«Рядовые сотрудники СБУ, крымчане, поддержали Русскую весну»

В настоящий момент в Москве вышла его книга воспоминаний «Контур безопасности. Генерация ДНР», отдельная глава в которой посвящена тем событиям.

-Как получилось так, что вы приняли участие в события 2014 года в Крыму?

— Я сам родом из Приднестровья. Мой бывший руководитель в МГБ ПМР Владимир Антюфеев еще в начале 90-х взаимодействовал с первым президентом Крыма Юрием Мешковым. Напомню, что в то время Крым хотел независимости и даже предпринимал попытки выйти из состава Украины. Приднестровцы тогда уже взаимодействовали с крымскими активистами.

Поэтому по старой памяти местные крымские активисты и обратились к Владимиру Юрьевичу с предложением поучаствовать. Он согласился. В его группу вошли я, будущий министр внутренних дел ДНР Олег Береза и еще несколько человек. Мы выдвинулись в Крым. Дату называть не хочу, просто это связано со спецификой наших первых мероприятий. Наша группа действовала по всей территории Крыма кроме Севастополя.

ЧИТАЙТЕ ТАКЖЕ: Русская весна в Севастополе «варилась» в русской пельменной

-Вы сразу же, как я понял, из вашей книги взяли под контроль крымское СБУ. Как вас встретили местные сбушники?

— В крымском СБУ была большая группа работников, которая была пророссийски настроена и симпатизировала нам. Интересный момент. Когда премьером Крыма стал выходец из Донецкой области Василий Джарты, то туда на руководящую работу потянулись донецкие кадры, в том числе и в руководство СБУ. Мы опирались, прежде всего, на рядовых сотрудников — на крымчан.

-А донецкие были настроены проукраински?

— Не все, но многие сбежали, когда начались события. К тому же не нужно забывать, что Петр Зима, начальник севастопольского управления СБУ, перешел на нашу сторону, что нам помогло.  Во время Русской весны он переехал из Севастополя в Симферополь. Он на короткое время стал начальником Крымской службы безопасности, пока Крым не вошел в состав России.

«Рядовые сотрудники СБУ, крымчане, поддержали Русскую весну»

-А с группой Стрелкова, который также был в то время на полуострове, взаимодействовали?

— Нет. Но мы ее разоружали.

ЧИТАЙТЕ ТАКЖЕ: Вадим Колесниченко: «Русская весна» в Севастополе – воспоминания

-Почему?

— Из-за штурма отрядом Стрелкова украинской топографической части, когда погибло два человека — один топограф и один из казаков-ополченцев. Я считаю те действия Стрелкова преступными, такого же мнения придерживаются и его коллеги по отряду, с которыми я недавно общался.

Министр обороны Крыма генерал Кузнецов еще до штурма договорился о переходе части на нашу сторону. Но Стрелков, видимо, захотел славы и драйва, решив «штурмануть» часть.

Он к тому времени действовал по принципу «творю всё, что хочу», как человек, который вышел из-под контроля. Мы в этом убедились тогда не раз. Руководство Крыма уже понимало, что его подразделение плохо контролируется и превращается в преступную группу. История с топографами была последней каплей. Поэтому и было принято решение о ее срочном разоружении.

ЧИТАЙТЕ ТАКЖЕ: Олег Царев: Русская весна — это проснувшаяся вера русских в себя

-И как оно проходило?

— Очень просто. И здесь надо отдать должное Владимиру Антюфееву. Нельзя было допустить силового разоружения, чтобы не случился внутренний конфликт со сложными последствиями, которые было трудно предугадать. Поэтому Антюфеев, пользуясь своим авторитетом и харизмой, сам вместе с Олегом Березой пошел в подразделение Стрелкова и предложил разоружиться. В течение нескольких часов велись переговоры, которые завершились сдачей.

-А что лично вы курировали?

Я в тот момент координировал деятельность крымской «Альфы». В Крыму было ее межрегиональное управление. Оно обслуживало сразу 5 украинских областей. Альфовцы перешли на нашу сторону. Бойцы были по-хорошему, по-патриотичному настроены. В случае с отрядом Стрелкова альфовцы обеспечили оцепление и вывоз оружия. Все прошло достаточно мирно. Мы вообще стремились тогда к миру.

-Почему в Крыму украинская армия вела себя пассивно, а в Донецке сначала пассивно, но потом через какое-то время активизировалась?

— В Крыму значительная часть украинской армии состояла из местных жителей, а, например, к Славянску стягивались войска со всей Украины. Туда в первую очередь съезжались националисты из добробатов, причем, далеко не дончане. Если и дончане, то националисты типа Абельмаса.

«Рядовые сотрудники СБУ, крымчане, поддержали Русскую весну»

В Крыму же не было националистических добровольческих батальонов. Были промайдановски настроенные люди во главе с отцом и сыном Ковальскими, руководителями местного Евромайдана. Но это были такие местные фрики. Их было не так много. Был еще фактор татар.

Добробатов в Крыму не было. В Славянске в первую очередь сначала воевали добробаты, а армия практически нет. Армия начала воевать только к концу июня.

Расстрел донецкого аэропорта 26 мая 2014 года не случился, если бы не было ряда провокаций наемников, а в Крыму не было ни наемников, ни нацбатов.

ЧИТАЙТЕ ТАКЖЕ:  «Крымская весна» — невыученный урок Украины

-Почему себя в начале тех событий активно проявили крымские татары, даже были погибшие под Верховным Советом Крыма, а потом повели себя пассивно?

— Они пытались участвовать. Не забывайте, что Мустафа Джемилев и Рефат Чубаров пытались расшатывать ситуацию. Но была проведена разъяснительная работа. В Крым выезжали, в том числе и патриотично настроенные татары из Казани.

-С чем связано то, что выбор в качестве руководителя Русской весны в Крыму остановился на Сергее Аксенове? Говорили, что количество претендентов доходило до 30 человек. Это правда?

— В Крыму была одна пророссийская сила — партия «Русское единство». Руководил ею Сергей Аксенов. Он с 2005 года последовательно занимался пророссийской деятельностью, избирался в местный парламент как руководитель пророссийской силы, преследовался украинскими властями как пророссийский лидер. Так что не было больше никаких тридцати пророссийских партий. Пусть те, кто считает, что на тот момент в Крыму была куча пророссийских лидеров, пусть назовет их.

 

Александр Чаленко