У  Пола Манафорта серьезные проблемы с американской Фемидой. Его обвиняют по 12 статьям. Если обвинения будут доказаны, его ждет в общей сложности 80 лет тюрьмы.

После того, как политтехнолог со своим адвокатом прибыл в центральный офис ФБР в Вашингтоне, у него отобрали паспорт и отправили под домашний арест.

«Между 2006 и 2015 годами Манафорт и Гейтс действовали как незарегистрированные агенты правительства Украины, Партии регионов — украинской политической партии, чей лидер Виктор Янукович был президентом в 2010–2014 годах, — а также самого Януковича и «Оппозиционного блока», преемника Партии регионов, сформированного после того, как в 2014 году Янукович бежал в Россию. Манафорт и Гейтс получили десятки миллионов долларов дохода от своей работы на Украину. Чтобы спрятать выплаты с Украины от властей США, с 2006 до 2016 года Манафорт и Гейтс отмывали деньги через десятки американских и иностранных корпораций, компаний и банковских счетов", — говорится в обвинительном заключении.

В частности, как пишет РИА «Новости», в документе отмечается, что лично Манафорт обвиняется в отмывании 18 миллионов долларов, всего через офшорные счета прошло до 75 миллионов долларов. Их деятельность велась с указания Януковича и касалась, в частности, санкций против Украины, выборов и уголовного дела против экс-премьера Юлии Тимошенко, говорится в заключении.

Все это и стало поводом для нашего издания поговорить о работе Манафорта на Украине. Для чего мы и обратились за комментариями к российским политологам.

Русофилы и русофобы

Политолог и политтехнолог Василий Боков считает, что работа Манафорта в качестве консультанта Партии регионов была деятельностью двойного назначения.

«С одной стороны, он выступал как бизнесмен-консультант, который зарабатывает деньги, занимаясь украинскими выборами, а с другой стороны, продвигал интересы США и реализовывал проект, который состоялся в конце 2013-2014 годов. Это был проект, направленный на развал Украины, направленный на ее превращение в националистическое русофобское государство.

Двумя ключевыми вещами в его работе, которые он и не пытался скрывать раскол страны на восточный и западный лагеря — русофильский и русофобский. Восток против Запада. 

Вторая вещь, которой он занимался, был подрыв авторитета власти. Это реализация всех тех требований МВФ, которые Украина должна была выполнять при получении кредита: повышение цен на газ для населения, реформа малого и среднего бизнеса, налоговая реформа. Все эти вещи приводили не к укреплению власти Януковича и регионалов, а к ее ослаблению и установлению режима управляемого хаоса», — не сомневается Боков.

Политтехнолог считает, что уровень философского, идеологического, исторического образования политических актеров Украины того времени не позволял им рассмотреть в действиях Манафорта манипуляцию.

Манафорт потребовал обнародовать прослушку его разговоров
© flickr.com

Другой точки зрения на роль Манафорта в украинской политике и в украинских выборах придерживаются политтехнологи Николай Гастелло и Николай Доронин, более 10 лет проработавшие на Украине.

«Манафорт — высокопрофессиональный технолог, владеющий инструментом. Он принес в Партию регионов именно то, что ей в тот момент было наиболее необходимо — технологии. К сожалению, регионалы их не соблюдали. Они принимали рекомендации Манафорта, но до конца их так и не реализовывали.

Это собственно была одна из проблем той политической силы. Если бы в Партии регионов более внимательно относились к его рекомендациям, возможно ход событий был бы немножко другой», — полагает Николай Гастелло.

Он приводит в подтверждение своим словам то, как происходил процесс слияние регионалов с партией «Сильная Украина» Сергея Тигипко после победы Виктора Януковича на президентских выборах.

«Манафортом был написан план объединения. Это был очень хороший документ, профессиональный. Он был поддержан всеми сторонами. В него, конечно, были внесены определенные, всех устраивающие изменения. Но потом регионалы, как у них всегда и водилось, этот план соблюдать не стали и начали его реализовывать только тогда, когда это уже не имело смысла.

О том, что слияние будет, объявили намного раньше, чем предполагалось планом. Из-за этого пропал смысл. В итоге серьезного информационного эффекта объединение Партии регионов и «Сильной Украины» не дало. Неуспех акции был связан именно с уровнем дисциплины в партии Януковича», — констатирует Гастелло.

По его словам, Манафорта недолюбливают многие украинские политологи, которые работали с Партией регионов, потому что считали, что могли быть на его месте.

«Но я могу заявить точно и спокойно: не могли. У регионалов не было политтехнологов такого уровня. Были специалисты лиричные, а не политтехнологичными, как того требовала от них работа в избирательных штабах», — говорит Николай Гастелло.

Так же, как высоко, как и он, роль Манафорта оценивает Николай Доронин.

