Особенно явственно это проявляется в отношении реформаторской деятельности власти. Вне зависимости от того, к каким политическим партиям на данный момент относят себя её представители или играют роли «независимых» специалистов.

Замечательным примером того, как провозглашая одни тезисы, представители власти делают совершенно противоположные вещи и утверждают, что это и есть «пэрэмога», является выполнение бюджета. Почему бюджета? Да потому, что именно по нему можно четко определить, какую экономическую, социальную и иные виды политик проводит государство. Что и как финансирует, за счет чего это происходит, какие принципы при этом используются и кто в итоге становится выгодополучателем (бенефециарием).

Реформы по-украински: Рост налогов вместо борьбы с коррупцией

Еще пребываючи в оппозиции, представители нынешней власти обещали, что, в случае руководства страной, они снизят налоги и будут активно бороться с коррупцией. Мало того, придя к власти и приняв бюджет-2015 (почему-то в конце декабря 2014 года и ночью, а не днем и в сентябре-октябре, как того требует законодательство), одна из строчек в доходной части которого называлась так: «Конфискованные средства и средства от реализации конфискованного имущества, которые были присвоены коррупционными методами». И получать по этой статье планировалось ни много ни мало, а 1,5 млрд гривен.

Да, это просто мизер, по сравнению с тем, что вроде бы украли «папередники» из команды Януковича-Азарова. Как сообщил еще в апреле прошлого года министр юстиции Павел Петренко, украинский бюджет в 2013 году из-за коррупции предыдущей власти недополучил 300 млрд грн.

«Это те деньги, которые заложили в бюджет, но потом они фактически были разграблены. Это и стало причиной преддефолтного состояния нашего государства», — отметил он и сделал неожиданный вывод: «Поэтому мы были вынуждены пойти на очень жесткие меры в социальной сфере». Вообще-то, когда ты точно знаешь кто и сколько украл и ты министр юстиции, то логично не экономить на социальной сфере, чтобы компенсировать украденное, а привлекать воров к ответственности и возвращать награбленное.

Напомню, что 1,5 млрд — это 0,5% от 300 млрд, которые «вроде бы украли». Но и этих денег, похоже, украинскому бюджету не видать. В ответ на запрос к Государственной казначейской службе от «Центра противодействия коррупции» относительно выполнения доходной части бюджета за счет возврата украденного, было получено следующее: «…по коду классификации доходов бюджета 50080100 «Конфискованные средства и средства от реализации конфискованного имущества, которые были присвоены коррупционными методами» в специальный фонд государственного бюджета по состоянию на 01.07.2015 года поступило 7865,77 гривен».

Об этом у себя на страничке в социальной сети написал директор центра В. Шабунин. Кстати, за первый квартал текущего года по этой же статье было получено около 5000 гривен. То есть за второй квартал денег собрали меньше на 3000 гривен (60% от показателя в первом квартале). Такими темпами к концу года в казну Украины вернется чуть более 10 000 гривен из запланированных 1,5 млрд. Вот такая борьба с коррупцией в денежном эквиваленте её результатов получается.

Реформы по-украински: Рост налогов вместо борьбы с коррупцией

Очевидно, чтобы поправить положение дел с доходами бюджета, Минфин разработал очередные изменения в Налоговый Кодекс, которые предусматривают многократный рост налоговой нагрузки на украинцев. К примеру, чиновники хотят ввести налог на 25 000 гривен для всех владельцев автомобилей, машины которых выпущены ранее 2010 года (5 лет и выше).

То есть один автовладелец принесет в бюджет в 2,5 раза больше денег, чем все коррупционеры Украины, преследуемые МВД, СБУ, прокуратурой и т.д. И действительно, а зачем бороться с коррупцией, доказывать вину бандитов и осуждать их, если можно законодательно оформить грабеж законопослушных граждан? Так же проще и быстрее. Ведь бандита еще надо найти надо и доставить.

Вот такое реформаторство выходит. И анализ бюджета еще многое может рассказать…

Юрий Гаврилечко 

Оригинал публикации