Рынок этот, пожалуй, один из самых пестрых и колоритных в Киеве. Тут можно найти все, что нужно для жизни, и даже больше — от ключа «На двенадцать» до селфи-палки. Наряду с бижутерией, домашней брынзой, строительными инструментами и тюремным hand-made, здесь продают разных питомцев — от маленьких хомячков до щенков овчарки.

Продавцы, мужчины и женщины — люди в возрасте и "в теле". Прохаживаясь по рыночным рядам, очень интересно наблюдать, чем они занимаются в томительном ожидании покупателей.

Три полные барышни уплетают бутерброды с котлетками, запивая свой обед чаем (или коньяком?) в пластиков стаканах. Продавщица отдела бытовой мелочевки читает толстый том "Войны и мира" в тени зонта.

Мужчины из отдела строительных инструментов и бытовой техники саркастично разглядывают меня, когда я останавливаюсь у стройного ряда гаечных ключей. Что ты, мол, девочка, в этом понимаешь.

Фотографироваться тут особо никто не хочет. Один мужчина объяснил свой отказ якобы "нефотогеничностью", а женщина в отделе продажи домашних животных и вовсе разозлилась.

"Что, будете потом всем рассказывать, как мы тут над животными издеваемся?" — возмущается она.

Животные, на самом деле, смотрятся неплохо, а потому жаловаться не на что.
Особенно мило — щенки спаниеля, играющие друг с другом за прутьями клетки.
Отправляясь на поиски сигаретного ларька, я пообщалась с кассиршей. На вопрос о том, как ей тут работается, она молча покачала головой из стороны в сторону.

"Вообще-то у нас тут почти все — с высшим образованием, у некоторых даже по два — по три. Я вот по образованию — инженер, Киевский политех закончила."

Но самый интересный и единственный из сложившихся диалогов у меня вышел с одним из посетителей местного кафе, строителем Гошей.

Да, на этом рынке есть целых два кафе, которые как бы соревнуются друг с другом в степени "элитности". В одном пепельницы из консервных банок, в другом — из граненых советских стаканов.

Меню — традиционные бутерброды с салом, колбасой и красной икрой, кофе, чай, разливное пиво.

Гоша рассказал много интересного о том, как устроен рынок, хотя значительная часть информации не вызвала удивления.

"Большинство людей тут устроено на работу неофициально. Они все получают от трех до шести тысяч гривен в месяц (от 7 до 14 тысяч рублей — Ред.). Ты же понимаешь, как мало это по нашим меркам сейчас. Директор рынка просто не хочет платить налоги, его крышует полиция, а он — своих работников. Что они будут делать, когда наступит пенсионный возраст — непонятно. Никаких отчислений в пенсионный фонд не делается. Хотя, многие и на пенсии вкалывают, как кони, это уже традиция такая у нас, мне кажется".

Несмотря на палящую жару, низкие зарплаты и отсутствие социальных гарантий, люди тут продолжают работать. Человек, который занимается ремонтом велосипедов, чинит колесо, не вынимая сигарету изо рта. Женщина преклонного возраста поштучно продает сигареты, прикрывшись зонтиком. Слезно извиняется перед покупательницей, что недодала сдачи — "совсем зажарилась на этом солнце, доченька, ничего не соображаю совсем, ты извини уж".

Продавщица кофе и чая кормит свою кошку, и гордо рассказывает, когда я их фотографирую, что кошку зовут Марей и она есть только рыбу, а сухой корм совсем не ест, потому что это — вредно.

Ну и конечно, как на любом рынке, тут есть бабушка, продающая беляши. Бабушка уверяет каждого клиента, что ее беляши — самые свежие и вкусные, и в них нет ни грамма мяса бездомных животных.

Дворник зачем-то подметает лужу, не высохшую после вчерашнего ливня. Две молодые женщины спорят, какая одежда лучше — китайская или турецкая.

В том же отделе одежды мне настойчиво предлагают купить зеленую вышиванку, потому что под цвет глаз очень идет.

Еще несколько бабушек, явно конкурирующих между собой, спорят, чья картошка лучше. Просят взять хоть килограмм. Или вот этих перцев — домашние, мол, только с грядки, и никакого ГМО в них нет, а пестицидов — и подавно.

Иногда хочется сначала заглянуть в прошлое этих людей, которые торгуют здесь. Они ведь, скорее всего, закончили университеты и институты. Работали учителями, инженерами или врачами. У них, скорее всего, есть семьи и взрослые дети, которые уехали за границу на заработки. Но все это уже позади.

А потом невольно задумываешься об их будущем. Что ждет этих людей — работа до гроба, достойная пенсия или нищета?