Варианты происходившего было довольно затруднительно просчитать до 15 декабря, так как многое упиралось в то, сколько в Соборе примет участие епископов Украинской православной церкви и, главное, кто будет избран митрополитом Киевским. Стань им, например, митрополит Винницкий и Барский УПЦ Симеон (Шостацкий), которого очевидно лоббировал на этот пост Петр Порошенко, новая Церковь выглядела бы привлекательнее для верующих Московского патриархата, ведь «митрополит-то свой».

Но в варианте, когда пост занял митрополит Переяславский и Белоцерковский Киевского патриархата Епифаний (Думенко), молодой фаворит и правая рука патриарха Киевского Филарета (Денисенко), новая религиозная организация превратилась лишь в расширенную версию Киевского патриархата и по составу архиереев, и по главе.

Кадры решают все

Между тем, просто переиздание Киевского патриархата с прежним числом приходов и храмов, лишь дополненных за счет Украинской автокефальной православной церкви (УАПЦ), у которых их порядка тысячи, организаторов объединения не устраивал.

«Когда будет томос, то речь пойдет о тысячах парафий, целыми епархиями и областями будут переходить из УПЦ МП в поместную церковь», — говорил 24 мая 2018 года ВВС News Украина глава информационного управления Киевского патриархата архиепископ Черниговский и Нежинский Евстратий (Зоря). Сам Филарет на выступлении 19 сентября 2018 года на заседании Atlantic Council (авторитетный «мозговой центр») в Вашингтоне заявил: «Мы рассчитываем, что примерно две трети Московского патриархата в Украине присоединится к этой единой Украинской православной церкви».

И речь под переходом целых епархий идет именно о переходе существующих структур под руководством епископов УПЦ. «Мы знаем, что подписались (под обращением к патриарху Константинопольскому об автокефалии. — Авт.) около десяти, однако публично заявили два. А почему другие промолчали и сколько их? Другие боятся. Чего боятся? А если не будет томоса, тогда Москва всех этих, кто обращался, накажет. А когда уже будет томос, когда образуется единая Поместная украинская церковь, то бояться уже будет некого», — сообщил Филарет 14 июня в интервью «Украинской правде». По его словам, епископы Московского патриархата «будут свободно присоединяться и мы все будем складывать одну Украинскую православную церковь», и тут как раз и всплывает названная позже цифра в две трети: «Так вот тех потенциальных, по некоторым наблюдениям, примерно 2/3 (епископов. — Авт.) Московского патриархата».

Политические итоги «объединительного собора», который расколол православие
Политические итоги «объединительного собора», который расколол православие
© пресс-служба президента Украины / Микола Лазаренко | Перейти в фотобанк

Скорее всего, уже в ближайшее время Порошенко и Симеон постараются активизировать сторонников автокефалии среди епископата УПЦ, хотя бы среди тех 10 подписавшихся под обращением к Варфоломею (эту цифру называл ранее и митрополит Черкасский и Каневский УПЦ Софроний (Дмитрук), сам подписавший данное обращение) и 15 подписавшихся под доверенностью к Симеону на объединительный Собор.

Против этого, однако, играют упомянутые в начале статьи факторы, а также то, что совсем не ясно, по какой схеме будет происходить объединение в регионах — кто станет новым епископом, если ранее в одной области правили своей паствой архиереи УПЦ, Киевского патриархата и УАПЦ, а часто даже и несколько от каждой Церкви? Кто останется на посту епископа в случае слияния, а кто будет понижен в новой иерархии и насколько?

Вообще же, епископат любой Церкви — это весьма «закрытый клуб», где главным является принадлежность к нему, а личная инициатива всегда подавлялась в пользу коллектива. К тому же, как сообщали украинские СМИ, за прошедший месяц управляющий делами УПЦ митрополит Бориспольский и Броварский Антоний (Паканич) провел плотную работу с архиереями, недвусмысленно информируя их о том, что участие в объединительном Соборе повлечет за собой немедленное лишение сана и исторжение из Церкви. Терять все это епископы не готовы, тем более ради не до конца понятных перспектив.

С другой стороны, ранее ряд архиереев УПЦ — упомянутый выше Софроний, митрополит Львовский и Галицкий Филарет (Кучеров), Полесский и Сарненский Анатолий (Гладкий) и т.д. — открыто проявляли готовность к объединительным процессам с раскольниками, и в данном случае, скорее всего, подписи под обращением и пресловутой доверенностью отражает попытку усидеть на двух стульях: не потерять ни в случае провала церковной инициативы Порошенко, ни в случае ее успеха. Если что — мы в Соборе не участвовали, а подписаться нас заставили, если что — мы всегда это поддерживали, вот наши подписи.

