Украинцы дают отпор любопытным банкам, усилившим контроль за их денежными проводками. Никто не собирается вникать в нюансы финансового мониторинга, навязываемого Нацбанком, люди хотят использовать «кровно заработанные» на собственное усмотрение, и стали ходить по судам после блокировок платежей и заморозок счетов. Причем, результативно.

Банкиров обыгрывают чаще всего в случаях, когда они проявляют чрезмерное усердие — не буквально выполняют законодательство по финмону и соответствующие постановления НБУ, а проявляют инициативу. Требуют от людей больше или сверх положенного следят за деньгами клиентов (кстати, это требует все тот же центробанк, который любит штрафовать банки, формально не выполняющие его постановлений). Например, мониторят проводки не от 150 тысяч гривен, а раньше — скажем, с 50 тысяч гривен.

«Чаще всего блокирование банковских счетов происходит по инициативе ГФС, которая сомневается в легальности происхождения денег», — рассказал UBR.ua управляющий партнер адвокатское объединение Suprema Lex Виктор Мороз.

По словам юриста, крупные финучреждения проверяют крупные транзакции, например, по покупке недвижимости, а более мелкие банки могут отслеживать суммы и от 50 тысяч гривен. У системных финучреждений просто не хватает ресурса, чтобы отслеживать более мелкие транзакции.

Часто подозрения возникают относительно сумм, которые проходят из зоны АТО или есть «сигнал» о подозрительном происхождении денег. При этом банки имеют право самостоятельно определять перечень документов, объясняющих происхождение средств. В идеале финансисты хотели бы видеть налоговую декларацию о доходах за прошлый год, как при подаче в ГФС, чтобы не иметь оснований для блокирования денег на счету украинца при совершении крупных транзакций.

«Закон о борьбе с отмыванием денег гласит, что банк может заморозить средства на два дня. А затем обязан сообщить об этом в НБУ или Госфинмониторинг», — объяснил Мороз.

Хотя случается, что банк никуда не сообщает о проводках, а средства все равно остаются недоступны человеку. Как рассказал Виктор Мороз, в его практике был случай, когда Приватбанк заморозил 43 млн гривен на карте своего VIP-клиента. Подозрения касались получения денег от частного предпринимателя, у которого не было необходимых документов для ведения деятельности. Несколько месяцев человек пытался добиться справедливости и в итоге обратился в суд, который своим решением отменил запрет на распоряжение средствами.

Буквально две недели назад у предприятия заморозили 200 тысяч гривен на счету, происхождение которых посчитали неясным, а потому — подозрительным.

«Несмотря на то, что компания представила необходимые документы, банк потребовал отчетность за три последних года, чем превысил свои полномочия. Вопрос удалось решить без суда после того, как соответствующие жалобы были направлены в НБУ и руководству банка», — уточнил Мороз.

Куда сложнее приходится тем, кто пытается подтвердить легальность происхождения денег при помощи договоров о предоставлении финансовой помощи.

Помощь под подозрением

В последнее время банки стали больше внимания уделять договорам о выделении финансовой помощи — как одного из подтверждений источника происхождения денег. Требуя нотариального заверения таких договоров, так как не хотят иметь лишних проблем с органами Госфинмониторинга.

«Поскольку такие договора часто используются в схемах по оптимизации налогов, могут быть фиктивными и оформляться задним числом. Так финансисты перестраховываются, чтобы быть уверенными, что деньги получены именно в те даты, которые указаны в таком договоре», — объяснил Мороз.

Хотя договора об оказании финпомощи — не самый распространенный способ оправдания получения средств. Куда чаще фиксируются сделки по дарению или оформлению займов между физлицами, например, на покупку квартиры.

Как рассказал UBR.ua глава Комитета малого и среднего бизнеса Киевской торгово-промышленной палаты Александр Липский, в последнее время девелоперы стали жаловаться на то, что контроль происхождения денег сильно сдерживает покупки жилья на первичном рынке. Ведь большинство покупателей имеет низкие официальные доходы.

Разумеется, можно оформить кредит, в том числе у девелопера, но все равно придется показать происхождение средств на первичный взнос и затем оправдать последующие выплаты. Кроме того, оформление договоров дарения и займа также требует денег.

«Например, надо заплатить 1% госпошлины. От суммы в 1 млн гривен — это 10 тысяч гривен. Плюс при дарении учитывается степень родства для определения ставки НДФЛ (0%, 5% или 18%). Не стоит забывать и комиссиях банков, а это еще 0,5-1,25% от суммы сделки», — учтонил Липский.

Как уже писал UBR.ua, в планах Минфина — контроль не только за покупкой квартир через риелторов, а и над приобретением ювелирных изделий.

Поэтому нет спокойствия и касательно менее крупных приобретений. По рынку ходят слухи, что Госфинмониторинг, называемый в народе финансовой разведкой, начал накапливать информацию обо всех приобретениях на суммы свыше 15 тыс. грн. по безналичным операциям.

Информация — впрок

Зачем это делается и как будет использована данные сведения, пока до конца неясно. Как известно, по закону рассчитаться наличными можно в сумме до 50 тысяч гривен. А критерий в 15 тысяч гривен применяется для обязательной идентификации клиента при переводе наличных без открытия счета, в том числе через небанковские платежные терминалы.

Впрочем, под этот контроль не подпадают те, кто в магазине, например, рассчитывается наличкой (до 50 тысяч гривен). Поэтому начали переживать те, кто рассчитывался за дорогие покупки картой, имея небольшой официальный доход.

По словам налогового консультанта Киевского центра поддержки и развития бизнеса Александры Томашевской, в последнее время украинцы все чаще стали обращаться за юридическими консультациями о том, как можно избежать госконтроля происхождения денег.

Речь идет о заработках украинцев в $3-5 тысяч, которые «не видит» государство. Например, за написание программ или выполнение других работ, выполняемых фрилансерами, когда деньги за работу поступают на банковскую карточку физлица.

«Доходит до того, что по такому же принципу работают хостелы в столице, когда клиенты перечисляют плату за ночлег на карту «Приватбанка» частному лицу. Разумеется, ни о каких чеках или квитанциях речь не идет», — говорит Томашевская.

Пока на Украине не определено на законодательном уровне применение непрямых методов и нет нулевого декларирования, привлечь к ответственности тех, кто что-то покупает на 15 тысяч гривен затруднительно. Однако, учитывая, как быстро меняются в нашей стране законы, все может измениться.

Константин Симоненко
Оригинал публикации