В конце минувшей недели секретариат Верховной Рады зарегистрировал поданный президентом Петром Порошенко законопроект «О внесении изменений в Конституцию Украины относительно правосудия». Месяцем ранее этот документ был одобрен Венецианской комиссией Совета Европы.

Опыт показывает, что в украинских конституциях и в их проектах, пожалуй, самое интересное место — это переходные положения. Так, только в данном разделе порошенковского проекта о децентрализации упоминается «особый порядке местного самоуправления в отдельных районах Донецкой и Луганской областей». Менее известно, что только благодаря переходным положениям действующей конституции 1996 г. украинская прокуратура до сих пор выполняет следственные функции. Основной частью основного закона это не предусмотрено, но пункт 9 переходных положений гласил, что прокуратура продолжает выполнять эти функции «до сформирования системы досудебного следствия и введения в действие законов, регулирующих ее функционирование». Период же «до сформирования» растянулся почти на 2 десятилетия, ибо необходимые законы приняты только сейчас.

Порошенко анонсирует люстрацию судей

Что же касается нынешнего проекта, то интересней всего в данном разделе пункт 4 где говорится, что «соответствие занимаемой должности судьи, который назначен на должность сроком на пять лет или избран судьей бессрочно до вступления в силу Закона Украины "О внесении изменений в Конституцию Украины (относительно правосудия)", должно быть оценено в порядке, определенном законом. Выявление по результатам такой оценки несоответствия судьи занимаемой должности по критериям компетентности, профессиональной этики или честности или отказ судьи от такой оценки является основанием для освобождения судьи от должности. Порядок и исчерпывающие основания обжалования решения об увольнении судьи по результатам оценки устанавливаются законом».

То есть Арсений Яценюк не слишком приврал, когда этой осенью в Берлине говорил, что правительство предлагает провести радикальную судебную реформу, которая «помимо прочего, предусматривает увольнение всех 9000 судей». Ведь записанная в проекте норма создает для этого условия. Не думаю, что всех судей могут уволить, тем более одновременно, однако всем придется пройти процедуру подтверждения должностного соответствия, и какой она будет можно только гадать, ибо соответствующий закон еще не принят. А вот когда уже действующие судьи пройдут такую проверку, их можно будет уволить лишь так, как предусмотрено этим проектом, то есть решением Высшего совета правосудия (так предполагается переименовать Высший совет юстиции).

Сейчас же судей по представлению ВСЮ увольняет тот орган, который их назначил. А назначает их сначала Верховная Рада на 5-летний испытательный срок, а по окончании этого периода президент назначает их уже бессрочно (то есть до 65-летнего возраста, по достижении которого надо уходить в отставку). Проект же предполагает, что судьи будут назначаться сразу же бессрочно. А назначать их будет президент по представлению Высшего совета правосудия (сейчас представление ВСЮ также необходимо и для 5-летнего, и для бессрочного назначения).

Бессрочность назначения судей, отстранение парламента от этого процесса были уже давно ключевыми требованиями европейцев к судебной реформе. Но главным требованием являлась реорганизация Высшего совета юстиции. Сейчас этот орган состоит из 23 человек — по должности в него входят генпрокурор, глава Верховного суда и министр юстиции, по 3 члена ВСЮ назначают президент, парламент, съезд судей, съезд адвокатов и съезд представителей юридических вузов и научных учреждений, а еще двоих — конференция работников прокуратуры.

Сейчас же предлагается, что назначать членов ВСП будут те же структуры, но в иных пропорциях. Съезд судей — 10, все прочие — по 2, а по должности в нем будет состоять только глава Верховного суда. Такой композицией европейцы должны быть довольны.

Порошенко анонсирует люстрацию судей

Поясню, в чем дело. Когда в 1996-м году нынешняя Конституция принималась, Венецианская комиссия совета Европы не высказывала никаких возражений по вопросу закрепленных там принципов комплектования ВСЮ, и закономерно, ибо они не отличались от того что есть в большинстве стран Европы. Однако уже в начале правления Януковича этот порядок стали называть «явно несовместимым с европейскими стандартами», порождающим главную проблему украинского правосудия, его зависимость от власти. И Венецианская комиссия стала требовать, чтобы на Украине большинство членов ВСЮ были судьями, которых сами судьи и назначили туда, хотя в Европе такое практикуется лишь в нескольких государствах.

