Одетый в модный костюм-тройку, с белоснежным шарфом на шее, в кремового цвета федоре Николай Караченцев оборачивается на причале, смотрит на покидаемый им город и произносит: «Прости-прощай, Одесса-мама. Нью-Йорк-папаша ждет меня».

Это — один из заключительных кадров польско-советского фильма «Дежа вю». Он снимался в 1989 году, а на экраны вышел уже в следующем — 1990 году. И тем удивительнее, что тогда, на волне «чернухи» и начинавшегося вала низкопробных комедий, в условиях, когда еще существовал СССР, но все советское, особенно в бывших странах Организации Варшавского договора, да и в самом Союзе уже вызывало отторжение, вышел фильм, в котором советская Одесса 20-х годов ХХ века изображена с легкой иронией, а местные милиционеры показаны не «кровавыми палачами», а крепкими профессионалами своего дела.

Караченцов играет в фильме не главную роль, однако без него комедия не была бы такой яркой. Именно он олицетворяет одесскую преступность. Главный антигерой — лидер преступного синдиката в Одессе Микита Ничипорук, которого играет Владимир Головин, все-таки скорее одесский американец, нежели американский одессит. А вот его подчиненный по прозвищу Японец, которого и сыграл Караченцов, одессит до мозга костей: бесшабашный и легкий в общении, он предпочитает избегать крайностей.

«Всех в таз, залить цементом и в море!» — командует Ничипорук Японцу. Он хочет расправиться с перевозившими его самогон людьми за то, что те выпили пятьсот бутылок, когда везли свой груз через холодную Аляску.

«Из-за бутылок в таз? Слушай, тебе тут не Америка. Если из-за каждых пятисот бутылок в таз, не с кем работать будет», — возражает своему боссу Японец.

Примечательно, что, невзирая на комедийность и авантюрность фильма, его создатели, в отличие от многих современных режиссеров, внимательно отнеслись к историческим событиям. Время действия фильма — 1925 год, когда в городе снимался «Броненосец Потемкин». При этом главный герой фильма — киллер мафии Джон Поллак, роль которого исполнил Ежи Штур, прибывает из Америки в Одессу на одном корабле с поэтом Владимиром Маяковским, который действительно в этом году посещал США.

Встречают Поллака сотрудники «Русфлота» — реально существовавшей в 1925 году организации, которая обладала госмонополией на продажу эмигрантских проездных билетов и занималась морскими перевозками.

Отдельная история с пароходом, на котором в Одессу в фильме прибывает уже второй американский киллер, чтобы расправиться со своим незадачливым предшественником. В роли парохода «Феодосия» сняли учебное судно «Экватор», которое находилось на стоянке Одесского яхт-клуба Черноморского морского пароходства — крупнейшего в Европе и одного из мощнейших в мире. После съемок фильма пройдет лишь несколько лет, и в независимой Украине пароходство де-факто прекратит свое существование.

А для киноведов фильм ценен и использованными киноцитатами. Так, в картине цитируется мировая и советская киноклассика — от «Крестного отца» и «Однажды в Америке» до «Невероятных приключений мистера Веста в стране большевиков», «Короля в Нью-Йорке», «Чапаева» и таких фильмов, как «Мы из Кронштадта», «Оптимистическая трагедия», «Броненосец Потемкин». Кстати, у всех гангстеров в фильме «киношные» фамилии: Де Ниро, Скорсезе, Пачино, Коппола, Де Пальма, Сталлоне.

Новые амазонки: Миссия без секса
Новые амазонки: Миссия без секса
© скриншот из фильма "Новые амазонки"

Снимал фильм польский режиссер Юлиуш Махульский. Он вместе со своей женой Лизой, а также с Ежи Штуром, Николаем Караченцовым, Галиной Петровой, Виктором Степановым и рядом других знаменитых советских и польских актеров прибыл в Одессу в 1989 году. Кстати, среди «звездного десанта», высадившегося тогда в Одессе, была и жена Караченцова Людмила Поргина — она сыграла телеграфистку, а также сын Владимира Высоцкого Никита — в фильме ставший музыкантом-джазменом. Снялись в картине и местные одесские актеры.

О съемках в Одессе у всех участников картины остались самые теплые воспоминания.

«Одесса — это что-то особенное! Хорошее помнится долго. Тем более что сейчас я, можно сказать, снова испытал дежа-вю. Отель «Червонный» из фильма — тот самый «Бристоль», один из самых фешенебельных отелей Одессы, в котором я сейчас остановился. «Дежа вю» — фильм об американце во времена нэпа — в Советском Союзе воспринимался и теперь многими еще воспринимается как культовое кино. Российские зрители, например, считают, что «Дежа вю» — пронзительная, сатирическая картина их действительности. А это была своего рода гангстерская комедия — в таком жанре в то время в Польше еще не работали», — вспоминал спустя 22 года после съемок во время повторного визита в Одессу сыгравший главную роль в фильме Ежи Штур.

В этом интервью он тепло отзывается о Караченцове, о таланте которого он вспоминает.

Кстати, именно с Караченцовым связан и эпизод, который многими воспринимается как сатира над СССР образца 1989 года.

«Он падает. По нашему курсу 61 копейка — доллар», — говорит Японец, меняя американцу доллары на советские рубли.

Потом, когда Ничипорук узнает, что в его хлебную лавку — по сути офис, где он ведет свой нелегальный бизнес, наведывался американец и даже обменял там деньги, он начинает кричать на подручного.

«Ты что? Ты что? Я ему по нашему курсу поменял — один к одному», — сначала не понимает причину возмущения босса Японец.

Колоритный одесский бандит, в отличие от лидера местной преступности, скорбит об отсутствии мафии в Одессе.

«Хотелось бы, чтобы она у нас была. Но для этого надо очень много поработать!» — подчеркивает герой Караченцова, пытаясь доказать Ничипоруку, что никаких мафиози в Одессе нет.

Пройдет пара лет, и те времена, когда в Одессе не было мафии, местные жители будут вспоминать с ностальгией.

Тогда, в 1989 году, стоя на причале одесского порта, Караченцов прощался с «жемчужиной у моря». Сегодня он попрощался со всеми зрителями мира. Однако он, его яркие персонажи всегда будут жить в сердцах тех, кто любит кино и театр.