Победители и проигравшие. По ком звонит колокол Святой Софии
Победители и проигравшие. По ком звонит колокол Святой Софии
© пресс-служба президента Украины

Наконец, многие из митрополитов хорошо искушены в интригах, закалены еще в советское время, когда сегодняшний вождь завтра оказывался обвиненным во всех грехах и нужно было понимать, когда кого поддержать публично, а когда промолчать и подождать, как сложится ситуация. В 2014 году после победы Майдана Партия регионов капитулировала, новая власть имела массовую уличную и электоральную поддержку и поэтому епископы УПЦ буквального через одного демонстрировали ей лояльность, отправляя гуманитарную помощь в АТО и т.д. Сегодня же Порошенко точно будет править лишь до 31 марта 2019 года, а переизберется ли на новый срок — очень большой вопрос, в настоящий момент маловероятен даже выход его во второй тур, а не то что победа на выборах.

Пока, скорее всего, колеблющиеся епископы УПЦ будут наблюдать за тем, удастся ли участвовавшим в Соборе и исторгнутых по факту этого из Церкви Симеону и викарному митрополиту Переяславскому и Вишневскому Александру (Драбинко) удержать контроль за своими храмами, духовенством и паствой. Если нет — никто не захочет вставать на те же грабли, если удастся при поддержке админресурса — могут появиться новые желающие.

Храмы — с баланса на баланс

Гораздо больший интерес, чем личности архиереев, представляют непосредственно храмы с приходами, а также монастыри, семинарии и прочее. Без них даже при переходе десятка епископов новая Церковь окажется «обескровлена».

Что касается Киево-Печерской и Почаевской лавр, наиболее богатых и важных (тем более, в первой находится управленческий центр УПЦ), за последние пару месяцев государством в лице Министерства культуры проведены мероприятия для отмены передачи их УПЦ, причем во внесудебном порядке, с отсылкой на нарушения в договорах безоплатного пользования на длительные сроки. «Здесь нет оснований для суда. Государство предоставило аренду, и в прерогативах государственных органов решать его дальнейшую судьбу», — отметил 8 октября 2018 года в интервью «Главкому» директор департамента по делам религий и национальностей Министерства культуры Андрей Юраш.

В Киевском патриархате, где 20 октября включили в официальный титул Филарета «Свято-Успенской Киево-Печерской и Почаевской лавр священноархимандрит», многократно за прошедшие месяцы обещали не захватывать силой эти ключевые монастыри. Действительно, зачем, если их может официально отдать государство?

Священников Винницкой епархии УПЦ принуждают поддержать томос вслед за Симеоном
Священников Винницкой епархии УПЦ принуждают поддержать томос вслед за Симеоном
© commons.wikimedia.org, Dgho

То же заявляется и по поводу храмов на местах. «Никакого насилия будет. По украинским законам, все храмы и имущество принадлежат общинам — на правах собственности, безвозмездного пользования или аренды. После предоставления томоса ничего не изменится. В том случае, если община решит выйти из одного патриархата и перейти в другой, она сохранит за собой принадлежащее ей имущество и объекты недвижимости», — заявил Филарет 8 августа 2018 года «Немецкой волне».

Тут стоит пояснить — храмы могут принадлежать как местным муниципальным общинам (то есть быть в собственность местных властей, передавших их в аренду или безоплатное пользование религиозным организациям), так и общинам верующих. В первом случае советы депутатов или главы сельских поселений, городских и районных советов могут инициировать отзыв права пользования или аренды (но опять же, зависит от условий передачи, формулировок договоров, в общем, формальной стороны вопроса), во втором — это решается общиной, которая может сменить юрисдикцию путем голосования.

Последнее в Киевском патриархате представляют в формате референдума прихожан, а не собрания приходского совета. «Если 2/3 прихода проголосует за то, чтобы остаться в Русской церкви, значит, этот приход будет принадлежать Русской церкви. Если же 2/3 прихожан проголосуют за Украинскую церковь, то храм вместе с прихожанами перейдет в Украинскую православную церковь», — заявил Филарет 26 октября на пресс-конференции.

Здесь и коренится почва для массовых конфликтов, так как очевидно, что разные группы верующих, либо просто местных жителей будут бороться друг с другом, и каждая будет считать храм своим и мобилизовывать на свою поддержку силы извне (в одном случае это будут отряды националистов, в другом — казаков, молодых послушников лавр и т.д.). Опять же очевидно, что силовой сценарий можно будет реализовать лишь в ряде случаев и сам факт столкновений будет мощнейшим доводом против легитимности новой Церкви Поэтому, скорее всего, на первых порах будет сделана ставка на демонстративно мирный сценарий смены юрисдикций путем волеизъявления храмовых общин, священнослужителей и архиереев, на которых окажут влияние чиновники, СБУ и СМИ.