Но 27 ноября появилась удивительная новость. Оказывается, Юрий Витальевич Луценко не просто поехал в Японию. Он был отправлен в отпуск и, оказавшись на противоположном конце Земли, взобрался на сакуру, что растет на склоне Фудзи, и оттуда грозил президенту (и не только ему, но и «женщине третьего тысячелетия» Ирине Луценко, которая является представителем Порошенко в Раде) чашкой с сакэ, утверждая, что дозволу на военное положение не давал. Отбиваясь ногами от японцев, которые пытались его с сакуры снять, — поскольку дерево священное, как и гора, на которой оно растёт.

Это, конечно, шутка но по сути всё именно так и было. Луценко, как член Совета национальной безопасности и обороны, должен был освятить своим присутствием весь процесс, но он действительно оказался в отпуске. Причем это было не случайностью, а именно следствием принципиальной позиции генпрокурора. По сообщению издания «Страна.UA», «когда вопрос о введении ВП встал ребром, Луценко высказал свое несогласие с этим, и его от греха подальше отправили в отпуск. Юрий Витальевич улетел в Японию».

Ещё в ноябре в интервью для «Украинской правды» Луценко довольно жестко проехался по планам отсрочки выборов путем введения военного положения: «Если мы хоть раз отменим выборы, то скатимся до состояния Российской Федерации. Я, человек, который был и во власти, и в оппозиции, никогда не допущу, чтобы процесс выборов был искусственно сдержанным. Если меня не услышат в этой ситуации — для того, чтобы доказать невозможность такого курса, я буду вынужден уйти в отставку».

Но в отставку не ушел. Во всяком случае, пока — может быть, до тех пор, пока находится в Японии…

Ситуация с Луценко не очень хороша для Петра Порошенко.

Во-первых, Луценко — важный член команды президента. Даже хотя он заявил о прекращении своей карьеры в этом качестве в ближайшем будущем, сигнал именно в этот момент крайне неприятный. Особенно — на фоне сложной ситуации в парламенте. Тут даже о бегстве крыс с корабля говорить нельзя: Луценко — слишком весомая политическая фигура.

Во-вторых, у Луценко отпуск — не менее 45 суток. Если он сейчас уходит, то, получается, на весь срок военного положения (опубликованный текст указа о 60 днях ВП уже дезавуировали). Логично предположить, что перед прокуратурой на это время ставятся какие-то задачи, и генпрокурор не хочет иметь отношения к решению этих задач, учитывая свои планы по дальнейшей политической карьере.

Разумеется, для Луценко, как и для большинства других политиков, не имеет никакого значения позиция антимайданного электората — уж слишком активное участие принимал Юрий Витальевич в обоих успешных Майданах и в формировании постмайданной власти. Его не простят, он это знает, и его это не беспокоит.

Значит, планы, которые ставились перед Генпрокуратурой, касаются не только и даже не столько антимайданной части избирателей и политического класса, а прямых конкурентов Порошенко. Вряд ли это будет непосредственно касаться Виталия Кличко, о переговорах с которым говорил Луценко, но, видимо, планируемые меры затронут довольно значительную часть промайданного политического класса, и Юрию Витальевичу не хочется становиться для них «токсичным».

В общем, сигнал со стороны Луценко очень нехороший. Верховного главнокомандующего генеральный прокурор страны предаёт прямо в процессе введения военного положения в тело нации — то есть президента предает его ближайший союзник и партнёр. Значит, это можно делать всем?

Это, конечно, не значит, что Порошенко непременно проиграет в результате введения ВП и вообще — на президентских выборах. Луценко тоже может ошибаться (как он ошибся в 2006 году, решив, что проект «Народная самооборона» имеет политическую перспективу как самостоятельная сила). Но ситуация для президента и его ближайшего окружения тревожная.

Что же касается самого Луценко, то здесь совсем иной расклад. Юрий Витальевич — умный, опытный, можно сказать, прожженный политик. Никаких особых оснований верить в его бесхребетность, в то, что он боится испачкать руки в крови врагов президента (не путать с Украиной), у нас нет. Достаточно напомнить, как в феврале 2014 года именно Луценко с трибуны бунтующего Майдана сообщил, что вот-вот привезут огнестрельное оружие, и можно и нужно будет его применить против правоохранителей. Что потом и произошло, закончившись кровавой бойней, в которой погибли несколько десятков человек. Нет, он не боится ни крови, ни жертв, ни военного положения. А что тогда? Что побуждает его в последние недели идти поперек «линии партии»? Только одно — чутье и надежда сохранить себя в другой, оппозиционной нынешнему президенту политической силе, но уже после падения режима — то есть после рано или поздно совершившихся выборов.

И в этом смысле ситуация для Порошенко — вдвое тревожная. Человек, которого он за деньги (взятка депутатам за назначения Луценко составила 2 млн долларов), вопреки всем регламентам и законам (в закон о Генпрокуратуре ради Луценко и по настоянию Порошенко даже внесли изменения), без соответствующего образования и опыта работы был поставлен на охрану самых сокровенных тайн президента и борьбу с его политическими и бизнес-конкурентами, то есть руководителем Генпрокуратуры. И вот именно этот человек из команды уходит в самый ответственный для этой команды момент. Это уже должно вызывать не просто тревогу, а, может быть, даже панику.