По словам исполняющей обязанности министра здравоохранения Украины Ульяны Супрун, онкобольные украинцы больше не смогут рассчитывать на финансовую поддержку государства — поскольку со следующего года в Минздраве не намерены принимать целевую программу государственной помощи «Онкология».

Идеальный кандидат

Чиновница проговорилась об этой инициативе во время рабочего визита в Винницу, в вотчину премьер-министра Владимира Гройсмана, мэром которой он долгое время был. В июле он лично представил Супрун в качестве того самого человека, который наконец-то продвинет реформы в нашем здравоохранении — даже успешнее, чем ее грузинский предшественник Александр Квиташвили, которому теперь можно записать в свой послужной список эффективный развал медицины сразу в двух государствах.

По мнению Гройсмана, украинская американка, которая приехала в Киев в 2013 году, идеально подходит на эту должность — ведь она состояла в детстве в патриотической организации «Пласт», ходила в украинскую церковь, работала волонтером на Евромайдане, а потом основала волонтерскую организацию «Защита патриотов», которая проводила тренинги тактической медицины по стандартам НАТО. За эти заслуги президент Порошенко предоставил Ульяне Супрун украинское гражданство, чтобы уже вскоре выдвинуть ее на министерский пост. Несмотря на то, что многие далекие от политики медики выражали сомнение в том, что она адекватно представляет себе принципы работы системы украинского здравоохранения и социальные реалии украинской жизни.

Сегодня эти сомнения переходят в уверенность — даже у тех, кто поначалу восторженно приветствовал кандидатуру «министра-волонтера». Объясняя отказ от программы, которая помогала выжить множеству малоимущих людей, Ульяна Супрун рассказала, что ее ведомство намерено концентрироваться не на лечении, а на профилактике заболеваний. По мнению исполняющей обязанности министра, заболеваемость раком помогут снизить услуги семейных врачей, которые помогут распознать болезнь на ее ранней стадии или убедить клиента пройти профилактический осмотр.

При этом она забыла упомянуть, что эти услуги планируются сделать платными — не говоря уже о том, что семейные врачи работают сейчас далеко не в каждом населенном пункте, да и в принципе не смогут эффективно справиться с диагностикой такой тяжелой и разнообразной по своим проявлениям болезни. Которую, впрочем, все равно надо будет за что-то лечить.

Правда, по словам Супрун, в критических случаях, средства на лечение онкобольных смогут выделить местные бюджеты. Но диагноз рака является критическим случаем для большинства украинских больных — именно потому, что борьба со злокачественными опухолями обходится очень дорого. Несколько лет назад в подобную ситуацию попала моя семья, и мне пришлось общаться в больницах с людьми, которые продавали жилье и брали кредиты, чтобы помочь своим родственникам. Если бы не государственная поддержка, которая еще действует сейчас в Украине, позволяя оплачивать самую необходимую медикаментозную помощь и больничный уход, многие из социально необеспеченных больных вообще не имели бы шансов на излечение.

Медицинская реформа: плати или умри

Кроме того, печальный опыт украинских реформ в образовательной и социальной сферах убедительно показал, что попытка перекинуть финансирование подобных проектов на пустую казну местных бюджетов, сбросив это бремя с государственного бюджета, всего лишь имитирует решение подобных проблем. Денег на местах нет, и в самом лучшем случае местные власти будут обращаться за ними к тому же Кабмину.

«Профилактика» рака

Решение об отмене программы государственной помощи «Онкология» особенно шокирует в свете того, что совсем недавно, 20 октября, Ульяна Супрун лично озвучила катастрофическую статистику по онкозаболеваниям на Украине. По ее словам, только от рака груди в стране каждый час умирает одна украинка, а за год эта болезнь забирает более 9 тысяч женских жизней. Согласно данным Национального ракового реестра Украины, только в 2014 году медики диагностировали свыше 13 тысяч новых случаев этого заболевания. По словам исполняющей обязанности министра, за 25 лет независимости страны от этого типа рака умерли более 230 тысяч украинок. «Примерно население областного центра», — подчеркнула значимость этой цифры сама Ульяна Супрун. «Это похоже на необъявленную войну, в которой, к сожалению, пока мы проигрываем», — написала она в своем Facebook.

