протоиерей Андрей Геналюк заявил: «В храме было проведено нелегитимное собрание, так как согласно уставу нашей церкви приходское собрание созывает настоятель. Поскольку я не видел необходимости проводить сегодня собрание, я их не созывал. Собрание было проведено самовольно, не соблюдены ни протокольная часть, ни регламент. Секретарь не был выбран. Поэтому эти сборы не имеют никакой юридической силы».

«Активисты перекрыли вход в храм»: как идет переход общин в ПЦУ

13 января дело дошло до прямого противостояния. Как сообщается на сайте Волынской епархии УПЦ: «В воскресенье сторонники ПЦУ в селе Красноволье Колковского благочиния помешали совершить божественную литургию, которую планировал возглавить управляющий Волынской епархией Украинской православной церкви епископ Волынский и Луцкий Нафанаил. Активисты перекрыли вход в местный Свято-Михайловский храм, помешав зайти внутрь даже настоятелю общины — протоиерею Андрею Геналюку. Священник в то время начал совершать проскомидию, однако вышел на улицу на шум, который происходил снаружи. Внутрь отец Андрей попал лишь впоследствии, под сопровождением сельского головы и местного декана от Киевского патриархата. По словам настоятеля общины, активисты были настроены резать замки на дверях храма. Однако, оказав давление на отца Андрея, агрессивно настроенные люди отобрали у священника ключи от дверей.

Накал страстей был нешуточным: «После долгих дискуссий компромисс так и не удалось найти. Со стороны сторонников ПЦУ звучали оскорбления и угрозы в адрес духовенства и верующих УПЦ. В итоге на дверях храма были сменены замки, а богослужение так и не произошло. Духовенство и верующие УПЦ, которые пришли на молитву, были вынуждены ехать в соседнее село, где в местном храме им таки удалось помолиться на воскресной литургии». На место событий было вызвано несколько экипажей патрульной полиции.

Но кто были противостоящие протоиерею и митрополиту? Судя по фотографиям с места событий на сайте Волынской епархии УПЦ, абсолютное большинство из заблокировавших вход в храм составляли женщины, прежде всего пожилые. Никаких парней в униформе.

Один из клириков УПЦ (названный «настоятелем храма Олегом», но настоятелем храма является протоиерей Андрей Геналюк) заявил в комментарии интернет-изданию «Вести»: «Часть жителей села просто заблокировали храм и решили, что он теперь будет собственностью ПЦУ. У нас есть все документы, все договоры о земле, наше имущество просто пытаются украсть. Любой суд нам обязан вернуть храм, следуя букве закона».

Проблема в том, что если на Западе церковные общины имеют четко установленное число прихожан (которое определяется на основе тех, кто платит церковный налог), то на постсоветском пространстве прихожанами считаются все, кто ходит в этот храм. И тут возникает вопрос: где реальная граница общины — только в числе упомянутых в учредительных документах людей либо это все жители села, в котором находится храм? Ведь и те, и другие считают его «своим», и применять термин «наше имущество» тут довольно неверно, ведь финансировали его строительство и ремонт, вносили пожертвования и прочее тоже всем селом. И судя по всему, противостояние в селе будет долгим, как ранее в селе Птичья (Ровенская область), где конфликт общины УПЦ и перешедшего в Киевский патриархат большинства жителей села длится с 2014 года.

А вот в селе Ворсовка (Житомирская область) не обошлось без давления представителей партии «Свобода» (об этом упоминает бывший на месте событий настоятель храма Казанской иконы Божией Матери в городе Малине, протоиерей Павел Линник, говоря о присутствии в селе главы Малинского отделения партии) и ветеранов АТО, тем более всего в 6 км от села находится районный центр Малин с 26-тысячным населением. Как сообщил в группе «Малинцы» в Facebook один из пользователей: «Сегодня, 13 января 2019 года, община села Ворсовка Миланского района при поддержке Союза ветеранов АТО «Восток», активистов и других неравнодушных граждан не допустили проведения службы в храме села попами московской Церкви. Попы провели богослужение и пели на дороге. За ходом событий наблюдали и обеспечивали порядок работники отделения полиции города Малин. После массового выполнения гимна Украины мирная акция протеста была завершена. Слава Украине!»

Про участие представителей «Свободы» упоминается и в связи со сменой юрисдикции храма в селе Пужайковка (Одесская область). Одесское издание «Таймер» сообщило днем 13 января: «Храм Украинской православной церкви в селе Пужайково Балтского района Одесской области передают в управление новосозданной ПЦУ. Такое решение прихожанам огласил экс-председатель Балтского райсовета Виктор Сорока (член партии «Свобода»). По его словам, ему удалось собрать 300 подписей в поддержку перехода».

Вечером того же дня российский сайт «Русская весна» изложил это в такой версии: «О таком решении прихожанам сообщил бывший председатель Балтского райсовета Виктор Сорока, являющийся членом нацистской партии «Свобода», боевики этой группировки участвовали в захвате храма». Несложно заметить, что первая часть сообщения дословно скопирована с «Таймера», только добавлено про «боевиков группировки, участвовавших в захвате храма».

Но вот если заглянуть в более подробный репортаж с места издания «Думская», то все выглядит несколько иначе: «После литургии прошло собрание, и мы начали собирать подписи среди прихожан, сейчас их более 300, еще пару дней — и будет 500-600. Ситуация такова, что 90% прихожан — за переход в Украинскую церковь. Сегодня же к нам приезжал благочинный Московского патриархата и рассказывал нам, что мы идем в подчинение туркам, что мы не должны этого делать. Но люди не согласились с его аргументами». Да, это слова Сороки, но он даже не упоминает про окончательный переход (лишь про бывшее 7 января собрание, после которого начался сбор подписей, еще не завершенный, то есть окончательного перехода не произошло).

Нет сообщений о захвате храма и на интернет-ресурсах Одесской епархии УПЦ, хотя там оперативно освещали даже пикеты «Правого сектора».

«Активисты перекрыли вход в храм»: как идет переход общин в ПЦУ

Отдельно стоит упомянуть про такой пример принудительной смены юрисдикции как выселение 5 января общины храма Святого Александра Невского из здания, находящегося при Высшем профессиональном училище Национальной полиции в Виннице. «Нас выселили с имуществом из помещения (за отказ переходить в ПЦУ. — Авт.). Помещение принадлежит силовому ведомству», — сообщил настоятель храма протоиерей Виктор Парандюк.

Но тут получается коллизия — ведомство при выселении общины апеллирует к тому, что оно является юридически собственником помещения и на этом основании распоряжается принадлежностью общины храма… как и клир Волынской епархии УПЦ в Доброволье. Через три дня Парандюк упомянул про «демонтированный общиной купол, являющийся имуществом этой общины», то есть никто с храма его не свергал со стороны оппонентов — сами члены общины и забрали, уходя из помещения при полицейском училище.

В целом ситуацию можно охарактеризовать, как очень тревожную для канонической церкви — переход из УПЦ в ПЦУ идет довольно быстрыми темпами с участием радикальных элементов и при кураторстве госвласти.

* Организация запрещена в России Верховным судом РФ