Пророссийский кандидат в президенты Молдавии Игорь Додон во втором туре победил прозападного кандидата Майю Санду, получив 54% голосов против 45%

Издание Ukraina.ru попросило российских политологов ответить на несколько вопросов, связанных с победой Додона: в чем теперь могут измениться, на их взгляд, российско-молдавские отношения при новом президенте, и как при нем будет решаться проблема Приднестровья.

Европа остается, Россия в уме

«Молдавия уже подписала договор об ассоциации с ЕС. Причем, соглашение об евроассоциации Молдавия подписала еще раньше Украины. Оно давно существует, но фактически не работает, — считает политолог Сергей Михеев. — Страна практически ничего от него не получила. Речь может идти о каких-то крохах, но это никак не компенсирует потерю ею российского рынка.

Мы точно понимаем, что вступления Молдавии в НАТО и ЕС не будет ни при каких условиях. Это могло бы быть только в одном случае — в случае присоединение к Румынии. Но тогда это бы означало отказ от Приднестровья и фактическое признание независимости последнего».

Михеев считает, что нельзя надеется на то, что Молдавия при Додоне вступит в Таможенный союз, хотя нынешний президент об этом когда-то заявлял, но вот какую-то компромиссную форму сосуществования с Евросоюзом и Россией он найти может.

«Это могла бы быть формула, которую в будущем смогла бы использовать Украина, а также и Азербайджан, который, с одной стороны, хотя и не хочет вступать в Евразийский союз, но заинтересован в развитии евразийского направления.

Мнения политологов: Молдавия снимет блокаду с Приднестровья

Максимум чего сейчас хочет Додон, так это вернуть российский рынок для молдавских товаров. Но при этом он не хочет быть обвиненным в том, что он совсем отказался от европейского направления. Вероятно, он будет иметь возможность продемонстрировать плоды сотрудничества с Россией».

Политолог Александр Бородай считает, что если и произойдут перемены в российско-молдавских отношениях, то вряд ли это будет быстро.

«Новый президент еще не означает перемену всей внешнеполитической линии. Это происходит постепенно, это не быстрый и не легкий путь. Потому что новый президент не означает смену молдавских элит, и автоматическую смену политического вектора. Да, возможны некоторые подвижки, если Додон окажется сильным. Мы подобную ситуацию наблюдали в России в начале 90-х, когда Путин сменил Ельцина. Ситуация менялась, но не мгновенно, и не по всем параметрам сразу», — сказал Бородай.

Не всесильный Додон

Директор Института стран СНГ и депутат Госдумы Константин Затулин, уверен, что при Додоне между Россией и Молдавией исчезнет идеологическая конфронтация, которая была при прежнем президенте — Николае Тимофти.
«Этот человек испытывал почти физическое отвращение ко всему, что связывало Молдавию с прошлым, в том числе и к СССР, и к России. При Додоне всего этого мы не увидим. А что касается чисто практических вещей, то не надо представлять, что все сразу поменяется с минуса на плюс.

Начнем с того, что у молдавского президента есть полномочия по Конституции, но они не всеобъемлющи. Молдавия не президентская республика. Додон выступает за расширение своих полномочий, и возможно это ему удастся. Но пока у него такие полномочия, какие есть. В Молдавии большую роль играет и правительство, и парламент, который это правительство и формирует. А последнее не под контролем Додона».

Затулин считает: вряд ли от нового молдавского президента стоит ожидать того, что он инициирует выход из договора о евроассоциации с ЕС. «Этого не будет. Но тут возникает вопрос, в том числе и к нам: возможно ли при этом договоре с ЕС полноценное сотрудничество с Россией. Напомню, что еще в 2013 году перед Вильнюсом Россия предлагала провести переговоры между ЕС, Молдавией и Россией, чтобы найти компромисс. Но тогда Баррозу жестко поставил вопрос: или интеграция с ЕС, или с Таможенным союзом. Молдавия была бы рада сейчас стать членом всех возможных союзов, но возможно ли это с точки зрения внутренних устоев каждого из них, остается вопросом», — считает Затулин.

Экономический прессинг на Приднестровье прекратится

Все собеседники Ukraina.ru полагают, что для Приднестровья самым главным плюсом в отношении с Молдавией будет ослабление экономического прессинга. Однако никакого формального вхождения ПМР в общее государственное пространство Молдавии не будет.

Так Сергей Михеев ожидает, что при Додоне молдавской стороной будут сняты экономические ограничения, которые усилились за последние два года.

«А что касается воссоединения, то я сомневаюсь в этом. ПМР на это не пойдет, потому что через четыре года Додона на посту президента может сменить другой человек, который будет опять настроен антироссийски.
Когда-то был план Дмитрия Козака, который предлагал ту или иную форму федерализации Молдавии, в которой могло участвовать Приднестровье, но с тех пор время ушло, и отношения между Кишиневом и Тирасполем испортились».

Александр Бородай, который в начале 90-х воевал на стороне ПМР в качестве российского добровольца, также считает, что, несмотря на приход пророссийского Додона к власти, Приднестровье вряд ли присоединиться к Молдавии.

«Да, Додон фигура, устраивающая Россию, больше, чем все предыдущие, но Приднестровье уже давно определилось и психологически чувствует себя частью России, а не Молдавии. При этом у подавляющей части приднестровских граждан — у 99% — российские паспорта.

Молдавия воспринимается ими как отдельная территория, тяготеющая к Европе и, прежде всего, к Румынии. То, что сейчас в Молдавии пророссийский президент, вовсе не означает, что это будет завтра и послезавтра.
Однако при Додоне экономическая блокада Приднестровья будет уменьшена, что приведет к тому, что и экономическое положение ПМР как государства, и самих его граждан будет улучшено», — полагает Бородай.
Константин Затулин считает, что Додон, как и любой другой молдавский президент, попытается урегулировать приднестровский вопрос, однако, что именно он сможет предложить ПМР, пока не понятно.

«Прежние молдавские президенты прозападной ориентации пытались решить проблему отношений с Тирасполем с помощью экономической блокады. Бывший старший партнер Додона, а теперь его противник — экс-президент-коммунист Владимир Воронин тоже пытался решить приднестровскую проблему, правда, стоя на великодержавных позициях. У него ничего не вышло.

От Додона все-таки стоит ожидать того, что он в отношениях с ПМР он будет держать в руках оливковую ветвь мира, но в декабре ПМР ждут непростые президентские выборы, поэтому у Додона есть время на размышление о том, что он может предложить Приднестровью».