В чем же причина? Думаю в том, что успех «оранжевой революции» в 2004 во многом предопределил Верховный суд, который и назначил третий тур выборов. А Верховный суд Украины отличается от большинства верховных судов Европы порядком избрания своего главы. Если, например, во Франции и Испании глава этого суда назначается решением тамошних аналогов ВСЮ, то на Украине он избирается самими судьями ВС. Европейцы видимо решили, что именно такой порядок избрания главы Верховного суда и обеспечил принятие необходимого им решения о третьем туре, и потому если распространить его и на орган, контролирует работу судей, то в стране восторжествует нужное им правосудие. Ведь как неоднократно заявляла та же Венецианская комиссия пресловутая коррумпированность украинских судов — это следствие их зависимости от киевской власти.

Однако думаю, мало кто на Украине считает, что именно зависимость от власти, позволила львовскому судье Игорю Зваричу в прошлом десятилетии набрать взяток почти на миллион гривен, то есть на сотни тысяч долларов по тогдашнему курсу. Напротив такое обогащение возможно только в результате полной свободы которую он имел в своих действиях, и во многом благодаря круговой поруке в судейском корпусе.

А предложенные изменения конституции, давая судейской корпорации еще большую автономию, создают предпосылки для консервации и круговой поруки, и других ее дефектов. Хотя, конечно, и зависимость от такой украинской власти, какая есть сейчас, — не лучший вариант. Впрочем, думаю, что процедура переутверждения, о которой говорил выше, утвердит у многих судей страх перед властью. К тому же полной автономии судебной системы все равно быть не может: у исполнительной власти, а, значит, у президента (особенно если тому подконтрольно правительство) всегда будет немало эффективных рычагов, чтобы влиять на эту систему опосредованно.

Да внешне усилений полномочий государства здесь не видно, наоборот он кое в чем теряет свою власть, но это сопровождается еще большим ослаблением прерогатив парламента. Ведь ни одно право, утраченное президентом, не может сравниться с лишением Рады права выражать недоверие генпрокурору.

Что же касается прокуратуры, то проект Порошенко ликвидирует посвященный ей отдельный раздел Конституции, что отражает сокращение ее полномочий. Из их числа теперь исключается так называемый общий надзор, то есть «надзор за соблюдением прав и свобод человека и гражданина, соблюдением законов по этим вопросам органами исполнительной власти, органами местного самоуправления и их должностными и служебными лицами».

Также предполагается, что Рада не будет иметь права выразить недоверие генпрокурору. В ее полномочиях будет лишь утверждение представлений президента на его назначение и отставку.

Серьезное ли это увеличение прерогатив главы государства, если полномочия прокуратуры сокращаются? Ведь она также не будет вести следствие. Соответствующий пункт переходных положений действующей Конституции Украины, наконец, выполнен: в ноябре принят закон о новом правоохранительном органе, Государственном бюро расследований (ГБР). Именно ему с будущего перейдут дела, подследственные сейчас прокуратуре. Причем это произойдет независимо от того, будут ли приняты изменения конституции, о которых идет речь в статье.

И если сейчас за парламентом остается последнее слово в утверждении и назначении генерального прокурора, то в отношении директора ГБР он не будет иметь таких прав. Его назначит президент по представлению премьер-министра после конкурсного отбора. В состав конкурсной комиссии войдут по три человека по квотам Президента, Верховной Рады и Кабинета Министров. А при нынешнем составе ВР и Кабмина президенту нетрудно будет гарантировать себе большинство в этой комиссии.

Порошенко анонсирует люстрацию судей

Таким образом, если говорить не столько о конституционной реформе, сколько о реформировании всей судебно-правоохранительной системы (часть которого являются и изменения конституции), то изменения ведут к тому, что баланс между президентскими и парламентскими полномочиями смещается в пользу президента. И это с лихвой покрывает то обстоятельство, что некоторые прерогативы глава государства отдает другим органам (ведь Рада отдает их еще больше).

А что же получает народ? Предложенные изменения Конституции дадут рядовому гражданину право обращаться непосредственно в Конституционный суд с жалобой на неконстуционность того или закона. Правда, не тогда, когда этот закон ему просто не нравится, а лишь в случаях, если гражданин считает что конкретное судебное решение по его делу принято на основании неконституционного закона.

Но думаю, гражданам не стоит надеяться, что КС поспешит восстанавливать справедливость. Ведь, например, 29-ой статьей Конституции гарантировано, что содержать человека под стражей без решения суда можно не более чем в течение 72 часов. Причем этот порядок нельзя изменять и во время военного или чрезвычайного положения. Но вопреки этому закон «О борьбе с терроризмом» в редакции от августа 2014 года позволяет проводить «в районе АТО» превентивное задержание «лиц, подозреваемых в террористической деятельности» на срок до 30 суток. Нарушение конституции очевидно, но все прошедшие 15 месяцев Конституционный суд молчал по этому поводу.

Александр Пономаренко