«Она серьезная и заметная, учитывая, что Партию регионов и Виктора Януковича Манафорт вел с 2005 года. Все его избирательные кампании были победными. Он задал некий новый стандарт ведения политической кампании. Он научил Януковича завязывать галстук, правильно появляться на публике. Да, общий лоск и форма над содержанием немного превалировали, но он задал именно такой стиль.

Манафорт вел классические избирательные кампании, рассчитывая всегда на пенсионеров, на тех людей, которые голосуют и чаще ходят на выборы. В общем, у него всё всегда удачно происходило», — констатирует Доронин.

Верность Юго-Востоку или общенациональная повестка?

У экспертов, которые оценивают роль Манафорта на Украине, в отношении него присутствует двоякое суждение. Одни считают, что он поступал правильно, когда рекомендовал Партии регионов ставить только на свой электорат — на избирателей Юго-Востока, защищая права русского языка и сближение с Россией.

Другие полагают, что такой подход вносил конфронтацию между Западом и Востоком страны и раскалывал Украину. Они настаивают, что регионалам надо было отказаться от односторонней ориентации только на Юго-Восток и попытаться выдвинуть «общенациональную повестку» — борьба с коррупцией, реформа экономики, финансов, медицины и так далее.

«Получилось, что именно Манафорт сработал на раскол Украины, на разрыв страны и на развитие националистических технологий, националистической идеологии.
В этом-то была и красота его работы: вроде он и прав, вроде трудится на заказчика, но с точки зрения другого глобального проекта, у которого иные горизонты планирования, он реализовывал проект заокеанских архитекторов», — не сомневается Боков.

Как вспоминает российский политолог и журналист Искандер Хисамов, которому приходилось сталкиваться в то время с командой Манафорта, последний пресекал любые попытки Партии регионов стать общенациональной силой.

«Он говорил: "Не суйтесь на Запад. Мобилизуйте свой электорат. Мобилизуйте Восток угрозой со стороны Западной Украины, драматизируйте эту угрозу"… Мои скромные возражения типа "тогда стране конец" не услышали. Эта деревенщина воспринимала Манафорта как бога», — посетовал Хисамов.

Манафорт задекларировал миллионы, полученные от Януковича
© flickr.com

Гастелло и Доронин не согласны с предыдущим мнением. 

«Никакой общенациональной повестки выборов на Украине не существует и не существовало никогда. И единственно верным решением было сфокусироваться на своем электорате — на гражданах Юго-Востока.

Заниматься Западной и Центральной Украиной, кроме Закарпатской области, у которой собственная специфика, отличная от западноукраинской, и которая поддерживала Партию регионов, было не нужно и опасно. Так предлагал Манафорт, однако регионалы поступили прямо противоположным образом», — вспоминает Гастелло.

Политтехнолог считает, что Партия регионов потратила много сил и внимания на Центральную Украину, полагая, что они там получат прирост, но в итоге не получили ничего.
Николай Доронин уверен, что Манафорт, придерживаясь принципа, что политическая партия должна быть лояльна своему электорату, действовал абсолютно технологично.

«Он видел, что у Партии регионов нет никакого шанса на западе страны, что ее там не воспринимают. В ней видели партию Востока Украины. Раскол Украины ведь произошел до Манафорта. Причем он был достаточно глубоким. Видя данные социологии, он логично говорил: ребята, возьмите своё, и этого будет достаточно.

Это ровно то, что сейчас с отделением Крыма и с фактической потерей Донбасса происходит в раскладах по политической электоральной карте. Партия Юго-Востока после 2014 года уже не сможет превалировать в парламенте над партиями Центра и Запада Украины. Просто уменьшилось количество тех, кто бы за нее проголосовал. От Манафорта требовали победу, и он ее принес», — напоминает Доронин.

Однако Партия регионов на свою беду постоянно пыталась заигрывать с западноукраинским электоратом.

«Все эти попытки назначить губернаторов-националистов на Львовщине, которые там все равно не приживались, приглашение Тараса Черновола в партию, к успеху не приводили. Не знаю, чьи это были идеи — Манафорта или нет, потому что его влияние на регионалов не было стопроцентным.

Там было много течений, но он пытался держать генеральную линию. У него было некое право вето, к которому прислушивался лично Янукович, который говорил: «как предлагает Пол, так и сделаем».

В общем, заигрывание с западными украинцами у регионалов было постоянным, но они не помогли. Всё это потом сказалось и на крахе в 2014 году, когда регионалов, по-сути, никто не вышел защищать. Юго-Восток был дезориентирован, часть лидеров партии сбежало, часть заняло коллаборационисткую позицию, а в Центре и на Западе было все равно», — настаивает Доронин.

Он не согласен с точкой зрения, что Манафорт подрывал авторитет власти и работал на раскол.

«Я это категорически не приемлю. Зная его, могу сказать, что это был сугубо профессиональный человек, который за пределы своей компетенции не выходил. Он не брал на себя роль политика, влияющего на какие-то процессы», — вспоминает Доронин.