Петр Порошенко так и не провел телефонные переговоры с президентом Франции Франсуа Олландом и канцлером Германии Ангелой Меркель.

О том, что первые лица должны были провести переговоры, сообщала вице-премьер по вопросам евроинтеграции Иванна Климпуш-Цинцадзе. По ее словам, стороны должны были обсудить обострение ситуации в Крыму и заявления Владимира Путина относительно нецелесообразности «нормандского формата» переговоров.

По какой причине данные переговоры не состоялись, в эфире радиостанции Голос Столицы пояснил эксперт по международным вопросам Сергей Слободчук.

Как Вы считаете, почему Петр Порошенко так и не провел телефонные переговоры с Франсуа Олландом и Ангелой Меркель?

Может быть, их просто перенесли. И тут еще такой момент, что озвучил это не полномочный представитель президента, а вице-премьер по европейской интеграции. А она, честно говоря, человек достаточно далекий от международной политики.

Разве не она ответственна за это направление внешней политики?

Должность не всегда означает, что на ней профессиональный человек. Давайте ее биографию посмотрим, а там немножко другие данные. Она могла что-то недопонять. Да, есть версия, что эти телефонные звонки Порошенко сорвались. Давайте разберемся, зачем вообще он хотел звонить. Получается, что он хочет получить индульгенцию от обвинений в развале так называемого «нормандского формата».

Если свести к месседжам заявления Путина, то он считает, что Порошенко — это недоговороспособная фигура в качестве участника мирного процесса, зачем с ним вообще разговаривать. И если действительно Меркель и Олланд откажутся обсуждать с ним вот эти вопросы, то, получается, они сработают на развитие версии Путина.

Владимир Путин сказал о том, что не видит смысла именно во встрече «нормандской четверки» в Пекине. А о выходе из «нормандского формата» ни слова не было сказано.

Я согласен. Он, наверное, оставил для себя возможность для маневра, чтобы потом не обрубать до конца этот формат. Однако ближайшая встреча смысла не имеет. То есть, соответственно, не имеют смысла и обсуждения эти. Я всегда очень критично относился к этому формату, я его считал нежизнеспособным с самого начала, потому что там не участвуют США. США хотят влиять на результаты переговоров в «нормандском формате», а ответственности не хотят никакой нести.

Франк-Вальтер Штайнмайер встретился с Сергеем Лавровым и заявил, что у европейцев есть новые варианты для решения ситуации в Донбассе. О чем именно может идти речь?

Сейчас мало информации, чтобы это обсуждать. Сработала ставка на то, чтобы переговоры вели напрямую, по крайней мере сейчас, представители ЕС и России без участия Порошенко. То есть Штайнмайер без Порошенко уже вышел напрямую и что-то предлагает.

Ждете ли Вы прямых переговоров между Порошенко и Путиным?

Нет. После жестких заявлений такое развитие сюжета будет для российской стороны невыгодным. Путин, я повторюсь, сознательно подчеркивал, что Порошенко — это недоговороспособная фигура. Зачем тогда давать повод, чтобы опровергнуть его же слова? Зачем тогда с ним разговаривать по телефону, вести переговоры с недоговороспособной фигурой? Я думаю, что этого не будет.

Последует ли обострение ситуации в Донбассе?

Я думаю, что нет. Смысл этих всех заявлений — подтолкнуть Запад к новому этапу переговоров. Возможно, к новому формату. Возможно, заставить полноценно включиться США и других участников. То есть смысл в этом, а не в том, чтобы начинать новый виток противостояния.

Ранее политический эксперт Михаил Павлив в эфире «Голоса столицы» высказал мнение, что украинские власти не были готовы к кризису, вызванному недавним инцидентом на границе с Крымом, поэтому их объяснения, как и заявления российской стороны, не вызывают доверия.

К слову, ранее политолог Руслан Бортник допустил, что политическое обострение выгодно «партии войны» внутри страны в преддверии социально-экономического кризиса, ожидаемого осенью.

 

Оригинал публикации