Как скажется на судьбе этих женщин — равно как и на судьбе всех остальных раковых больных — прекращение, или даже существенное сокращение государственной помощи? Это риторический вопрос. Профилактика заболеваний, о которой говорит Ульяна Супрун, безусловно, необходима — но не за счет сворачивания государственной помощи больным людям, которые остро нуждаются в лечении здесь и сейчас. При этом очевидно, что политика экономии от Минздрава коснется не только онкобольных: «в Украине эпидемия гепатита С. И вместо того, чтобы тратить колоссальные деньги на лечение гепатита С, мы можем эффективно следить за качеством донорской крови», — заявила недавно исполняющая обязанности министра здравоохранения. Недвусмысленно намекая на то, что государство намерено урезать расходы на лечение больных гепатитом.

То же самое ждет и всех остальных лечащихся украинцев. Медицинская реформа, которую без особого шума готовят сейчас Украине, практически полностью сводится к коммерциализации системы здравоохранения. Ульяна Супрун санкционировала переход к страховой модели, с акцентом на практику семейных врачей, с которыми нужно будет заключать прямой договор. Подразумевается, что именно они должны будут осуществлять профилактический осмотр граждан. Большинство услуг в медицинских клиниках тоже будут платными. Согласно уже опубликованной информации, украинцам нужно будет в обязательном порядке оплачивать диагностику, консультацию и лабораторные анализы, диагностическое обследование, медицинскую помощь, манипуляции, консультации, уход за больным на дому, и многие другие услуги, которые сейчас пока еще можно получить бесплатно — пускай и далеко не везде.

Предполагается, что часть этих расходов покроет обязательная медицинская страховка. Однако она будет недостаточной — в той же мере, в какой разрекламированные субсидии не позволяют украинцам справляться с нынешними тарифами.

По сути, речь идет о переходе к полноценной платной медицине. Сделав этот шаг, неолиберальное правительство получит двойную экономию — за счет урезания бюджетных расходов и сокращения числа претендующих на пенсии и социальные пособия граждан, которые попросту не переживут эту реформу. Ведь если семья Ульяны Супрун задекларировала на иностранных счетах средства на общую сумму более $4,3 млн, то большинство украинцев получили сейчас на руки коммунальные платежи, которые в среднем превышают уровень их зарплат и пенсий. И у них просто не будет денег на сколько-нибудь полноценную оплату медицинских услуг.

«Теперь приоритет министра — это не лечение людей от рака, а профилактика, которой будут заниматься семейные врачи. Сложности ранней диагностики онкологии, похоже, понимают все, кроме министра. Как семейные врачи смогут установить диагноз на ранней стадии? Онкобольных поголовно приговорили к смерти! Зато умирать они будут под украинские песни на радио, и, конечно, с очередными обещаниями о безвизе» — написал об этом депутат Сергей Ларин.

Таких людей будут лечить разве что молитвой — депутат Верховной Рады Ольга Богомолец представила на днях законопроект, который официально вводит в штат лечебных учреждений священнослужителей, мотивируя это необходимостью бороться за декоммунизацию медицины (по-видимому, в биографии Супрун не зря упомянуты ее детские походы в церковь). Хотя, впрочем, за услуги знахарей в черных медицинских халатах тоже надо будет платить — либо государству, либо самим больным.

Переходим к рынку

Можно не сомневаться: все эти меры окончательно превратят здравоохранение в одну из разновидностей бизнеса. Супрун утверждает, что тотальная коммерциализация повысит качество медицинских услуг — но, на самом деле, они просто сделают эти услуги недоступными для категории малоимущих украинцев. Впрочем, качество и эффективность будущей платной медицины в нашей стране тоже находится под очень большим вопросом.

Медицинская реформа: плати или умри

Так, в сентябре Министерство здравоохранения оправдывалось за задержки вакцин для онкобольных детей, причиной которых явился бизнес-конфликт двух коммерческих фирм. А 7 ноября, в той же Виннице, где накануне побывала Супрун, рейдеры устроили настоящий погром частной клиники «Медивин». «Мы работали на верхнем этаже медучреждения, когда услышали крики, шум, увидели кучу совсем молодых парней, лет 18-20, которые крушили помещения центра. Парни начали выносить столы из кабинетов, громить двери, кричали: «это наше помещение, наша земля!», — рассказали журналистам пострадавшие медработники. Что, в общем-то, дает полное понимание о том, каким будет становление украинского медицинского бизнеса.

«Это очень хорошие новости, ребята. Вы хотели получить рынок медицинских услуг? Вот он. Нет денег? Сдохни. Именно так. Атлант расправит плечи», — печально иронизирует блогер Дмитрий Трендюк.

И к этому нечего больше добавить.